Князь моей души, или Игра по правилам

Глава 53

Чем ближе приближались мы к поместью, тем неспокойнее было у меня на сердце. Ничего хорошего от вынужденного проживания в усадьбе князя я не ждала.

Просто чувствовала, что огребу я проблемы на пятую точку. Знать бы ещё насколько серьёзные.

Карета останавливается у парадного крыльца. Дверца открывается и Гаврила подаёт вначале мне, а затем и Зыряне руку, чтобы помочь спуститься.

Оглядываюсь, красивый особняк, я бы даже сказала, что замок. Эркеры, башенки с флюгерами на остроконечных крышах. Вокруг здания — парк с наряженными в осеннюю листву деревьями, стриженые лужайки с зелёной травой, небольшой пруд, в зеркальной глади которого купаются облака, замок и разноцветная листва деревьев.

Нас как будто здесь и не ждут, двор пуст. На крыльцо никто не выходит. Мы с Зыряной переглядываемся и поднимаемся по ступеням. Гаврила забегает вперёд. Открывает перед нами тяжёлые массивные двери парадной.

Входим в холл, навстречу спешит дворецкий: — Простите, пришлось ненадолго отлучиться. Как о вас доложить?

— Баронесса Мария Ольшанская, — произносит Зыряна холодным тоном, — его сиятельство, князь Владимир Зырянский пригласил баронессу погостить в имении. Проводите её милость в подготовленные для неё покои и прикажите занести вещи.

— Сию минуту, — мужчина склоняет голову и дёргает за какой-то шнурок. Через минуту в коридоре слышатся чьи-то торопливые шаги, и в холл выскакивает невысокая аккуратненькая рыжеволосая девушка.

— Матрёна, проводи баронессу в фиолетовые покои. Ваша милость, Матрёна поступает в полное ваше распоряжение. Я доложу графу о прибытии.

Услышав о фиолетовых покоях, захотелось чертыхнуться, мне почему-то представились стены насыщенного фиолетового цвета. Брр.

Спора нет, цвет красивый, но мне кажется, что он холодноват и в большом количестве будет подавлять. Но не буду спешить с выводами, вначале посмотрим, что за покои мне выделили. Служанка, показав мне, в какую сторону двигаться, семенит чуть позади меня.

— Мы пришли, ваша милость, — Матрёна, обогнав меня, открывает предо мной дверь и отступает в сторону. Я переступаю порог, Зыряна следует за мной. С любопытством оглядываюсь. Зря я боялась. Кабинет очень даже миленький. Преобладающий цвет в отделке всё же светлый, почти белый с капелькой даже не сиреневого, а, пожалуй, синего оттенка. А сочный фиолетовый присутствует в обивке диванов и пуфиков, в цвете портьер и декоративных панно над диванами и над камином, в котором сейчас весело потрескивают дрова.

— Вот здесь дверь в купальню. Если желаете освежиться с дороги, то я наполню ванну, — тараторит Матрёна, — а туточки ваша спальня.

Спальня тоже меня не разочаровала. Одна из стен, та, что в изголовье кровати задрапирована гобеленом с крупными фантазийными цветами белого и любимого мной сиреневого цвета. Этого же тона и мягкое изголовье большой кровати, и обивка у кресла перед туалетным столиком, пуфиков. Плафоны у люстры и настенных бра также обтянуты тканью нежного сиреневого цвета.

В целом, выделенные покои произвели приятное впечатление. И гостиная, и спальня оформлены со вкусом: здесь нет ничего лишнего, а атмосфера довольно нежная. Полагаю, месяц в такой обстановке я выдержу. Что касается хозяев, я бы не отказалась от подобной удачи, но, увы, не настолько наивна. Воспоминание о последнем разговоре с княжичем вызывает лишь одно желание — вооружиться чем-нибудь тяжёлым, чтобы сбить с него спесь. Жаль, этикет этого не позволяет. Встречи с Дмитрием я слегка побаивалась, слишком уж неадекватно я на него реагирую.

Пока я изучала обстановку, Зыряна открыла прикроватную тумбу и убрала туда мой саквояж. Мы вернулись в гостиную и устроились на диване.

— Ну что, сильно волнуешься? — спросила она.
— Немного, — я поёжилась, обхватив себя за плечи.
— Ты справишься, — уверенно сказала женщина. Вот бы мне также верить в себя.
— А куда я денусь? Конечно, справлюсь, — вздохнув, я подошла к окну и отдёрнула портьеру. В саду под окном пламенели пышные шапки георгинов. Вымощенная камнем дорожка, убегающая за деревья, была пустынна.
В дверь постучали. Матрёна бросилась открывать. Двое лакеев внесли мой багаж. Мы с Зыряной молча наблюдали, как горничная развешивает платья в шкаф.
— Куда прикажете поставить шкатулку? — спросила она, держа в руках ажурный ящичек с украшениями.

— Оставь пока в сундуке, я потом решу, — если здесь сейф, я не знаю. А сундук худо-бедно я зачаровать могу, чтобы кому не надо, туда нос не совали. Бабушка научила.

— Ну, что ж, Маша, я поехала домой, поздно уже. Ты, если что присылай Михася. Я тут же приеду, — Зыряна обнимает меня на прощание и шепчет — Мы тебя в обиду не дадим…

— Я и сама не дамся, — усмехнулась, — идём, я тебя провожу.

​Вернувшись в выделенные мне покои, обнаружила накрытый к ужину стол. Ну что же, подкрепиться лишним не будет.

— Матрёна, через час приготовь мне ванну, — распорядилась я и села ужинать. Так, чем же меня здесь решили угостить? Овощной салат, рыба под сливочным соусом и маленькие на один укус пирожки из песочного рассыпчатого теста с мясом. Если так будут кормить в течение всего месяца, то я в дверь не пройду. Вкусно. Очень вкусно, просто оторваться невозможно. Я уже наелась, а рука так и тянется ещё за одним пирожком. Надо будет отдать распоряжение, чтобы выпечку на ужин мне не подавали. Эх.