Князь моей души, или Игра по правилам

Глава 54

— Михась, как насчёт того, чтобы слетать на разведку, — спросила я у мышонка, скормив ему сочную грушу. Тот жалобно посмотрел на меня, но, помолчав с минуту, спросил: — А что ты хотела бы выяснить?

Пожала плечами: — Если честно, то пока сама не знаю? Неплохо бы узнать, сколько здесь нас таких вот невест собралось. Хотя, я думаю, завтра это выяснится. Ладно, отбой. Отдыхай. Завтра будет день, будет пища.

Вздохнув, отправилась в ванную. Затем, переодевшись в новенькую пижаму, забралась в постель.

Серое утро хмурится за окнами, словно размышляя, стоит ли ему наступать. Под стать утру и моё настроение. Я совсем не выспалась. Несмотря на удобную постель и усталость, никак не могла заснуть, всё ворочалась с боку на бок. Сон не торопился принимать меня в свои объятия. В результате стук в двери, как мне показалось, раздался сразу же, лишь только я сомкнула ресницы.

— Просыпайся, Марусь, там эта, как её… Марфуша пришла, говорит, что пора на завтрак собираться…— тычется мне в руку Михась.

— Матрёна, её зовут Матрёна, — сонно поправляю я, — Михась передай ей, что я завтракать не буду…

И я залезаю с головой под одеяло. Но не тут-то было. Михась цепляется коготками и стаскивает с меня моё укрытие.

— Ничего не выйдет, Маш. Матрёна говорит, что на завтраке сам князь будет. Хочет самолично объявление сделать. Вставай давай!

Проклиная всё на свете, поднимаюсь и открываю Матрёне двери.

Рыжая девчонка влетает в комнату, чуть не сбив меня с ног, летит в ванную, причитая на ходу:

— Мы не успеем, мы точно не успеем…

— Матрёна, — рявкаю я, и девчонка испуганно застывает. Потом, не переставая мне кланяться, лепечет: — Простите, ваша милость. Доброго утречка, ваша милость. Виновата, ваша милость, это больше не повторится…

— Прекрати кланяться, Матрёна. Лучше скажи, сколько у нас времени до завтрака?

— Так меньше двух часов, ваша милость, — и она опять жалобно причитает, — а столько надо успеть сделать. Вначале принять ванну, надеть наряд, нарумяниться и волосы уложить в причёску… Нет, мы точно не успеем…

И она снова бежит в ванную.

— Стой, Матрёна, я в ванной и без тебя управлюсь. Достань-ка лучше из шкафа бежевое платье и подготовь его. И не суетись ты так, мы всё успеем. У нас просто уйма времени.

Я закрыла за собой двери и занялась водными процедурами. Суматошная девчонка сумела прогнать остатки сна. Я хмыкнула, представляю как по её мнению, я должна выглядеть, если мне два часа на завтрак собраться не хватит.

Бежевое платье в пол с небольшим, круглым вырезом и коротким рукавчиком. Сверху болеро из дижонского кружева. С волосами тоже мудрить не стала, объяснила Матрёне, как плести, и она заплела мне французскую косу. Из украшений нитка жемчуга на шею да серёжки в виде цветка с жемчужинкой в центре. Ну и туфельки в тон к платью.

— Вот, а ты Матрёна, боялась, что не успеем. Тебя, кстати, как мама маленькую ласково звала? — проговорила я, разглядывая себя в зеркало.

— Матюшей, Мотенькой — матушка кликала. А подружки Мотей звали, — смущённо ответила мне девушка.

— Тогда и я тебя Мотей звать стану, ты не возражаешь? — спросила я.

— Воля ваша, зовите как пожелаете, — ответила Матрёна и уже в который раз предложила. — Может, хотя бы щёчки подрумяним, ваша милость? Вы такая красивая, но бледненькая уж очень…

Я засмеялась: — Нет, Мотя, щёки мы румянить не станем. И прекращай ты на каждый шаг кланяться, да милостью меня обзывать. Обращайся ко мне по имени, Мария я.

— Как можно, ваша милость! Не, я так не могу, вы же баронесса, нет, не могу я так…

— Хорошо, хорошо, тогда зови меня Мария Фёдоровна, так можно?

Бедная девчушка аж побледнела, решая сложную для себя задачу. Я вздохнула: — В конце концов, я приказываю, так ко мне обращаться, хотя бы пока мы одни.

Матрёна склонила голову, потом исподлобья блеснула лукавым взглядом и протараторила: — Как прикажете, ваша милость, ой, Мария Фёдоровна. Пойдёмте в едальню, пора уже.

Я засмеялась: — Ну веди, Сусанин-герой.

— А кто такой Сусанин, ваша милость?

— Потом расскажу…

К залу, где нас собирались кормить завтраком, мы подошли одновременно с красивой темноволосой девушкой в синем платье с довольно глубоким декольте. Её волосы были распущены и крупными локонами укрывали плечи и спину. Она холодно взглянула на меня и прибавила шагу, чтобы войти первой.

Толкаться в дверях я с ней не стала, пропустив вперёд вошла следом.

Задержавшись на входе, огляделась. В первую очередь бросился в глаза длинный, накрытый к завтраку стол. Три места во главе его пустовали. Свободными были и два стула в конце, у самой двери. На остальных же уже чинно сидели, пришедшие раньше меня девушки. По шесть человек с каждой стороны. Я хмыкнула, если больше никто не подойдёт, то нас тринадцать — чёртова дюжина.

Прошла к столу и села на свободный стул. Моей соседкой оказалась не кто иная, как моя недавняя знакомая — Лукреция Бурляева, дочка статского советника. Бросив на меня любопытный взгляд, девушка ойкнула и зашептала: — Ой, а я вас знаю. Вы же Мария Ольшанская, баронесса?

Я не успела ей ничего ответить. В едальню стремительно вошли князь с сыном. Девицы, заскрипев стульями, начали подниматься со своих мест.

— Доброго утра, милые леди, не вставайте, — махнул рукой князь. — Сидите, сидите…

Моя соседка, не успевшая до конца подняться, облегчённо вздохнула, рухнула на место и дрожащими от волнения руками расправила на коленях пышную юбку. Я последовала её примеру, правда, волнения я по какой-то причине совсем не испытывала, скорее любопытство. Тем временем князь дошёл до своего места и опустился на свой стул. Несколько минут он молчал, внимательно оглядывая собравшихся за столом девушек, затем негромко произнёс: — Милые барышни, я рад приветствовать вас в своём доме. Давайте-ка мы сейчас с вами воздадим должное нашим поварам, во славу Пречистой матери, ну а после я отвечу на все ваши вопросы. Договорились?