Князь тьмы и Леа

Глава 4

Кабинет ректора оказался гораздо проще, чем я ожидала. Никакой вычурной роскоши — только холодные каменные стены, огромное окно, за которым метель яростно бушевала в сером небе, и тяжёлый стол из чёрного дерева. Раэн Фуэго отсутствовал. Вместо него меня встретила строгая женщина в чёрной форме с меховым воротником — такой же, как у всех здесь, но с серебряной булавкой на лацкане. Её взгляд, острый и проницательный, скользнул по мне, будто пытаясь разглядеть что-то скрытое под скромной студенческой маской. Молча я протянула конверт с рекомендациями и справками, добытыми дядей.

Она приняла документы без лишних слов, бегло пробежалась глазами по строкам, кивнула и протянула мне ключ — старинный, тяжёлый, с причудливым узором на головке. Он мягко светился изнутри и, как ни странно, показывал время суток.

О привычном времени здесь не могло быть и речи. Стоило пересечь тоннель — часы и минуты растаяли без следа. Даже обычного разделения на день и ночь в Мёрзлой долине не существовало. Как рассказывал дядя, тьма могла держаться много суток подряд, а потом — внезапно — рассвет, пусть даже ключ упрямо твердит, что сейчас ночь.

В эту минуту на ключе горело слово: вечер.

Долго же я добиралась.

— Комната триста семнадцать, второй этаж, — отчеканила помощница ректора. — Карту академии найдёте на стенде в главном холле. Навигатор встроен в ключ. Не опаздывайте на вводную лекцию завтра утром. Расписание — в комнате. Форму нужно получить сегодня, сразу, как разместитесь. У дежурного. Не советую затягивать. Ближе к ночи прибудут ещё два состава со студентами и, вероятно, образуются очереди.

Я молча кивнула, сжимая ключ в окоченевшей руке. Идеально. Легенда работала. Осталось только, чтобы парень с чёрными провалился сквозь землю — и тогда можно будет, наконец, выдохнуть.

Дорога до комнаты оказалась долгой и мрачной. Внутри академия производила ещё более гнетущее впечатление, чем снаружи. Широкие коридоры тонули в полумраке. Единственный источник света — факелы, но не обычные: их пламя было заключено в ледяные глыбы, прикреплённые к стенам. Холодный, синеватый огонь отбрасывал длинные дрожащие тени, пляшущие на отполированных до зеркального блеска каменных плитах пола.

Воздух был ледяным и влажным, пробирал до костей даже сквозь тёплую одежду. В нишах то и дело мелькали массивные портреты в тяжёлых рамах — суровые лики магов прошлого, чьи взгляды, казалось, следили за каждым моим шагом. Или ледяные статуи: воин в доспехах, склонённая фигура с раскрытой книгой — застывшие в вечном молчании.

Тишина стояла гнетущая, нарушаемая лишь далёким завыванием ветра в щелях, приглушёнными голосами уже прибывших студентов и глухим эхом моих собственных шагов. Не покидало чувство, что я иду сквозь гигантскую ледяную гробницу.

Номер триста семнадцать находился в самом конце узкого ответвления коридора. Уединённо! Я вставила ключ в массивный, покрытый инеем замок — он повернулся с глухим, тяжёлым щелчком.

Комната оказалась небольшой, но — отдельной. Ни тебе соседок, ни посторонних взглядов. Пространство, где хотя бы на миг можно сбросить маску. Каменные стены, голый пол, крошечное окно, почти полностью залепленное снегом. Из мебели — простая кровать с тонким матрасом, письменный стол, стул и шкаф. Ничего лишнего.

Холодно, сурово, аскетично. Но я видала и похуже. Дядя щедро заплатил за одиночное проживание — роскошь для обычного студента, но необходимость для шпиона.

Первым делом я сбросила сумку и распахнула её. Ирэна тут же высунула голову, её тревожные голубые глаза метнулись по комнате, оценивая обстановку.

— Всё, красавица, мы дома. Ну почти, — прошептала я, осторожно вынимая её наружу. Змейка обвилась вокруг моей руки, холодя кожу гладкой, шелковистой чешуёй.

Но что-то было не так. Её дыхание казалось учащённым, под чешуёй вздрагивали мелкие мышцы. Стресс. Я сразу почувствовала знакомый укол вины. Этот идиот на вокзале, погоня, его ледяной взгляд, угрозы — всё это не могло пройти даром для неё. Она чувствовала мою панику и злость, пронизывающий холод, исходивший от него.

— Прости, — прошептала я, нежно поглаживая Ирэну по головке. — Скоро всё уляжется. Он отстанет, как только поймёт, что я не представляю для него угрозы.

Я уложила Ирэну на кровать.

— Отдохни. Скоро приедут наши чемоданы, и я устрою тебе самый уютный уголок, — прошептала я.

Затем занялась обустройством. Механические движения помогали заглушить тревогу за провал с пакетом и навязчивый образ чёрных глаз. Переложила в шкаф немногочисленные вещи, что успела взять с собой: перчатки и шапку, запас сушёного мяса для Ирэны, небольшой набор для маскировки. В крошечной ванной нашла тряпку и вытерла пыль со стола и подоконника. Перестелила кровать — хоть одеяло и казалось слишком тонким для этого холода. Надо будет попросить ещё одно. Я люблю тепло.

У изголовья поставила переносную грелку — для Ирэны. Она сразу перебралась на тёплое место, свернулась кольцом, зарывшись мордочкой в хвост. Но её дыхание всё ещё оставалось учащённым.

Я смотрела на неё с беспокойством.

Итак, моя комната. И я здесь одна. Не считая Ирэны.

Я всегда одна. Так проще. У дяди, в школе, на курсах, на заданиях — никаких привязанностей, никаких объяснений. Только цель. Всегда цель.

Сейчас — Кристалл Забытого Пути.

Цена провала...
Я сжала кулаки, отгоняя навязчивые, страшные образы. Дядя верил в меня. Я не имела права его подвести.

Чтобы отвлечься, я решила осмотреться. Заодно забрать форму, попросить ещё одеяло, да и полотенца не помешают. А также нужно было понять, как устроена академия — расположение коридоров, выходов, возможных путей отступления. Стандартная разведка местности. И, возможно, немного воздуха, чтобы развеять остатки головокружения и тревоги за Ирэну.

Я накинула плащ и плотно застегнула его. Бросила последний взгляд на Ирэну — кажется, она немного успокоилась, дыхание стало ровнее. Осторожно подула на грелку, усиливая её тепло магическим импульсом.