Князь тьмы и Леа

Глава 8

Высокий, мрачный, закутанный в чёрный плащ, что сливался с тенями узкого коридора. Глаза — бездонные провалы, казалось, поглощали скудный свет моей комнаты. От Каэля веяло леденящим холодом, проникающим сквозь одежду. Будто сама ночь вошла в дом.

— Ты своим шумом мешаешь мне спать, — произнёс он ровным, бесстрастным голосом.

Дерзкая улыбка сама собой скользнула по моим губам.

— Мешаю? — парировала я. — Забавно. Я точно знаю, кто живёт по соседству. Девушки. И ни одна из них не жаловалась. А ты… — Я выдержала паузу, глядя в омут чёрных глаз. — Ты, насколько я понимаю, обитаешь совсем не здесь. Разве что специально грел уши у моей двери. Тогда да — возможно, услышал, как я передвигаю стул. Что ж, мои соболезнования твоему сну. А теперь можешь идти… и остыть где-нибудь подальше отсюда.

Его лицо оставалось непроницаемым. Ни тени раздражения, ни вспышки гнева — только холод, глубокий и безучастный. По крайней мере, так казалось. Он медленно, как будто нехотя, отвёл взгляд и кивнул в сторону противоположной стены коридора.

— Посмотри туда, — тихо приказал он.

Я машинально последовала за его взглядом — и замерла. Прямо напротив моей двери, там, где ещё минуту назад была лишь гладкая каменная кладка, покрытая инеем, теперь чернела массивная дверь. Потемневшее от времени дерево, с витиеватыми серебристыми узорами, похожими на замёрзшие молнии. Она выглядела так, будто всегда была здесь — вечная и неподвижная.

— Её… не было, — прошептала я, не в силах отвести глаз. Магия Искажения отозвалась внутри, пытаясь уловить хотя бы намёк на иллюзию. Но — ничего. Дверь была настоящей. Осязаемой. И без сомнения, древней.

— Она была, — тихо возразил Каэль. — Я терпеть не могу незваных гостей. И чужие, любопытные взгляды. Потому и скрываю её. — Он снова глянул на меня. — А теперь... либо ты обеспечиваешь тишину в своей берлоге, — он сделал едва заметную паузу, — либо убираешься из академии. Прямо сейчас. Тем более что в ближайшее время тебе всё равно придётся это сделать.

Его спокойная, высокомерная наглость взорвала меня. Удивление испарилось, уступив место гневу. Я вскинула подбородок, сдерживая дрожь в голосе.

— Убираться? — усмехнулась я, — О, великая глыба, неужели вы так трепетно заботитесь обо мне? Как трогательно. — Я сощурила глаза. — Жди. Жди, пока тебя снегом не занесёт. Я никуда не ухожу.

Не дав ему ответить, я резко захлопнула дверь. Попыталась отдышаться — сердце грохотало, адреналин разливался по телу.

Этот… этот монстр! Он считает себя вправе приказывать мне? Выгонять? Угрожать?

И его дверь...

Магия такого уровня… Это, безусловно, опасно.

Я бросилась к столу и схватила магическую льдинку. Она холодно сверкнула в ладони, словно ожив, — магия Искажения откликнулась на неё, как на проводник. Внутри льдинки пульсировал ощутимый, готовый к действию потенциал.

Опустившись на колени у порога, я вперилась взглядом в тонкую щель под дверью. Там, в вязкой тьме коридора, всё ещё сверкали его сапоги. Он ждал. Наверняка смаковал мою злость.

Что ж. Прекрасно. Сейчас ты у меня получишь.

Я поднялась и распахнула дверь.

— Отойди! — бросила резко.

Он отступил. И на миг мне показалось, что в его ледяных глазах вспыхнула искра — мимолётная, почти неуловимая. Любопытство. Значит, всё же что-то чувствует, как бы ни пытался скрыть.

Я вышла в коридор, остановилась в центре, опустилась на одно колено и прижала льдинку к полу. Затем резко провела ею вперёд, от себя — через весь узкий проход, до самого поворота.

За льдинкой побежала тонкая сверкающая черта. Она шипела и искрилась, оставляя на камне серебристый след магической энергии. Яркая, чёткая, бесспорная граница.

Линия раздела.

Вот так.

Я резко вскочила на ноги и взглянула на глыбу. Он всё ещё стоял на прежнем месте. Взгляд скользнул по сверкающей линии на полу, затем медленно поднялся ко мне. В чёрных глазах мелькнул оценивающий отблеск — он явно не ожидал такого хода.

— Вот! — я резко указала на серебристую черту, разрезавшую наш крошечный мир пополам. — Граница. Моя сторона — мои правила. У себя можешь делать что угодно. Но сюда — ни шагу. Ни звука, ни взгляда за эту черту без приглашения. Понял?

Я вложила во взгляд всю свою решимость.

— А если придётся, — добавила тише, — всю академию разделю пополам. Лишь бы больше не видеть тебя. И не слышать.

Я не стала ждать его ответа и не позволила себе заглянуть в бездонные чёрные глаза. Просто вернулась в комнату, захлопнув за собой дверь. Спиной прислонилась к холодному дереву. Сделала глубокий вдох. Выдох. Успокойся, Леа.

Из глубины комнаты доносилось тихое шипение Ирэны. Она смотрела на меня пронзительно-голубыми глазами, в которых отражался немой вопрос. Я подошла к кровати, села рядом и протянула руку. Ирэна мягко ткнулась холодной мордочкой в мою ладонь.

— Всё в порядке, красавица, — прошептала я, нежно гладя её по гладкой головке. — Просто… этот Каэль. В общем, теперь у нас ещё и неприятный сосед появился. Но я уже прочертила границу. Так что не волнуйся.

Ирэна, казалось, успокоилась. Она свернулась клубком у тёплой грелки, дыхание стало глубоким и ровным. Сон медленно брал своё, отгоняя стресс и холод.

Я приблизилась к узкому окну. За толстым слоем снега и льда, сквозь мутное стекло, мир всё ещё тонул во тьме. Но что-то изменилось. Я пригляделась. Облака редели, ветер стих. Тяжёлые, свинцовые тучи медленно разрывались и расползались в стороны. В узких прорехах между ними, на фоне чёрного бархатного неба, мерцали звёзды.

Яркие. Холодные. Бесконечно далёкие. Но такие… чистые.

Я замерла, прижав ладонь к ледяному стеклу. Впервые за долгое, долгое время в груди не дрожал холод страха и тревожного ожидания. Тревога за миссию, за пакет, за дядю, за Ирэну — всё это никуда не делось. Оно и теперь бурлило глубоко внутри. Но поверх проблем на мгновение опустилась странная тишина.