Князь тьмы и Леа

Глава 18

Каэль не вышел из тени — он словно соткался из неё, материализовался из холодного воздуха, преграждая мне путь.

Я рефлекторно отшатнулась. Инстинкты, вбитые дядей, взвыли. Тело, ещё не отошедшее от падения в подземелье и боль в разодранной руке, заставили быть начеку.

Первая мысль: бежать или сражаться.

Но я была в ловушке. Узкий, ледяной коридор академии стал тупиком.

Аура Каэля ударила физически, невидимая ледяная волна, которая заставила меня отступить и прижаться спиной к холодной каменной стене. Воздух стал плотным, тяжёлым. Холод, исходящий от Каэля, был не просто отсутствием тепла — агрессивная, живая сила, которая искала во мне трещины, чтобы впиться в них ледяными иглами.

— Что ты скрываешь?

Его шёпот был почти беззвучен, тише шороха снега, но он пронзил меня насквозь.

Я молчала, судорожно просчитывая варианты. Моя магия Искажения уже дрожала на кончиках пальцев, готовая выстрелить.

Но прежде чем я успела ответить или ударить, его рука в чёрной перчатке метнулась вперёд.

Я дёрнулась, но он оказался быстрее. Его пальцы сомкнулись не на горле, как я ожидала, а на моём предплечье, чуть выше пропитанной кровью повязки.

Прикосновение обожгло ледяным огнём.

Его Тьма как будто хлынула в меня.

Глубокая, проникающая сила. Она сканировала, прощупывая мою кровь, нервы, собственное магическое ядро. Холодные щупальца скользнули по ауре. Я инстинктивно попыталась оттолкнуть его своей магией Искажения.

Но это всё равно что пытаться остановить лавину голыми руками.

Моя магия, обычно гибкая и острая, просто растворилась в его всепоглощающей пустоте. Он был бесконечно сильнее.

Я с ужасом поняла, что он чувствует. Он ищет источник моих сил, моей лжи.

— На тебе след чужой магии, — сказал он. Его чёрные глаза впились в мои. — Древней магии.

Должно быть, он почувствовал медальон.

Я попыталась вырвать руку, но не вышло. Каэль смотрел на меня. В чёрных безднах не было гнева. Только холодное, концентрированное подозрение и... что-то ещё. Что-то похожее на голодный интерес хищника, наткнувшегося на невиданного зверя.

— Я буду наблюдать, — прошипел он.

Каэль отступил на шаг, наконец разжав пальцы и давая мне вздохнуть. Кожа на предплечье горела.

— И если ты подставишь группу ради той вещицы, что нашла там... — его взгляд метнулся к карману моего плаща, где лежал медальон, — я лично вырву её из твоих остывших рук.

Он не стал ждать моего ответа. Просто развернулся, и его тёмная фигура беззвучно растворилась в тенях коридора, слившись с вечным полумраком Академии Шаттенфрост.

Я осталась одна, дрожа — то ли от холода, то ли от ярости. Нога, которой я ударилась при падении, пульсировала тупой болью, напоминая о провале в восточном крыле.

Что сейчас произошло? А то, что Каэль показал мне, что я для него — открытая книга. Вся моя шпионская подготовка, маскировка — всё это рассыпалось прахом перед его мощью.

И угораздило же…

Собрав остатки воли, я заставила себя идти.

Я миновала Зал Айсбергов, свернула в коридор, ведущий к жилым комнатам, и уже почти дошла до спасительного поворота, когда из-за угла вынырнули две фигуры.

— Леа!

Я вздрогнула и попятилась, едва не вызвав щит.

— Тише, тише, это мы! — Мелисса подскочила ко мне, её лицо светилось беспокойством. Рядом с ней, как молчаливая тень, стояла Лира, её бледные руки со шрамами были спрятаны в рукава формы.

— Ты как? — Мелисса схватила меня за здоровую руку, и её тепло, пахнущее корицей, было почти болезненным на контрасте с ледяным прикосновением Каэля. — Мы видели! Ты просто... ты... ты бросила вызов Фуэго! А потом…

Я напряглась. Последнее, что мне было нужно сейчас — это допрос.

— Я в порядке. Просто устала.

— Ты не в порядке! — Мелисса понизила голос до трагического шёпота. — Ты ранена! И бледная, как тень! Леа... Каэль... сейчас мы не знаем, чего от него ожидать... Он не такой, как в прошлом году. После того, что случилось с Адалин... он стал... пустым.

Лира положила руку на плечо Мелиссы, призывая её к тишине.

— Ты была храброй, — тихо сказала Лира, её голос был ровным, но в голубых глазах читалось уважение. — Но Мелисса права. Ты бросила вызов не только ректору. Ты бросила вызов Каэлю. А он не любит, когда вторгаются в его тень. Будь осторожна. Завтра... просто держись рядом с нами.

В груди что-то болезненно сжалось. Они беспокоились. Искренне. За меня. За шпионку, которая только что манипулировала ими на собрании, чтобы пробиться к своей цели.

Я пришла сюда, готовая использовать всех, предать каждого ради миссии дяди. Я никогда не просила о друзьях.

А теперь эти двое стояли передо мной, предлагая своё тепло и защиту. И от этого моя ложь казалась ещё более омерзительной.

— Я... — я откашлялась, возвращая маску безразличия. — Я справлюсь. Мне нужно отдохнуть. Спасибо.

Я обошла их, не глядя в глаза. Я чувствовала их растерянные, тёплые взгляды у себя на спине. Это было хуже, чем прожигающий взгляд Каэля.

Дрожащей рукой я отперла дверь своей комнаты. Вошла. Закрылась.

Прислонилась к холодному дереву спиной, опустив веки, пытаясь отдышаться.

Тишина. Только потрескивание углей в маленькой печи.

— Сссссшш…

Тревожное шипение раздалось со стороны кровати.

Я открыла глаза. Ирэна не спала. Она приподняла свою изящную головку, её пронзительно-голубые глаза были устремлены не на меня. Она смотрела на мою правую руку — ту, которой коснулся Каэль. Змейка чувствовала его остаточную магию.

Затем её взгляд медленно переместился ниже — к карману моего плаща. Она чувствовала магию того, что внутри.

Моя рука сама потянулась к плащу. Пальцы нащупали холодный, тяжёлый металл.

Я нащупала медальон и вытащила его, он показался не просто холодным — он обжигал кожу, словно кусок сухого льда. Тяжёлый, слишком тяжёлый для своего размера.