Княжий отбор

Глава 18

Мира больше не заговаривает о свидании с Ярым. Она лишь более усердно шьёт рубаху. Я доделываю свою работу и приступаю к помощи подруге, стараясь направить свои думы в нужное русло.

Оставляю мысли о Меченом. Хватит! Совершенно не важно, кто он. Ну уж не князь, это точно. У меня есть о ком думать.

Мой жених. Вацлав. О нём я несправедливо забываю. Интересно, а он думает обо мне? Планирует нашу дальнейшую жизнь после отбора?

Мои мечты летят вскачь, представляя, как я буду выходить замуж за Вацлава. Представляю в деталях свой свадебный наряд. Счастливые родители благословляют меня. Вот оно счастье! Рядом с любимым!

Улыбаюсь во весь рот, кладя один стежок за другим. Пока Мира шьёт основную часть рубашки, я вышиваю оберегами рукава. В моих мечтах жених поворачивается и я вижу его лицо.

Вскрикиваю! Стежок выходи кривым. В добавок ко всему колю палец иглой.

Да что ж это за наваждение такое! Лада, дай покой моим мыслям!

На месте жениха…Меченый!!! Он пробрался даже строго контролируемые мечты. Мало ему мучить меня во сне, пробуждая чувство вины по утрам.

― Что с тобой? ― обеспокоенно спрашивает Мира. ― Ты уколола палец?

― Да, и стежок получился кривым, ― отвечаю я, не желая рассказывать истинные причины. ― Придётся переделывать.

― О чём мечтала? Точнее о ком? ― тихонько смеётся Мира.

― О свадьбе с Вацлавом, конечно, ― отвечаю я чистую правду. О том, что в мои мечты пробрался сотник князя, нет моей вины.

― Ты сначала отбор пройди, а потом о свадьбе с другим мечтай, ― назидательно говорит Мира.

Теперь она берёт на себя роль доброй тётушки и убеждает меня забыть Вацлава хотя бы на время отбора. Я молчу и лишь киваю, соглашаясь. Знала бы она, что забыть Вацлава совсем не трудно. Гораздо сложнее помнить о нём. Именно это приводит меня в отчаяние.

Слово за слово, стежок за стежком и половина работы сделана. Мы заканчиваем работать за полночь. Я радуюсь, что смогла удержать Миру от свидания.

Во сне ко мне опять приходит Меченый. Он требует, чтобы я вышла к нему в сад. Не пойму, как ему удаётся приходить ко мне во сне? Мало того, что легла я поздно, так и сон беспокойный.

Утром, как варёные куры, плетёмся на завтрак. Усаживаемся на свои места и сонными глазами смотрим на тарелки с дымящейся кашей.

Надо проснуться и поесть, силы нам пригодятся, дел ещё по горло. Да и на конкурсе лучше быть свежими и выспавшимися.

― Посмотри, Мира, ― поднимаю я глаза на стол распорядителей, ― наши имена первые в турнирной таблице.

Спросонья мы даже не замечаем с какой злобой смотрят на нас соперницы. А увидев, что имена Гордеи и Забавы стоят после наших, отставая на двадцать баллов, мы с тревогой переглядываемся.

Теперь надо держать ухо востро. Каждая их девушек не задумываясь сделает нам гадость.

― Агния из Волчанска, ― разрывает тревожную тишину голос Милорады, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. ― После завтрака тебя ждут в следственной палате. Я отведу тебя. Поторопись.

Злорадные улыбки и ненавидящие взгляды испепеляют меня. Каждая надеется, что меня вышвырнут с отбора в лучшем случае, а в худшем будет более суровое наказание.

― А как же выполнение задания? ― стараюсь оттянуть неизбежное я. ― Не справедливо, что меня лишают возможности сделать его.

― Поторапливайся, ― раздражённо повторяет распорядительница. ― Мне некогда тут с тобой лясы точить.

Положив ещё одну ложку каши в рот, я совсем не ощущаю её вкуса. Что ж от судьбы не уйти. Я встаю и следую за Милорадой, не ожидая ничего хорошего.

Распорядительница ведёт меня по коридорам и лестницам, то спускаясь, то поднимаясь. Я уже не понимаю где нахожусь.

Душа трепещет, как ковыль на ветру. Сердце сжимается в недобром предчувствии. Сама себя убеждаю, что милости мне ждать не от кого.

Наконец-то, когда я уже накрутила себя до лютой жалости к самой себе, мы подходим к массивной деревянной двери с кованными вставками.

Сердце делает кульбит и замирает где-то в горле.

Пыточная, решаю я.

Лада, убереги, свою неразумную дочь!

Милорада без стука открывает дверь, пропуская меня вперёд. Я замираю не в силах сделать ни единого шага. Ноги наливаются тяжестью.

― Проходи, Агния, ― раздаётся из комнаты голос боярина Станислава. ― Не бойся.

Легко сказать не бойся. Милорада легонько подталкивает меня в спину и я непроизвольно делаю несколько шагов вперёд. В комнату вхожу не слишком красиво.

― Вы хотели меня видеть? ― говорю я заведомую глупость из-за неловкости.

― Присаживайся, ― показывет он мне на табурет напротив стола, за которым расположился советник князя.

Я сажусь на краешек и украдкой оглядываюсь.

Комната больше похожа на рабочий кабинет, чем на пыточную. Огромный шкаф с книгами и витками. Высокие деревянные кресла расположены возле большого окна. Между ними стоит стол с шахматными фигурами, серебрянным кувшином и чекаными кубками. Судя по расположению фигур на поле игра идёт давно.