Княжна

ГЛАВА 1

                                       

 

    Меня выбросило из  сна. Внезапно рвануло из кровати,  швырнуло, как тряпку, вниз. Потом завертело и все внутри отозвалось страшной тошнотой и головной болью. Ужас накатил лавиной и сознание угасло...

   Очнулась от шлепка по лицу: - Очень удачно, очень. Ну что - очнулась? Прилетела, птичка? Давай, отблагодари уже меня…

 Меня  подняли и, не особо церемонясь, перетащили на что-то мягкое. С трудом разлепила глаза - все двоилось и плыло.  Кто-то  схватил меня за подбородок и повернул вбок, потом обратно. В голове  будто граната взорвалась...  Я застонала и крепко сжала веки, пережидая боль.

   - Птичка, очнись же, наконец!  Пора отрабатывать. Да смотри же на меня!

 Меня похлопали по лицу. С трудом сфокусировала взгляд - молодой мужчина склонился надо мной, упираясь одной рукой в кровать возле моей головы. Светловолосый, выражение лица не передать –  просто сразу поняла, что ничего хорошего меня не ждет.

   - Кто вы? Где я? – спросила, еле оттягивая голос. Мне было плохо, очень плохо. Вся боль сконцентрировалась в висках. Казалось, что там болит даже кость. Пульс долбил молотком, разрывая изнутри черепную коробку.

   - Не важно. Ты мне должна - жду почти два часа.  А тут ты такая – совсем готовая. У меня не так много времени. Приступим, цыпочка? 

 Он сильно сдавил мою грудь рукой. Боль почти ослепила,  накатила паника и, заорав дурным голосом,  я рванулась  с кровати, пытаясь отбросить его от себя коленями и руками. Мужик взвыл,  кулак летел мне в лицо. Мир вокруг взорвался фейерверком и исчез...

   Приходила в себя урывками. Темно, больно, непонятно… Сердце застучало, как бешенное, когда вспомнила… страшно… Но сейчас рядом не было никого - я одна. Постаралась успокоить дыхание, унять поднимающуюся панику и понять, что именно так сильно болит. Лицо стянуло, как скотчем, между глаз - тупая боль. Прислушалась к другим ощущениям – тянуло живот и внизу  жгло, как огнем. Попыталась поднять руку к лицу и от очередной волны боли потеряла сознание.

   Следующий раз очнулась, видимо, от звуков. В помещении закричали, послышался какой-то грохот, потом хлопнула дверь. Попытка повернуть голову опять закончилась головокружением и погружением в темноту...

   Голоса раздавались возле меня, бубнили, вскрикивали. Постепенно я начала различать слова:

   - … сразу сказал, что она мне не нужна.

   - Это не повод так с ней обойтись. Ты хоть понимаешь, что ты наделал? Как ты мог? Я сделал это для тебя, доверил ее тебе, был уверен в твоем здравомыслии…

   - Я уже объяснял, что это сделал не я!  Сколько можно?! Я поручил Алберту встретить ее и просто отправить обратно. Я не думал, что он так рассвирепеет. Она ударила его, вот он и…

   - Она сопротивлялась насилию, хотя была совсем беспомощна после перехода. 

   - Она разодрала ему лицо и отбила пах. Он сказал, что просто хотел наказать ее, но потом возбудился и не смог остановиться – девка оказалась совершенно голой.

   - Это не девка, сын.  Это была мать твоих будущих детей и моих внуков. Теперь это человек, который возненавидит тебя всей своей душой и смысла в том, чтобы и дальше задерживать ее здесь, я не вижу.  Вылечим и отправим обратно. Всему есть предел. Моему терпению тоже. Я лишаю тебя наследства,  титула ты лишишься с моей смертью - он перейдет к новому хозяину состояния,  – устало и обреченно звучал глухой голос.

   - Ты знал, что у меня сейчас есть Алисия! Что мне вообще не нужна жена! Зачем ты  затеял все это? Ты думал, что я увижу ее и впечатлюсь? Да я вообще не терплю брюнеток! А эта еще и толстая, а страшная, как…, - обладатель молодого голоса чуть не поперхнулся от избытка чувств.

   - Твой образ жизни, то, как ты меняешь своих пассий… Алисия просто немного хитрее других, а так – это просто череда смазливых искательниц титула, а то и просто шлюх.  Я же говорил  – твоей судьбы не было в нашем мире.  Были варианты, из них святые отцы выбрали в другой реальности лучший, идеальный – эту женщину.  Она и не может сейчас быть красивой – сломанный нос, гематомы, отеки.  Она не толстая, просто не заморенная голодом и не затянутая в корсет.  И волосы у нее роскошные. Ты как будто и не глуп, но сейчас  ведешь себя  странно, как капризный ребенок. Сейчас речь не о наших отношениях – речь о твоем будущем. Ты хоть понимаешь, что это Предназначение? И я  опять спрашиваю тебя –  может, ты еще передумаешь? Может быть, когда мы все ей объясним, она сможет простить тебя, - обладатель тоскливого, усталого голоса все пытался достучаться до сына, уговорить его.

   -  Исключено. Она мне противна. Она осквернена, грязна, отвратительна. Даже под страхом лишения наследства я не соглашусь. Есть, в конце концов, наследство матери. Я проживу и с ним. Извини, мне пора.

Звук твердых, четких шагов удалялся.  Дверь скрипнула и установилась тишина.  Послышался тяжелый вздох, шорох, скрип кресла и тихий плач мужчины, который он пытался подавить и не мог. Я шевельнула пальцами рук. Они слушались, но правая жутко болела.  Попыталась поднять веки – получилось, хотя и с трудом. Ага - отеки же и гематома. Крутить головой не стала, потому что помнила, как больно было и тошнило – сотрясение мозга? А еще… изнасилование. Я не помнила об этом ничего и пока ничего не чувствовала по этому поводу.  Тупое, странно–отстраненное отношение к самому  факту...



Тамара Шатохина

Отредактировано: 04.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться