Княжна из Преисподней

Глава 5

(Криста)

       Пустые коридоры академии не могли не радовать. В обычное время тут было ужасно шумно и тесно, несмотря на то, что коридоры были достаточно широкие и в них могла поместиться шеренга из десяти среднестатистических студентов.

       Андре шёл рядом со мной с приподнятым подбородком и уверенным взглядом, но изредка он кидал в мою сторону косые взгляды, что изрядно меня подбешивало.

       Первое время я не обращала на это внимание, пока мы шли по коридору до винтовой мраморной лестницы и поднимались на нужный нам этаж. Когда мы свернули направо от лестницы и снова шли вдоль коридора, я уже еле-еле сдерживала свои эмоции. Ну, не люблю я, когда на меня так смотрят! С интересом и смешинкой! Я им не цирковой зверёк!

       Когда на губах брюнета появилась явная улыбка и, прикрыв рот кулаком, он тихо рассмеялся, я не выдержала и резко затормозила. Тот тоже остановился и удивлённо, но, не задавая вопросов, посмотрел на меня. Обернувшись к нему лицом, я несколько минут всматривалась в его лицо, не только сбивая его с толку своим поведением, но и пытаясь понять, кто это. Филипп или всё же Андре? Как бы я не пыталась понять, но разум и сердце давали мне абсолютно разные ответы. Сердце всё также твердило, что передо мной находится Филипп. А разум — что Андре. Заставить их сойтись на одном ответе невозможно, а спорить со своим внутренним "Я" бесполезно. Ещё взбрыкнёт, и меня будет ожидать недельная головная боль.

      — Леди? — осторожно произнёс брюнет, поворачиваясь ко мне в пол-оборота.

      — Почему вы смеётесь надо мной? — задала я вопрос в лоб.

      — А... — мужчина замялся. Его глаза забегали по пустому коридору, но ни разу не остановились на мне. — Это не то, о чём вы подумали, мисс Джексон. Я просто всё ещё вспоминаю вашу перепалку с тем профессором.

      — И это всё? — я недоверчиво сложила руки на груди и приподняла бровь. Мужчина обречённо вздохнул и улыбнулся. Значит, всё же не всё!

      — Да, есть ещё одна причина. Несколько лет назад в поместье нашей семьи жила одна девушка, на которую вы очень похожи, — начал мужчина, заставив меня слегка затаить дыхание. Пытается ли он таким образом увидеть мою реакцию на его слова? Он подозревает, что я это… Эйвелин? — Только она была брюнеткой, и черты её лица немного отличаются. И я просто удивлён вашему сходству. Только и всего.

      — Вы сами только что сказали, что у нас различен цвет волос и черты лица. Может, вы подсознательно ищете её в других девушках, — я сделала ударение на предпоследнем слове и испытывающее посмотрела на Андре. Это он, а не Филипп. Теперь я в этом уверенна. Когда он начинал думать, он машинально дотрагивался до ободка маленькой круглой серьги с камнем изумруда, отличительный знак мореплавателей. Андре всегда хотел стать моряком, но из-за своего высокого положения не имел такой возможности. Но в семнадцать лет, как он сам мне говорил, сбежал в море вместе с торговым судном. Он пробыл в море около двух с половиной лет, пока до него не дошёл слух, что его мать больна, и ему пришлось вернуться домой. Но на прощание ему подарили эту серьгу, чтобы в любую трудную минуту он мог обратиться к морякам и они безвозмездно могли ему помочь, как сотоварищу. — Вы сказали, что у меня такие же голубые глаза. Возможно, именно из-за этой ассоциацией вы и ищете во мне… Простите, не знаю, как зовут эту девушку.

      — Звали, — тихо произнёс Андре, опуская глаза.

      — Простите… А она умерла?

      — Пропала без вести, — сухо ответил брюнет и, не говоря больше ни слова, двинулся в сторону кабинета ректора.

      Пропала без вести, значит? Ну, собственно, этого я и добивалась. Только почему-то когда я об этом думала, мне не было так неприятно на душе. И, если мне не изменяет память, по истечении пяти лет пропавших без вести считают умершими… Надеетесь меня найти?

      Я с грустной улыбкой глянула на удаляющуюся спину брюнета и, ускорив свой шаг, догнала его. Мы больше не говорили. Мне было неудобно, да и говорить особо нечего. А он просто молчал. Ни тени улыбки, ни простого спокойствия. На лбу мужчины появились морщинки, взгляд был направлен в пустоту. Я даже хотела подхватить его за локоть, чтобы он — не дай Бог — не врезался в стену или дверь. Но Андре уверенно шёл по нужному маршруту, пока мы не остановились возле массивной двери с надписью «Ректорат».

      Открыв дверь, мужчину отступил в сторону и сделал приглашающий жест, пропуская меня вперёд. Я благодарно кивнула и вошла, очутившись в просторной комнате.

      Высокие окна, фактически под потолок, из-за чего комната была наполнена светом, прикрытые полупрозрачным тюлем и светло-коричневыми шторами, перевязанными золотистым шнурком. Бежевый ковёр на полу, кресло и пара диванчиков из тёмного дерева с обивкой в тон ковру. Стол секретаря из такого же дерева и пара шкафчиков. В общем-то, оформление было в мягких, тёплых тонах, что мне очень нравилось. В отличие от общего вида академии. Своей строгостью и небольшой мрачностью, она иногда напоминала мне родной дом.

      Ализара Ролет, секретарша госпожи Ангориа, сидела за своим столом практически в углу, в окружении стопок книг и бумаг и не замечала нас. Её средне-русые волосы были заплетены в тугую косу и перекинуты через правое плечо, кончиками волос касаясь бумаг на столе. Очки в тонкой серебряной оправе сползали на кончик носа, и женщина периодически поправляла их, не отвлекаясь от работы. Строгое чёрное платье с белым воротничком облегало фигуру и не стесняло движения. На вид её было лет тридцать–тридцать пять, а сколько ей было на самом деле, я не знала.

      Я продолжала молчать, ожидая её реакции на наше присутствие, но женщина нас не замечала. Наверное, Андре надоело стоять за моей спиной и ждать у моря погоды, поэтому, обойдя меня и подойдя к столу, он слегка наклонился, загораживая свет. Именно это и заставило госпожу Ролет отвлечься от документов и поднять свои глаза… Да так и замереть с удивлённо расширенными глазами и румянцем на щеках. Естественно! Когда тебе улыбается обаятельный, высокий брюнет с обворожительной улыбкой.

      — Добрый день. Я надеюсь, мы вас не потревожили, — начал он, не сводя взгляда со свой жертвы. — Нам нужно пройти к ректору. Она у себя? — Ролет кивнула и собралась вставать, чтобы оповестить начальницу о гостях, но Андре жестом попросил её сесть обратно. — Мы сами, — взяв маленькую ручку женщины в свою ладонь, он коснулся губами тыльной стороны и улыбнулся, не сводя с неё взгляд своих стальных глаз. — Благодарю.

      Я устало вздохнула. Соблазнитель хренов! Что он, что его брат! Два сапога пара!

      Кивнув в знак приветствия всё ещё ошарашенной женщине, прошла в кабинет госпожи Ангориа вслед за брюнетом. Госпожа ректор сидела за своим столом, удобно устроившись в мягком массивном кресле.

      — Криста, господин Эшборн, — воскликнула женщина, всплеснув руками. — Что-то произошло?

      — Произошёл небольшой неприятный инцидент, — начал Андре и глянул на меня. От госпожи Ангориа не ускользнул это жест, и она обратила свой взор на меня.

      — Госпожа Ангориа, я не хотела ничего плохо, — начала я, немного стушевавшись под взглядом этой женщины. Может, она и кажется очень доброй и милой, но на самом деле она не так проста. Мариса Ангориа — предыдущий придворный маг Андэллы, сменившая свои пост на роль ректора академии и ни разу не пожалевшая об этом. Её боялись и уважали все придворные, и говорят, что она была в довольно таки близких отношения с предыдущим королём. Хотя, всё это только слухи и никаких доказательств нет, а рыться в чужом белье это не моё. — Профессор Ландорп лишь задал вопрос, и я на него ответила. Но вот мой ответ, к сожалению, его не устроил.

      Из-за двери послышался шум, и даже брань, что заставила меня повернуть голову в сторону Андре и слабо улыбнуться. А я говорила, что без скандала не будет. Дверь с громким хлопком отворилась, и нашему взору явился взъерошенный профессор Ландорп. Его глаза метали молнии, костяшки побелели от сжатых в кулаки рук, а лицо покраснело от возмущения и гнева.

      — Госпожа Ангориа, я требую исключить из академии весь пятый курс универсалов! — прокричал профессор, буквально подлетая к столу ректора и хлопнув по нему ладонями. Я удивлённо уставилась на мужчину, не веря своим словам. А остальные-то тут причём? Что они уже успели сделать?

      — Успокойтесь, профессор. И объясните, в чём дело, — спокойно произнесла женщина, откидываясь на спинку кресла. Она перевела заинтересованный взгляд с меня на Андре и усмехнулась.

      — Что произошло?! Что произошло?! — кричал мужчина, не думая понижать голос в присутствии женщины, выше него по статусу. — Если вы не отчислите их, я буду жаловаться в Министерство магии с требованием о пересмотре вашей кандидатуры на место ректора академии. Вы не справляетесь со своими обязанностями, если такие невежи, как они, находятся здесь.

      — Что вы имеете в виду под словом «невежи»? — уточнила Ангориа. Она прищурила глаза и внимательно смотрела на Ландорпа. Очень зря, очень зря, профессор. Академия — это уже детище Марисы Ангориа. Даже несмотря на то, что она руководит, ей всего пятнадцать лет. С того самого момента, как умер предыдущий король. А посягать на то, что дорого ей, чревато последствиями.

      — Они отказываются как следует учить мой предмет, грубят и оскорбляют меня. А эта, — от ткнул в мою сторону своим тонким трясущимся пальчиком, заставив меня сделать шаг назад. Но не от страха, а от отвращения, — эта мерзавка смела сказать, что я не достоин звания профессора! Я обязан обратиться в суд с заявлением на посягательство моей чести и достоинства! И я его выиграю!

      — Выбирайте выражения, уважаемый, — сказал Андре, подходя ближе и положа ладонь на рукоять меча. — Эта девушка находится под моей опекой и моей семьи. Оскорбляя её, вы наносите удар по семье Эшборн. А вы знаете, чем вам это грозит?

      Я удивлённо похлопала ресницами, наблюдая за этой картиной, и бросила потерянный взгляд на госпожу Ангориа. Но та лишь приложила пальчик к губам, приказывая мне молчать и не вмешиваться. Это что тут происходит? Без меня — меня женили?!

      Ландорп лишь заскрипел зубами, кинув полный ярости взгляд сначала на Андре, потом на его меч. Обведя взглядом нашу компанию и задержавшись на мне, он пулей выскочил из кабинета. На секунду, когда мы встретились с профессором взглядами, мне показалось, что я прочла в его глазах предупреждение. Просто так этот инцидент не забудется. Мне ещё припомнят публичное унижение и оскорбление. Когда-нибудь он ответит мне той же монетой. И не факт, что это тоже будет простое унижение.

      Я усмехнулась своим мыслям. Ничего удивительно тут нет. Душа этого человека прогнила насквозь. В ней нет того светлого огонька, который ещё мог помочь ему вернуться на правильный путь. Я ещё удивлена, что не появились бесенята, которые пожирают проклятые души. Они всегда сопровождают свою жертву вплоть до их смерти.

      Встряхнув головой, я снова посмотрела на Андре. Брюнет о чём-то разговаривал с ректором и даже, кажется, спорил. Из обрывков фраз я поняла, что он кратко пересказывает события, спровоцировавшие недавнюю сцену. Почему он заступился за меня? Скорей всего, секретарь госпожи Ангориа, как обычно, уже успела подслушать разговор на повышенных тонах, и, естественно, то, что теперь я нахожусь под защитой уважаемого человека, станет известно всем. И, значит, от нападок «любимых» адепток академии мне не скрыться нигде!

      — Извините, что прерываю ваш разговор, — сказала я, обращая на себя внимание присутствующих. Госпожа Ангориа доброжелательно мне улыбнулась и села обратно в свое кресло. Андре же кинул на меня заинтересованный взгляд, не забыв при этом улыбнуться. Э! Я что, что-то не то сделала или сказала? — Госпожа Ангориа, — я повернулась в пол-оборота к ректору и стыдливо потупила глазки. Проверенный вариант, если ты что-то просишь. Всегда срабатывает. — Мне нужно будет покинуть академию вечером. Через несколько дней.

      — Ты хочешь получить разрешение? — уточнила ректор.

      — Да, — я кивнула.

      — Я не могу тебе его дать, — жёстко ответила женщина. Я опешила. Что такого в моей просьбе?

      — Почему? Мне очень надо покинуть академию, — снова попробовала я. Даже если сейчас мне нужно будет опуститься на колени, чтобы получить разрешение покинуть территорию академии, я готова. Плевать на гордость, я обязана там быть. — Я должна сходить на кладбище, госпожа. Я не могу пропустить годовщину смерти моей матери. — Женщина продолжила молчать. Опустив взгляд на стол, она поправила свои очки и сделала вид, что копается в документах. Но я знала, что она меня прекрасно слышит и всё это лишь игра, чтобы я отстала. — Госпожа Ангориа, если я не получу разрешение на выход, я уйду без него. — Ангориа подняла на меня свой взгляд, и в нём уже не было той смешинки, которую я видела минут десять назад. Сейчас передо мной сидел бывший придворный маг Андэллы. Жёсткий, здравомыслящий и непоколебимый.

      — Ты понимаешь, что за твой самовольный побег я могу тебя исключить? На радость Ландропу, — напрямую задала вопрос Ангориа.

      — Понимаю. Но и вы должны меня понять…

      В кабинете повисла тишина. Скорей всего, Ангориа надеялась, что под её тяжёлым взглядом, от которого, если верить слухам, сжимались от страха даже бывалые вояки. А мне что? Я не раз уже встречалась с похожим взглядом. Только дедуля мог ещё и огоньком пульнуть. И не важно, что ты его внучка. Неповиновение Князю жестоко каралась. Чаще я проводила несколько суток в застенках подземелья. Жестоко? Не спорю. Но ведь мы не простые дети. Мы не дети простых людей, над которыми трясутся родители, сдувая со своих чад пылинки. Мы — будущие Князья и Княгини. Слабость и жалость недопустимы. Это правило я запомнила на всю жизнь. Можно сказать, я впитала его вместе с болью и кровью. А такое забыть невозможно…

      Я продолжала стоять напротив госпожи Ангориа, не сводя с неё взгляда впредь до того, пока она обречённо не вздохнула и, откинувшись на спинку кресла, сняла свои очки и потёрла переносицу.

      — Ты хоть понимаешь, что сейчас просишь? — устало спросила женщина. — Ты слышала, что происходит в городе? Пропадают люди. Как раз в области кладбища. И ночью. В городе введён неофициальный комендантский час. А ты хочешь, чтобы я отпустила тебя туда. Одну…

      — Не одну, — перебил её брюнет, не вмешивающийся до этого момента. — Если нужно, я пойду с ней. Хоть какое-то, но сопровождение. И возьму с собой несколько человек.

      Я благодарно улыбнулась Андре и получила в ответ кивок.

      — Хорошо, — сдалась женщина, и я чуть не прокричала победный клич. Но вовремя осеклась и снова потупила глазки. — Но вы должны вернуться до десяти вечера, — когда мельком глянула на Ангориа, то поняла, что последняя фраза уже была адресована не мне. Андре приложил ладонь к сердцу и слегка поклонился. — Если с ней что-то случится, Эшборн, я не посмотрю на ваш титул герцога.

      — Не волнуйтесь, я сам умру, но верну её в целости и сохранности, — с улыбкой ответил брюнет.

      Из кабинета я выходила в приподнятом настроении, чуть ли не подпрыгивая. Изредка я слышала короткие смешки из-за спины, но когда оборачивалась с недовольным или обиженным выражением лица, то мой сопровождающий смотрел в другую сторону и насвистывал весёлую мелодию.

      — Господин Эшборн, — сказала я, останавливаясь перед ним. Благо он успел сообразить и вовремя затормозил.

      — Андре. Можно, просто Андре.

      — Хорошо, — согласно кивнула я. Мне тоже так удобней. — Тогда для вас я просто Криста… Так вот. К чему это я? Почему вы внезапно заявили о своей опеке? Это же не просто так. Это серьёзное заявление.

      — Я терпеть не могу, когда в моём присутствии оскорбляют женщин, — на полном серьёзе ответил мужчина. Я улыбнулась. Такой как всегда. Честный, благородный и обаятельный. Мечта любой девочки-подростка. Белый конь, к слову, тоже имется. Рош! Красавец! Только посторонних к себе не подпускает. Только хозяина и мальчишку-конюха. Чем, кстати, Андре не принц на белом коне?

      Оперевшись о его руку, я поднялась на носочки и коснулась губами его щеки. Мышцы на руке напряглись, а когда я вернулась в обычное положение и отпустила его руку, то заметила его ошарашенный взгляд. Он не ожидал такого от меня. А я… Я просто подалась мимолётному порыву… Снова.

      Я любила этого мальчишку. Как брата, конечно. И очень скучала по нему и по нашим разговорам.

      — Спасибо, Андре, — сказала я. — Но больше не раскидывайтесь такими заявлениями. Сейчас мне пора идти на занятия, я надеюсь, вы меня простите.

      Развернувшись, я направилась вдоль по коридору.

      Лучше оставить его сейчас одного. Я слишком сильно ошарашила его своим поведением. Не хватало мне, чтобы он ещё ненароком влюбился в студентку. Ведь угораздило же его влюбиться когда-то в Эйвелин.

      Следующие занятия прошли как обычно. Скучновато и обыденно. Лэрри так и не подошла ко мне и не сказала ни слова за весь день. Я, как и за обедом, ловила на себе её взгляды, но не более. Ближе к вечеру, когда занятия закончились и студенты разбрелись по своим делам, я закинула сумку в комнату и, подхватив Эриду на руки, выбежала на улицу.

      Преодолев двор, я выскочила на главную тропинку сада. Прямо, потом поворот на право, снова прямо, вплоть до небольшого живого лабиринта. Зачем он был нужен в академии, я так и не поняла, но как раз в моём случае он был незаменим. Спустив Эриду наземь, я проследовала уже по заученному маршруту идти прямо и каждый раз сворачивать только направо, чтобы выйти к центру лабиринта. Если бы я имела возможность у кого-то спросить, то задала бы самый глупый вопрос из всех — зачем в середине лабиринта дверь. Обычная, ничем не примечательная деревянная дверь, украшенная резьбой. На первом курсе, чтобы утолить своё любопытство, я спрашивала у некоторых преподавателей и старшекурсников, но мне всегда отвечали либо «она всегда там была», либо «не знаю». Другого ответа не было. Я же приспособила её под свои личные нужды. Выйдя на широкую поляну, центр, я встала напротив нужной мне двери. Оплетённая плющом коричневая дверь, смотрелась здесь довольно странно, если честно. Но, как говорится, выбирать не приходится.

      Я подошла ближе и приложила руку к абсолютно ровной поверхности двери. По дереву пробежались еле заметные заряды, заставившие меня улыбнуться. Я отступила на шаг назад и не спеша опустила руку на рукоять, нажав на неё. Дверь без возражений поддалась мне. Передо мной предстала абсолютная тьма. Что за той мглой — знали только я и Эрида. Остальные, кто входил в лабиринт и открывали дверь, видели только стену, находящуюся за ней. Привязать проход к своей ауре дело двух минут. Зато, кроме меня, никто не сможет его активировать.

      — Пошли, — скомандовала я, проходя сквозь арку перехода. Как обычно прикрыв глаза, я почувствовала лёгкое покалывание на коже. А когда снова их открыла, то оказалась в относительно просторной комнате. Если, конечно, не считать шкафов до потолка, забитых книгами и склянками, и стола, на котором присутствовал постоянный творческий беспорядок алхимика-трудоголика. На полу были разбросаны всевозможные записи и даже раскрытые книги, но я не обращала на это внимание. Я пересекла комнату и вылетела за дверь в коридор.

      Спустившись на первый этаж, я свернула в сторону небольшой библиотеки. Двери комнаты были уже распахнуты, и, когда я появилась на пороге, то сразу увидела Его. Адское зеркало. Даже несмотря на то, что оно было прикрыто тканью, я знала, как оно выглядит. Полтора метра в высоту, оно висело на противоположной от входа стене, в тяжёлой, витой, позолоченной раме с вогнутыми к центру краями. Я назвала их песочными часами, когда увидела карандашные наброски в библиотеке замка. Одним своим видом оно притягивало к себе взгляд, заставляя желать прикоснуться к нему, заглянуть в него. Оно было живым и вытаскивало из глубины твоей души все твои тайные желания… Верхушку зеркала украшала небольшая голова рогатого чудовища с хищным оскалом и пустыми глазами. Его рога были больше головы и закручивались внутрь, а множество переплетений на раме и две руки с длинными когтями, вроде как удерживающие её, находились посередине, создавая ощущение, будто именно он и сдавливает зеркало к центру.

      Я осторожно подошла ближе и прикоснулась к раме через ткань. Меня тут же обдало волной жара, исходившей из самого зеркала. Край белой ткани приподнялся, как от дуновения ветра, и, не медля больше, я сдёрнула её на пол. Все, как и должно быть. Приложив ладонь к холодному стеклу, я усмехнулась. Отражение пошло рябью, как будто я дотронулась до поверхности воды, и уже на месте голубоглазой блондинки появилась брюнетка. Оно показывало истинную сущность того, кто в него смотрел, если на том присутствовала личина.

      Теперь я смогу связаться с Белль и узнать, как она… Как же я скучаю по тебе, сестрёнка.

      Прикрыв глаза и опустив голову, я глубоко вздохнула. Теперь всё в порядке, и я смогу беспрепятственно связаться с сестрой. Распахнув глаза, я вздрогнула. За моей спиной, в дверном проёме стояла Лэрри. Её побледневшее лицо и ошарашенный взгляд говорили о многом. Тёмная магия, которой был напитан переход, высосала из неё все силы, а то, что она тут увидела… Если сказать просто «испугали», я не смогу передать весь смысл.
Это не столичный особняк богатенького человека с роскошной обстановкой. Это место, погружённое в вечную темноту. Чего мне стоило создать его в Полугранке. Без Элердера, конечно, не обошлось. Но это было единственное место, куда я могла спрятаться, чтобы исчезнуть на некоторое время, как Эйвелин. Единственным светом служили редкие магические светильники и огонь в каминах. За окном была постоянная тьма, а луны тут им вовсе не было.

      — Лэрри, милая, как ты здесь оказалась? — спросила я, делая шаг в её сторону.

      — Не подходи! — крикнула та и отшатнулась назад. Прижавшись спиной к стене коридора, девушка выставила перед собой руки в надежде защититься от меня магией. Но она не знала, что здесь светлая магия просто не действовала. — Не подходи ко мне!

      Вырвавшийся с её пальцев маленький огонёк так и не долетел до своей цели. Материализовавшийся передо мной Элердер просто перехватил его и сжал своей костяной рукой. Наверное, вид парящего в воздухе балахона и окружённого при этом облаком дыма доконали нимфу, и она упала в обморок.

      Я не спеша обошла Посланника и, подойдя к бессознательной девушке, присела возле неё.

      — Лэрри, если ты хотела узнать что-то, могла просто подойти и прямо обо всё спросить, — сказала я, проведя пальцами по её щеке. — Я бы тебе ответила… Элердер! — крикнула я, поднимаясь на ноги и оборачиваясь к другу. — Отнеси её в мою комнату… Я решу позже, что со всем этим делать…