Княжна-попаданка на острие событий

Глава 12 Восторг

— Ах, это так волнительно! — Татьяна Николаевна стоит рядом и во всех красках расписывает мне прошедший день. В то время, как я домываю последнюю палату. — Никогда бы не подумала, что смогу спокойно смотреть на кровь, да еще и восхищаться происходящим.

— В крови нет ничего страшного, — просто поддерживаю разговор. — К тому же, человек ко всему привыкает.

— А Вера Игнатьевна? Она просто волшебница! Иногда мне кажется, что случись надобность, она и вену сшить сумеет.

На это не отвечаю. У меня о Вере Игнатьевне совсем иное мнение. Она не способна правильно расставлять приоритеты. Как не способна и рассмотреть профессионала. И потому я весь день машу тряпкой вместо того, чтобы помогать тем, кто в этом нуждается.

— Вы можете только представить, на операцию привезли очередного раненого и Вера Игнатьевна…

Дальше княжну не слушаю. Она продолжает петь дифирамбы Гедройц еще хлеще, чем пели их на первом курсе института, когда рассказывали, к чему мы все должны стремиться.

Вместо этого домываю оставшийся нетронутым угол, и собираю инструмент.

Швабра, хочу заметить, совершенно не похожа на те, к которым я привыкла. Но за весь день я ни разу не разочаровалась в ней. В эти времена умели делать нечто простое, но невероятно удобное.

— И вот, взялась она за скальпель… — продолжает лепетать девушка. А я, едва касаясь, приобнимаю ее и предлагаю пройти за собой.

— Это невероятно! — добавляю на всякий случай. — Но я все равно хотела бы увидеть это вживую.

— Не переживайте, Елизавета Павловна, — улыбается девушка. — Вера Игнатьевна непременно возьмет вас в свои ассистенты. Вот увидите!

— Ах, скорее бы! Я уже так устала мыть полы…

Заявив это, беру инструмент и выхожу из палаты. Я действительно устала весь день махать тряпкой. Но больше всего я устала не от этого. Весь день я ходила из палаты в палату и весь день мне уделяли внимание солдаты и офицеры. Одни были вежливы и учтивы, другие грубы и настырны. Но всех их объединяло одно: голод.

В прошлой жизни часто слышала рассказы о романах врачей с их пациентами. Сама с этим не сталкивалась, но мне всегда казалось это чем-то неправильным. А здесь и сейчас это вообще кажется непозволительным.

Впрочем, я и не позволяла себе поддерживать их флирт. А порой и вовсе их игнорировала.

— А еще, вы представляете, Елизавета Павловна, после обеда матросика привезли, — продолжает княжна. — Молоденький. Красивый. В ногу раненый, по верху бедра. Так его прямо голым перед нами и положили…

Татьяна Николаевна замолкает и заходится краской. Впервые что ли обнаженного мужчину видела?

— Спасли? — спрашиваю несколько безучастно.

— Что? Спасли?

— Да, матросика-то спасли? К вам же его спасать в операционную привезли, не так ли?

— Спасли матросика, — еще больше краснеет девушка. — Вот только не видела я, как операция шла. Я ведь как только заметила… его… там… Я сразу глаза ладонью закрыла. Вот так.

Княжна закрывает глаза ладонью и некоторое время так ее и держит. А потом раздвигает пальцы и одним глазом смотрит на меня.

— Вот так я всю операцию и пропустила, — добавляет она.

— Так действительно можно ничего вокруг не заметить, — смеюсь я, прекрасно понимая, что именно не позволило девушке следить за работой врача.

— Ой, а еще, — Татьяна Николаевна убирает руку от лица и приближается ко мне. Переходит на шепот. — Еще девоньки на выходных собираются на санях кататься. Тут неподалеку озеро есть. Берега крутые, сани так и летят — не остановить…

— Отдыхать действительно нужно, — киваю, не понимая, к чему она ведет.

— Так ведь и нам с вами нужно отдыхать, Елизавета Павловна, — игриво улыбается она. — Вы ведь пойдете? Правда?

— Я? Может и пойду. Да вот только не знаю я, где можно сани взять, да куда нужно идти…

— Так это не проблема. И сани найдутся и дорогу покажут. Вы только согласитесь мне компанию составить.

— Разве сестра с вами не пойдет? — удивляюсь ее словам. — Или ее величество не пожелает с дочерью время провести?

— Маменька совсем не может. В Петербург она с папенькой отъезжает. Дела государевы решать надобно. А сестра… Ольга на свидание собралась. Да вы только не говорите никому. Ее величеству то неведомо.

— В таком случае пусть так неведомо и остается, — киваю в знак принятия. — А я с удовольствием компанию вам составлю, Татьяна Николаевна. Вот только ее величество Александра Федоровна отпустит ли вас со мной? Мы ведь едва знакомы.

— Ее величество будет думать, что с Ольгою я. А о прочем ей знать нет нужды. В конце концов, я уже взрослая и могу сама решать, куда и с кем ходить.

— Ну коли так, тогда и об этом стану молчать, — снова киваю я. А про себя думаю, что теперь точно обязана пойти с княжной. Должна проследить, чтобы с ней чего дурного не стряслось.

— Вот и замечательно! — радуется Татьяна Николаевна. — Пойду тогда насчет санок договариваться. Всего три дня впереди осталось. Надо бы успеть.