Княжна в бегах, или Изменить все

Часть 14.

Ближайшие выходные ознаменовались официальным государственным праздником, что внесло свои коррективы в студенческие будни. Многие разъехались по домам, те, кто остались, - бурно праздновали, разбредясь по городским кабакам.

Мне было недоступно первое и не интересно второе. Поэтому, подражая Зеви, я проводила время с пользой, зависая в библиотеке за ценным экземпляром "Сравнительной характеристики ритуалов орочьей и эльфийской магии с перечнем малоизвестных последствий".

Информации по орочьей магии всегда было крайне мало, так как "дети степей" тщательно оберегали свои секреты.  Автор, - что совсем удивительно – гном, был невероятно талантливым ученым и очень скрупулезным исследователем. К сожалению, он успел написать и издать только одну книгу, после чего сгинул в высушеных солнцем орочьих степях в следующую же свою поездку. А типографии, напечатавшие первый и весьма немногочисленный тираж, были сожжены. В общем, редкая оказалась книга.

Она захватила меня настолько, что я просидела за ней до вечера. А когда вышла из здания, не сразу сообразила, что за давящее, гнетущее ощущение меня окутало. Но когда поняла, покрылась липким, холодным потом. Эманации смерти, "Шлейф искрящейся молодой крови", свидетельство о преступлении, совершаемом сейчас одним из представителей моего народа.

Метаморфов ненавидели не потому, что они легко меняли облик. Мы владели способностью выпивать жизненные потоки любого живого существа.

Магия смерти, в том виде, в котором ею владели некроманты, - это способность управлять жизненными потоками снаружи, со вне. Некроманты могли пережать потоки, поменять их плетение, разорвать, увеличить, перекрыть... Метаморфы не работали с потоками извне, они имели естественный, неограниченный доступ к самой жизненной силе, циркулирующей внутри артерий ауры.

Был даже период, когда мой народ всерьез пытался провести кампанию по подчинению иных рас. Эта затея выглядела жизнеспособной, если учесть, что мы могли уничтожить любого живущего мгновенно, не шевеля и пальцем, а магам было нужно время на подготовку заклинания и относительная свобода действий.

Но действительность оказалась такова, что при угрозе порабощения государства смогли объединиться и противопоставить нам не только магов, но и тщательно спланированное наступление, которое вынудило метаморфов занять обороняющееся положение.

Точку в этой истории поставила блистательная кампания Его Светлейшества, после которой остатки метаморфов были вынуждены принести присягу на верность и стать одним из вассальных княжеств Светлой империи.

После вхождения в ее состав некоторые из древних ритуалов метаморфов сразу же оказались запрещены. Среди них – один из самых жутких и отвратительных, "Искрящаяся кровь", убийство живого существа, при котором метаморф получал невероятный прилив жизненных сил, многократное усиление эмоций, кратковременное омоложение всего организма.

Я ненавидела этот пережиток темного прошлого. Так как видела его последствия. Но я также знала, что некоторые представители наших старейших родов продолжали проводить ритуал, подсев на яркие ощущения и игнорируя невероятные мучения жертвы.

Невероятные - поскольку во время ритуала происходило не просто убийство. Для того, чтобы обряд сработал, убиваемый должен был много часов испытывать непереносимые страдания, а одновременно с этим по капле сцеживалась его кровь. Но самым страшным было то, что в результате ритуальных заклинаний жертва "закреплялась" в состоянии мучений, так что она не только навечно привязывалась к месту проведения обряда в виде призрака, но и продолжала вечно ощущать пытки и после смерти.

Формально считалось, что обряд давно не используется. По закону лишь изредка, если сам император приговорит к этому ритуалу преступника за особо циничные деяния, то мой отец и пара его приближенных могли получить право исполнить казнь таким образом.

Но я-то знала, что "Искрящаяся кровь" все еще практикуется в нашем княжестве, а глава покрывает преступников. Старые князья родов, чем чаще испытывали будоражащее, щекочущее нервы, обостряющее чувства ощущение от ритуала, тем больше испытывали в нем потребность и уже не могли от него отказаться.

И вот теперь я вдыхала оставшийся шлейф, магию смерти, и понимала, что через три-четыре часа, если я ничего не сделаю, один или несколько студентов академии навсегда станут призраками, испытывающими вечные, непрерывные мучения.

Скорее!! Надо что-то делать. Самым эффективным было бы вызвать из столицы Отряд быстрого реагирования Имперской службы безопасности, они без труда справились бы с этой ситуацией. Но это – элита, служащая представителям верховной власти, они не ездят на вызовы. Даже у ректора не хватит влияния, чтобы привлечь их к спасению пары студентов. А вот конешер... Конешер может их вытребовать, при его власти достаточно лишь намекнуть, и они примчатся спасать всех, на кого он укажет.

И я сделала то, что должна была, - со всех ног помчалась к домику вису Риагдаля.

Уютное небольшое жилище преподавателя темнело посреди таких же темных клумб – ни света в окнах, ни магического светильника во дворе. Мое сердце тревожно забилось: больше всего это было похоже на отсутствие того единственного мага, который сейчас мог помочь.

Переборов смущение – не та ситуация, чтобы долго раздумывать, - я шагнула к воротам. Я уже видела как работала уникальная сигнализация боевика: если он сам был дома, то раздавался мелодичный звонок, а если его не было, то в месте соприкосновения защита вспыхивала голубым, а при попытке преодолеть ее – билась болевым разрядом и отбрасывала на пару метров назад.