Код Единения

Глава 20.

Мы стояли перед высокими дверями зала Совета, и у меня тряслись колени. Я держала на руках Миру, которая, как назло, проснулась и смотрела по сторонам своими спокойными глазами. Элиана нёс Кассиан — сын вертел головой и хмурился, будто уже чувствовал недоброе.

— Ты готова? — спросил Кассиан, глядя на меня.

— Нет, — честно ответила я. — Но выбора нет.

— Выбор всегда есть, — он взял меня за руку и сжал. — Мы можем развернуться и улететь. Прямо сейчас.

— А что будет потом?

— Потом они будут нас искать. Но не найдут. Я знаю места, куда даже у Совета нет доступа.

Я посмотрела на него, на детей, на дверь, за которой решалась наша судьба.

— Нет, — сказала я. — Мы идём. Хватит бегать.

Он кивнул, и дверь открылась.

Зал оказался огромным. Высокие колонны, светящийся пол, амфитеатром расположенные кресла, в которых сидели ксилонцы в строгих одеждах. Семь Архонтов. Все, кроме Кассиана. Они смотрели на нас. На меня. На детей.

В центре, на возвышении, стоял Вар’Энтор. Его лицо было непроницаемым, но в глазах я заметила искру — злорадства? интереса?

— Архонт Вал'Эриан, — произнёс он, и голос разнёсся по залу. — Вы нарушили прямой приказ Совета, скрыв носительницу наследников и её детей. Вы вступили в сговор с предателем Кейлоном. Вы уничтожили артефакт Предтеч, который мог спасти нашу расу. Что вы скажете в своё оправдание?

— Я скажу, — Кассиан шагнул вперёд, и я пошла следом, — что действовал в интересах своей семьи и своей расы. Кейлон дал показания против вас, Вар’Энтор. Ваша связь с Си'Даром доказана. Артефакт был опасен, и я его отключил, чтобы он не уничтожил всех нас.

— Доказательства? — усмехнулся Вар’Энтор. — У вас нет доказательств.

— Есть, — раздался голос сбоку.

Из тени вышел Кейлон. В наручниках, с мрачным лицом, но живой. У меня сердце ёкнуло — мы же оставили его на корабле?

— Я дал показания, — сказал Кейлон, глядя на Вар’Энтора. — Записанные. Заверенные. Переданные Совету до начала заседания. Вы не успели их перехватить.

Вар’Энтор побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Показания предателя ничего не стоят, — сказал он. — Он лжёт, чтобы спасти свою шкуру.

— Его показания подтверждаются записями с базы Си'Дара, — сказал Кассиан. — Которые мы передали Совету вместе с моим докладом. Артефакт не спасает расу. Он её убивает. Ваши собственные учёные подтвердили это, пока вы ждали удобного момента, чтобы украсть моих детей.

По залу пронёсся шёпот. Архонты переглядывались, шептались.

— Вы обвиняете меня в государственной измене? — спросил Вар’Энтор с убийственным спокойствием.

— Я обвиняю вас в заговоре, — ответил Кассиан. — В сговоре с Си'Даром, в использовании вей’коров для охоты на граждан Империи, в попытке похитить наследников клана Вал'Эриан. И у меня есть доказательства.

Он поднял руку, и над залом повисла голограмма. Записи переговоров Вар’Энтора с Си'Даром. Приказы наёмникам. Планы похищения. Всё, что мы нашли на базе.

Вар’Энтор смотрел на это, и его лицо становилось серым.

— Подделка, — прошептал он, но никто ему уже не верил.

Архонты заговорили громче. Кто-то требовал ареста, кто-то — расследования. Кассиан стоял прямо, держа Элиана, и я чувствовала, как он напряжён. Мира на моих руках заворочалась, закапризничала.

— Тихо, маленькая, — прошептала я, прижимая её ближе.

— Предлагаю голосование, — сказал один из Архонтов, пожилой, с длинными серебряными волосами. — За отстранение Вар’Энтора от Совета и передачу его дел военному трибуналу.

— Против! — крикнул Вар’Энтор, но его голос утонул в шуме.

Голосовали. Шесть против одного. Вар’Энтор стоял, бледный, с трясущимися руками.

— Вы пожалеете, — сказал он, глядя на Кассиана. — Вы все пожалеете.

Вар’Энтора увели. Двери за ним закрылись, и в зале стало тихо. Тишина была тяжёлой, как свинцовое одеяло.

Архонты переглядывались. Я стояла с Мирой на руках и чувствовала, как она прижимается ко мне, будто понимала, что сейчас начнётся самое главное.

Председатель, тот самый пожилой ксилонец с серебряными волосами, откашлялся и посмотрел на Кассиана.

— Архонт Вал'Эриан, — сказал он. — Теперь перейдём к делу. Ваши дети. Наследники клана Вал'Эриан, один из которых — девочка. Это событие не случалось в Империи несколько столетий.

— Я в курсе, — сухо ответил Кассиан. Он держал Элиана, и сын, будто чувствуя напряжение отца, сжал кулачки и нахмурился.

— Совет обеспокоен, — продолжил председатель, — условиями, в которых будут расти дети. Их мать — человек. Их отец — Архонт, чьи обязанности требуют постоянного присутствия на политической арене. Кто будет заниматься их воспитанием?

— Мы, — сказала я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. — Я и Кассиан.

Архонты переглянулись. Один из них, женщина с острым лицом и цепкими глазами, подала голос:

— Леди Фримен, вы понимаете, что ваша дочь — не обычный ребёнок? Она — носительница генетической памяти. Её способности требуют специального обучения, специального подхода. У вас нет ни знаний, ни опыта.

— А у вас есть? — спросила я. — Ваш Дом Наследия? Где детей учат быть послушными марионетками, а не людьми?

— Ксилонцы не люди, — поправила меня Архонтесса, и в её голосе прозвучала холодная гордость. — Мы — старшая раса. И наши дети заслуживают лучшего, чем…

— Чем любовь матери? — перебила я. — Чем забота отца? Чем дом, где их не будут использовать как инструменты?

— Вы передёргиваете, — вмешался ещё один Архонт, полный, с тяжелым подбородком. — Речь идёт о благе Империи. О выживании нашей расы. Ваша дочь — ключ к артефактам Предтеч. Её способности могут спасти нас от вырождения.

— Или уничтожить, — сказал Кассиан. — Артефакт опасен. Мы это доказали. Си'Дар, ваш любимый ученик, едва не уничтожил базу и всех, кто там был.

— Си'Дар был экстремистом, — отмахнулся Архонт. — Но его идея имела смысл. Если мы сможем контролировать артефакт через ребёнка…