Кодекс фарфоровой злодейки

Глава 12

Первый звоночек раздался оглушительным набатом. С самого утра на пороге нашего дома появился посыльный от его Высочества принца Мариса, с небольшой аккуратной коробочкой, и письмом в дорогом конверте. Пока мама радостно всплёскивала руками, говоря о том, какой это чудесный жест, я мысленно кричала. Вот оно. То самое, из-за чего меня изводило предчувствие.

Забирая подарок у посыльного я смазано улыбнулась, и на автомате выдала слова благодарности, после чего унеслась в свою комнату. За спиной слышались радостные перешёптывания служанок, что наперебой обсуждали, как «госпожа взволнована из-за подарка». Будешь тут не взволнованной! Что в коробке? Яд? А в письме? Угрозы? Это лучше выяснить в одиночестве.

Хлопнув дверью комнаты, я положила коробку на стол, только в этот момент отметив, что она кажется хрупкой. Точнее, не коробка, а её содержание. Это специальный яд, который действует при вдыхании? Боже, нет, это уже похоже на паранойю! Марис распорядился вручить подарок при всех, значит вряд ли намерен меня травить. Наверное.

Недоверчиво взглянув на коробку, я развернула письмо.

«Дорогая леди Ариэлла.

С момента нашей встречи я не могу перестать думать о вас. Мои руки до сих пор помнят шёлк ваших перчаток, а мысли бесконечно возвращаются к нашему танцу на паркете. Вы выглядели настолько восхитительно, что я не мог найти подходящих слов, чтобы описать вашу красоту. Но надеюсь, своим скромным даром я смогу подчеркнуть её. Считаю дни и минуты до нашей следующей встречи.»

Марис Рекадис.

... Чего?

Я с ещё большим недоверием посмотрела на коробку, словно ждала каких-то комментариев, потом ещё раз посмотрела на письмо. Снова на коробку. На письмо. Смысл его содержания отказывался откладываться в голове.

Глубоко вздохнув, я медленно опустилась в кресло, и снова устремилась взглядом к коробке. После этого приторно-сладкого письма открывать её хотелось ещё меньше, но сделать это было необходимо.

Тихий щелчок деревянной шкатулки раздался для меня громкостью выстрела. На всякий случай я всё же зажмурила глаза, отодвигая крышку, но спустя пару секунд всё же заглянула внутрь.

На обитой бархатом подушечке лежала брошь в виде бабочки, инкрустированная драгоценностями. Я уставилась на неё, глупо моргая, пытаясь найти в голове хотя бы одну мысль.

Что это всё вообще значит? Нет, я конечно понимала, что всё это значило «романтический жест к своей невесте», но какого чёрта?

-... Ладно. - тихо сказала я самой себе. - Это подарок. Всего лишь подарок. Ни к чему не обязывающий. Всё хорошо.

Ближе к вечеру, вернувшись в комнату после помощи в подготовке к свадьбе, которая понемногу уже начала превращаться в вакханалию, я почти убедила себя в том, что это что-то вроде политического жеста. Раз на моём дебюте ничего не произошло, и ненавидеть меня не за что, то разумеется, мой жених должен напомнить высшему свету, что он... мой жених. Стоило об этом вспомнить, как из груди непроизвольно вырвался тяжёлый вздох.

Снова бросив взгляд на письмо, я невольно вспомнила, что уже читала нечто такое. В том самом проклятом романе. Примерно такие же письма Марис писал Аэлите. Каллиграфическим подчерком выводил строчки о том, как он не может перестать думать о её глазах, и как ему везде мерещится их небесная лазурь. Кто знает, может он перепутал, и ему являлись глаза брата, которого он в оргинале убил? Тоже ведь голубые... Так, о чём я вообще думаю?

Убрав коробку в нижний ящик стола, я недовольно нахмурилась. Память, разбуженная недавним неосторожным замечанием, в очередной раз напомнила о моём позоре в переулке. Но вместе с этим неожиданно подала мне идею. Те встречи по воскресеньям в прошлый раз были моим единственным маяком. Знаком, что это на самом деле тот роман. Что, если снова наведаться в тот район в воскресенье? Убедиться, что канон ещё жив. Что от него ещё хотя бы что-то осталось. Или же лично засвидетельствовать смерть этого романа.

Оставив мысль зреть до состояния плана, я отправилась собираться ко сну в уже более хорошем настроении. Теперь у меня было хотя бы что-то.

На следующий день ко мне неожиданно нагрянул Ройс. Ещё более неожиданным стало то, что он не сказал мне ни слова. Просто ходил по моей комнате, словно тигр по своей клетке, и молчал. Я изо всех сил старалась сделать вид, что его здесь не было, пытаясь сконцентрироваться на религиозном справочнике, но эти метания было сложно игнорировать.

- Она ответила. - наконец сказал он, не прекращая своих метаний. Я подняла на него глаза, ожидая продолжения фразы, но её не последовало. Вздохнув, и отложив книгу, смысла которой не понимала уже добрых пять минут, я скрестила руки.

- И?

- Она предлагает увидеться. Лично. Лично! - Ройс посмотрел на меня так, словно я только что приговорила его к смерти. Я хлопнула глазами, не понимая в чём проблема. Мы же об этом уже говорили. О том, что им нужно поговорить. И, вроде как, всё к этому и идёт... Так, я точно что-то упускаю.

- Ты... боишься что ли?

Ройс мгновенно остановился на месте, и повернулся ко мне лицом. На лице проявилась маска сдержанной ярости, сквозь которую пробивался ужас.