код:резонанс 1.0. Двойное Дно Доверия

ЧАСТЬ 3 - ОТКРОВЕННОСТЬ

- Елизавета! А ну вернись немедленно! – Стелла Ивановна вскочила, но высоченные каблуки помешали ей быстро добраться до двери, и женщина остановилась на середине залы, махнула рукой, - Ладно, не страшно, сама придёт ко времени отъезда. Не по закоулкам же мне шарить и её выискивать…

Основной состав актёрской труппы согласно закивал. «Добавочный» состав труппы - из того театра, что попал под оптимизацию и присоединение к более успешному - в непонимании переводил взгляды от Стеллы к новому директору, ожидая реакции последнего.

- Вы можете… м-пф… объяснить, что творится с Вашей дочерью? – причмокнув губами, спросил низкорослый одутловатый мужчина, холёными пальцами перебирая листы сценария.

- Несомненно, несомненно, выясню! – Залебезила актриса.

- Если что, со мной разговор короткий, всякие психи на работе я не потерплю. От кого бы то ни было! - Директор поправил пёстрый галстук, входящий в дикий контраст с желтым пиджаком и малиновой рубашкой.

- Смею предположить, девчушке дурно стало, - высказалась тётушка Степанида, бессменный гримёр театра на Малой Вербецкой, - Сходила бы я, проверила, как она. По моей-то части всё уже обсказано. Разрешаете?

- М-пф… разрешаю, - кивнул директор.

И пока Степанида, с её-то телесами, пробиралась к выходу, он успел осушить стакан воды, откашляться и промокнуть лоб платком, почти таким же пёстрым, как галстук.

- Кхм, коллеги, продолжим. Как я уже говорил, финал обязан быть феерическим, и я возлагаю большие надежды на ваш профессионализм!...

Дальнейшую речь Степанида уже не слышала, плотно закрыв за собой дверь и направляясь в уборную. Она была на восемьдесят процентов уверена, что Лизу там не найдёт, но на всякий случай проверила. Никого. Лишь нарушает тишину звук капель из неплотно закрытого крана. Закрыла. Вышла в коридор, к лестнице.

- Лизонька-а-а, ты где? – прозвучал на все пролёты её зычный голос, тренированный в своё время на выкликивании «Домо-о-ой!» со дворовой игровой площадки сначала детей, а потом и внуков.

- Не шумите. Тут я, наверху, - тихо отозвалась беглянка. - Подойдите сюда, как раз покажу, что значит наша «оптимизация».

Степанида, покряхтывая, поднялась на самый верхний этаж. Остановилась у того же окна, близ которого расположилась Сизова-младшая.

- Вот что у тебя за фортеля, Лизонька? Народ переполошила, маму расстроила…

- А вы посмотрите на соседнее здание, на выставочный центр, что недавно отгрохали. Какая любопытная стена с этого ракурса. Что скажете?

Степанида присмотрелась. Бетонный блок, торчащий из стены прямо посреди ровной облицовки. Несколько железных штырей, направленных в разных плоскостях. Две лестницы, вроде как пожарные, но никуда не ведущие, приваренные под наклоном. Деревянная обшарпанная дверь, расположенная не вертикально, а горизонтально и почти под крышей. Амбарный замок, висящий чисто для декора на велосипедной противоугонке. Это было лишь то, за что смог зацепиться взгляд престарелой женщины.

- На эту конструкцию очень похожа наша будущая постановка, не находите? Может, внимание и привлекает, но ведь бред же!

- Ты меня не спрашивай, я в вашем современном искусстве не понимаю ничегошеньки.

- Допустим. Но эскизы декораций, эскизы костюмов Вы уже видели?

- Это разве костюмы?… Стыдобища, Лизонька, без слез не взглянешь, - вздохнула Степанида, - Что ни говори, а оптимизация эта собачья некстати, ой некстати. Всего-то ничего бы спокойно до пенсии доработать осталось.

- Мама, конечно, скажет, что работа есть работа, что директор у нас новатор и талантище и так далее. Новые участники труппы рьяно возьмутся за дело, чтобы доказать, какие они молодцы. Прежние возьмутся точно так же рьяно, чтобы не попасть под сокращение. А мне заранее тошно от того, что именно мы все вместе будем, с позволения сказать, «творить» на сцене…

Гримёрша погладила девушку по волосам.

- Ничего не поделаешь, Лизонька, ничего не поделаешь. Такая у нас доля. Подневольная.

Елизавете на последних словах почему-то представились крепостные крестьяне. В поле. На барщине. Она нахмурилась и тихо произнесла:

- Ну, это мы ещё посмотрим!

План действий не успел сформироваться, но уже возникло ощущение крайней его необходимости. Девушка перекинула сумочку через плечо и направилась к лестнице. Стоило сейчас же успокоиться и уверить всех, что ничего особенного не произошло, а необходимость пулей вылететь из залы продиктована вовсе не впечатлением от нового сценария.

Обсуждение как раз закончилось, и сотрудники вышли в коридор всем скопом, направляясь, кто к выходу, кто в курилку. Стеллы Ивановны не наблюдалось: то ли вышла раньше всех, то ли, напротив, задержалась у начальства за прояснением несомненно важных и нужных вопросов. Елизавета Сизова обворожительно улыбнулась коллегам, мимоходом сообщая, что ей уже гораздо лучше, и произошедшее не стоило такого переполоха и беспокойства. Тётушка Степанида спросила у осветителя, не подвезет ли тот её саму «за компанию» до дома, и исподволь приглядывала за любимицей.

Тот факт, что труппа не едина, а наспех собрана из двух разных, был очень заметен. По обособленным группкам сотрудников. По бросаемым друг на друга взглядам. По общей напряженности и скованности, витающей в воздухе. Но близ гардероба и на крыльце атмосфера ощущалась уже не такой давящей. Лиза накинула полупальто на пелечи, облокотилась о перила меж колоннами и незаметно присматривалась ко всем, кто выходил, попутно оценивая, кого на какую роль из заявленного проекта могли бы назначить.