Кое-что особенное

5.2

– Позвольте спросить еще раз: вы отдаете себе отчет в том, насколько серьезно рискуете? – спросила я, когда оба моих спутника вернулись в холл. – Решительно не понимаю, зачем вам это. Вам обоим. Одной мне было бы гораздо безопаснее. И гораздо больше шансов найти их.  

– Вы же сами не раз утверждали, что если город пропускает кого-то, значит так нужно. Я приехал с единственной целью – попасть на Ту Сторону. Выходит, раз мне суждено там оказаться, то я должен пойти, а вы – отвести меня. Как и обещали, – в голосе Евгения не звучало ни малейшего страха.  

Я окинула его оценивающим взглядом. Ларс снарядил новичка со всей возможной тщательностью и одолжил то, чего не нашлось в его вещах. Поверх высоких сапог были натянуты прочные брезентовые гетры, на куртку наброшен непромокаемый плащ с узкими манжетами. Шляпа с сеткой, такая же, какую ревизор надевал, гоняясь за насекомыми, висела на спине.  

– Вы плохо представляете, куда идете, – машинально проговорила я, не сразу поняв, что повторяю эту фразу уже в который раз.  

Позади были уговоры, объяснения, просьбы, угрозы – и все тщетно. Я подумывала даже хитростью запереть Евгения в каком-нибудь чулане и распорядиться не выпускать до самого вечера. Увы, неожиданно Ларс поддержал его, вопреки моим просьбам и доводам рассудка. Пришлось сдаться, чтобы более не тратить на ссоры время, каждый час которого мог оказаться решающим...   

– Уна, мы напрасно теряем время, – словно услышав мои мысли, сказал Ларс и поправил широкий ремень сумки, перекинутый через плечо. – К тому же здесь жарко во всем этом обмундировании. Все одно вы не в праве принимать решения за нас, так может, пойдемте? За окном совсем рассвело.  

Он был прав – чернота безлунной ночи давно сменилась сумерками, но рассветало медленно, будто даже солнце не желало сегодня выходить. Дождь закончился, оставив туманную морось. Погода располагала к долгим беседам у камина с кружкой горячего глинтвейна, но вовсе не к прогулкам. Та Сторона все еще не хотела, чтобы мы тревожили ее.  

Вздохнув, я накинула плащ, надела поверх него небольшой рюкзак, переспросила, все ли необходимое взяли, достаточно ли воды и пищи. На Той Стороне встречались ручьи, озера и источники, но я бы предпочла, чтобы мои спутники пили нашу воду, тем более в неблагоприятный для вылазки день.  

Правда, запаса скорее всего не хватит. Для восхождения на Аскестен требуются минимум сутки, если идти почти без отдыха и не задержат погода или неожиданные происшествия. Сколько времени займут поиски я даже не загадывала.  

– Хорошо. Тогда действительно пора. Поднимемся отсюда вверх по течению: вряд ли господин Йессен и Фрида преодолели реку вплавь, наверняка он умудрился достать что-то в городе.  

Мы погрузились в лодку, которую Фредерик подогнал к гостинице, и медленно отплыли, высматривая следы беглецов. Я отметила, что град побил растения с нашей стороны реки, тогда как за нею даже траву не примяло. Значит, гроза началась после того, как губернатор и Фрида переправились, и бушевала лишь над городом, будто стремясь удержать нас в домах.  

Долго искать не пришлось – вытащенную на берег лодчонку мы обнаружили, едва миновав поворот на Сёлванд.   

– Кажется, это Яна Багге лодка, он вчера проверял русло, – неожиданно заметил Ларс. – И не запер ее. Преступная небрежность.  

До сего дня я и не подозревала, насколько он осведомлен в местных делах. А ведь казался таким отстраненным, нарочито безразличным ко всему, что не касалось его лично. И вот он не только вспомнил по имени старого забулдыгу Багге, но, как выяснилось, знает наизусть распорядок осмотра реки.  

Заметив мой изумленный взгляд, он слегка изогнул уголок губ в усмешке и развернул лодку к лужайке на Той Стороне, туда, где до нас причаливали губернатор и его дочь. Когда мы подошли к берегу, я велела всем оставаться на местах и даже не касаться земли.  

– Мне понадобится некоторое время чтобы осмотреться. А ваше присутствие будет мешать искать, – я задумалась, подбирая слова. – Я хочу попытаться почувствовать чужаков в окрестностях, возможно, найду след.  

– Не старайтесь объяснить, нам известно, что у вас особая связь с объектом, – проговорил Ларс, помогая мне сойти на берег. – Только я бы попросил не скрываться из виду надолго, если возможно.  

Я ступила на пружинистый дерн, в шелковую на вид, но жесткую, колючую, еще мокрую от дождя траву, опутавшую ноги. Подол моего дорожного платья тут же напитался влагой, и я пожалела, что не стала надевать штаны – в мужской одежде неловко показываться на людях, но сейчас было не самое подходящее время, чтобы заботиться о приличиях.  

Стоило чуть отдалиться от реки – и Та Сторона окружила чем-то бестелесным, неощутимым кожей, невидимым и неразличимым на слух, но отчетливым, плотным до духоты, вызывавшим зудящее напряжение в нервах. Мы прислушивались друг к другу, привыкали, настраивались. Я стояла, всматриваясь в туман, ожидая, пустит ли, пока напряжение не отступило, оставив ощущение множества глаз, наблюдавших за мною.  

Тогда я отошла еще дальше, туда, где узкая полоса травы сменялась зарослями дикой вишни и ежевики, закрыла глаза и позволила сознанию выйти за границы рассудка, полагаясь на особое чутье. Это было невозможно объяснить, я и сама не понимала, каким шестым чувством слышала Ту Сторону. Был ли в городе кто-то еще, наделенный этим даром? Если и был, то держал свое умение в тайне.  

Обычно присутствие чего-то из внешнего мира воспринималось особенно ярко, даже если это всего лишь оброненный кем-то предмет. Людей же я чуяла на весьма больших расстояниях, но сейчас не различила ни отголоска, ни малейшего признака, будто никто кроме нас давно сюда не ходил.  

Зато было кое-что другое. Та Сторона кишела жизнью, и далеко не всех населявших ее существ можно было увидеть при помощи нормального зрения. Большая часть из них относилась к чужакам равнодушно, как животные в обычных лесах, стараясь скрыться прежде, чем их заметят. Но иногда встречалось нечто враждебное, чего лучше избегать. Я не знала наверняка, что это, но сегодня его было слишком много. Тут и там на нашем пути словно горели тревожные маячки: осторожно, угроза. Сюда дороги нет. Уходите.