Коэффициент трудности

Глава 1

Варя

Есть такой показатель в прыжках в воду, именуемый коэффициентом трудности. На самом деле, он существует не только в этом виде спорта, но да Бог с этим, я буду иметь в виду конкретно плавание. Так вот, Коэффициент трудности в прыжках в воду — это числовой множитель, отражающий сложность исполнения конкретного прыжка. Он зависит от разных элементов, ну, например, вида стойки, количества оборотов, винтов, а также позиции тела.

Короче говоря, много там всяких деталей.

Так как спорт мне напрямую больше не светит, я решила измерять таким образом уровень дерьмовости каждого дня.

Ведь серьезном спорте Варваре Гуляевой, девятнадцати лет от роду, можно забыть. Эта фраза тренера, сказанная моим родителям, до сих пор отдается во мне глухим разочарованием. Потому что, как бы я не уставала и не выгорала, все равно нежно любила и долбаные бассейны, и вышки, и всю эту спортивную, мать её, жизнь. Обожала запах мокрого бетона, эхо в раздевалке, момент перед прыжком, когда мир сжимается до размеров твоего тела и десятиметровой высоты. А теперь у меня есть только воспоминания и боли в шее, когда я слишком резко двигаюсь. Поэтому да — коэффициент трудности у меня теперь только в формате дерьмовости дня.

Сегодняшний, кстати, я бы оценила на семь из десяти. Потому что меня погнали сраной метлой с работы.

А всё почему?

Потому что, блин, я прямым текстом послала одного наглого мужика, по совместительству отца двух прекрасных дочек и замечательного (берем это в кавычки, естественно) мужа.

У меня все еще от злости горят щеки. Да, повторюсь, я порекомендовала идиоту, который распускал руки, пойти на три буквы. Я. Это. Сделала. И пусть весь мир катится в жопу, но это было правильно. Не жалею. Как и о пощечине, которую вдогонку ему влепила. Печально только, что не дала ему по роже второй раз — для симметрии.

А что еще мне оставалось делать?! Именно этот вопрос я, кстати, и задала своей начальнице, на который получила максимально тупой ответ: «Ты уволена, как раз будет время порассуждать, как можно было иначе себя повести в подобном случае с уважаемым клиентом».

Ну здорово, чё. С учетом того, что я учусь на втором курсе НГУ им. П.Ф. Лесгафта, причем на очном отделении, хрен знает, куда мне податься теперь в плане трудоустройства. Просто работаю я, тьфу, работала (в прошедшем уже времени) помощником тренера по прыжкам в воду в огромном спортивном комплексе Питера. Мечта, а не работа, на самом деле, потому что платили прилично, это было по специальности, недалеко от дома, плюс занимало вечернее время.

Я вот сейчас сижу и перебираю в голове все «что если». Что если б я не сорвалась. Что если бы просто отошла успокоиться и отдышаться. Что если бы послала его по-тихому, а не при всем честном народе разоралась.

Нет. Не могу.

Когда вспоминаю его довольную рожу и ладонь на моей заднице, внутри все закипает с новой силой. Кровь приливает к лицу, ладони становятся горячими. Лучше буду мыть полы в «Пятерочке», чем позволю кому-то себя лапать и при этом улыбаться во весь рот, ибо клиент всегда прав.

Но объективно я хрен найду такую работу, потому что желающих на подобные места пруд пруди, да на моем факультете летних видов спорта любой готов убить за такую возможность. А я ее посрала. Но блин, этот мужик мало того, что окучивал меня недели три, так еще и руки свои распускать начал.

Ладно, пытаюсь я себя успокоить. Разберемся. Не маленькие. Нам в конце концов третий десяток. Ну-у-у, почти. Но ощущения такие, будто мне скоро на пенсию, серьезно.

По многим причинам.

Одна из которых: я живу самостоятельно в Питере уже получается больше года, учусь, работаю и пытаюсь не влезать в кредитные карты и какие-нибудь займы. Что, поверьте, в моем положении сложно. Я это на своей шкуре прочувствовала, когда в прошлом месяце чуть не сорвалась и не оформила кредитку, потому что подруга отмечала день рождения с масштабом, а подарок хотелось ей подарить приличный и соответствующий.

А еще со мной в квартире живет мой родной брат, который младше меня почти на пять лет и из замечательного мальчишки по имени Лёшка примерно полгода назад превратился в «Его мерзейшество», ибо пубертат вступил в свои права. Он дерзит, огрызается бесконечно, одевается как полный придурок-неформал во все темное, кошмарно широкое, как будто с чужого плеча. Ещё и волосы начал отращивать и в черный их покрасил. Как-то я вообще обнаружила, что он роется в моих вещах в поисках пудры. «Чтобы быть бледнее» — проворчал он на мои округлившиеся глаза. А у меня тогда челюсть отвисла так, что я, кажется, с минуту просто стояла и хлопала ресницами, не в силах выдать ни слова.

Эдвард Каллен, хренов.

В общем, это кошмар. Скажу банальщину, конечно, но я вот такой в его возрасте не была. Да мне и некогда было, я в свои пятнадцать бесконечно моталась по соревнованиям, а малейшее отсутствие дисциплины жестко каралось тренером. Каждый день начинался с подъема в пять утра, ледяного душа и чувства, что если ты сегодня не отпашешь на тренировке по полной, то завтра на твое место придет кто-то другой. И этот кто-то будет быстрее, выше, сильнее. Так что повзрослела я, как и все спортсмены, рано. Если не в физическом плане, то в моральном уж точно.

Когда позже, полуразбитая и разочаровавшаяся в жизни, заваливаюсь в квартиру, параллельно прикидывая, что наверняка еще придется переться в магаз, понимаю, что коэффициент трудности этого дня возрастает до восьмерки.

Ведь то, что я вижу, ни в какие ворота не лезет.

В прихожей разгром. Не просто легкий беспорядок, а именно треш с большой буквы. Моя обувь вперемешку с чужой разбросана по всей длине коридора. Чьи-то черные куртки навалены на полу. А из кухни пахнет чем-то горелым и одновременно сладким — непонятное сочетание, от которого у меня сводит желудок.

— Лёша! — разражаюсь почти диким ором и завожусь с полоборота. — Какого черта ты тут устроил?!