Кофе с (перцем) корицей

Глава 1

Иванна

Откинувшись на спинку кресла, устало прикрываю глаза.

Сегодняшний день застрянет в моей памяти, как переломный между хронической усталостью и желанием заснуть прямо за своим рабочим столом.

Вся бухгалтерия лежит на моих плечах. К этому прибавились хлопоты по замене вечерней официантки. У неё заболел ребёнок, и она не смогла выйти в свою смену.

Муж мне говорил, чтобы я не принимала её на работу. Но заверения девушки, что у неё на подхвате бабушки, дедушки, детский садик – дала отгул до послезавтра.

Уж, не настолько я бесчувственная, чтобы не понять всю трудность материнства. Тем более, я тоже с мужем сексом занимаюсь. А от него, как правило, дети получаются. Нужно морально привыкать к детским болячкам. В моём случае, пока только «понимать», как в одной вселенной будут уживаться бизнес и ребёнок.

Мои часики тикают, а муж ещё «не нагулялся».

Собственно, он сейчас на встрече выпускников. То, что я не с ним – я сама виновата.

Ну, если быть честной с самой собой, то я не горела желанием видеть их лица. Я была замкнутой, необщительной, «странной». А мой муж – душа любой компании. Не знаю, что он во мне нашёл, но мы поженились сразу же после нашего выпуска.

— Иванна Николаевна, — окликает меня повар. — Кажется, они что-то ещё желают заказать.

— Да-да, — вскидываю усталый взгляд на мужчину я. — Сейчас подойду.

Разминая шейные позвонки, потягиваюсь. Усталость не снимает, но так я чувствую себя «живее», что ли.

— Мы хотим ещё кофе, — с нахальной улыбкой заявляет юноша мне. — На пятерых!

На языке крутится типа того: «На ночь пить кофе вредно». Не делаю этого. Это моя «касса».

— Американо? — поочерёдно смотрю каждому из парней в глаза. Те только «придурковато» улыбаются на мой проницательно-вопросительный взгляд.

Да-да.

Я из тех, кто с дипломом на руках считает первокурсников с «придурковатыми» улыбками. Им море по колено. У них от адреналина кровь кипит, а берегов в общении они не видят. То же самое происходит в эту же секунду.

— Давай, ты присядешь к нам, — томно тянет брюнет.

Другие его поддерживают смешками.

— Принесу ваш кофе через пять-семь минут, — вежливо улыбаюсь им и разворачиваюсь на 180 градусов.

— Она старая, — до меня доносятся шепотки юнцов.

— Похер на возраст. Ты на задницу глянь. Сиськи вообще зачёт, — тихо посмеется, кажется тот «брюнет».

— Главное, чтобы рот был «рабочим», — гогочет кто-то из компании. — Свет выключил – ни рожи, ни целлюлита не видно.

Когда за спиной откровенно поднимается гогот, я разворачиваюсь к ним лицом.

Что я могу сделать в подобной ситуации?

Ваш совет?

Я – всё-таки их старше. Проходила школу жизни и понимаю, что у них яйца трещат от спермы в этом возрасте. Вариантов для их наказания немного, но я просто обязана их вам перечислить.

✔️ Прекратить обслуживание и попросить их, чтобы те немедленно рассчитались.

✔️ Припугнуть своим мужем.

✔️ Вызвать полицию.

✔️ Попросить извиниться каждому передо мной.

✔️ Или… Напугать их «взрослой жизнью» своим опытом общения с такими мерзавцами. Спасибо папе, что когда-то отдал меня Олимпиаде Лукиничне на боевое самбо. Он не испугался, что девочка пошла туда, куда отдают преимущественно мальчиков. Как в воду глядел.

— Я тоже люблю темноту, — уверенной поступью направляюсь к выключателю. Щелкаю им, погружая помещение в полумрак. Из кухни льётся свет, оставляя на полу полоску света. — Пошалим?..

— Тётенька, не нужно! Извините нас! — вскрикивает блондин.

— Так, я и знала, — якобы разочарованно вздыхаю я. — На словах мы – секс-чемпионы, а на деле теоретики, — включаю свет. — Каждому добавлю по десерту и включу их в чек. Не благодарите.

Зря вы думали, что я «детей» обижу. Эти безобидные. Больше лают, чем кусают. Разрешаю ситуацию мирно.

Повар и его помощница уходят. На мне остаётся касса и недоделанный отчёт. С последним решаю завязать и провести ночь в тёплой постели под любимый сериал. На секс не рассчитываю. Я на него чисто физически не способна в таком состоянии.

— Светка? — торможу напротив панорамного окна итальянского ресторана. Он расположен через дорогу от моей кофейни. Обычно я езжу на такси домой, а тут решила своим ходом на метро. — Глазам своим не верю!

Увидев меня, девушка заметно дёргается. Обмахивается ладонями, пока я гипнотизирую её рассерженным взглядом.

Значит, вот так проходит её больничный с больным ребёнком на руках?! С мужем, в вечернем платье, при макияже и в ресторане?!

— Иванна Николаевна, миленькая, простите, — девушка складывает передо мной руки в умоляющем жесте. — Вы всё не так поняли.

— Наверное, там вкусно? — бросаю взгляд на вывеску. — У меня всё нет времени сюда забежать даже на обед.

— Вкусно. Очень вкусно, — тараторит она, но быстро замолкает под моим уничижительным взглядом. — Иванна Николаевна, чтобы между нами не было недопониманий… Меня попросил Алексей Алексеевич.

— О чём?

— Чтобы у меня «заболел» ребёнок, — опустив взгляд, густо краснеет она.

Обсуждать своего мужа с подчинённой недопустимо.

Пока в моей голове крутятся шестерёнки, обдумывая всю ситуацию, на улицу вываливается Егор (муж Светы).

— Девочки, у вас всё хорошо? — голосит звонко для мужчины он.

— Свет, ты иди, — подталкиваю её легонько в спину. — У тебя там ужин стынет. Завтра поговорим.

— Послезавтра, — шепчет она.

— Завтра, Светочка, — давлю тоном «большого начальника». — Мы открываемся в 7:30.

Не потерплю обмана за своей спиной. В голове роем жужжат пчёлы. Они жалят до ломоты в мышцах, причиняя больше душевную боль, чем физическую.

Олимпиада Лукинична учила принимать удары и отражать с преимуществом. Я не лезла в сугубо личное пространство своего мужа, возлагая на него все самые лучшие супружеские качества, а он в мои. Мы сколотили бизнес на доверии. Живём в Москве «бывшими провинциалами». Мы… Мы…