Кофе. Сборник рассказов

Достать Карачуна – 5

К концу четырнадцатого по счёту двадцать первого декабря Серый озверел и потащил Мишку к модному московскому мозгоправу. Мол не верит друг в себя и всё такое.

Тот два часа слушал про Мишино детство, хмыкал, поднимал глаза вверх, бубнил что-то заунывным голосом, и размахивал перед Мишкиным носом часами на цепочке. Затем выставил счёт в половину Мишкиной зарплаты.

Ушли ни с чем. Миша утешал себя тем, что на завтра деньги снова окажуться на счету. Если, конечно, завтра не наступит двадцать второе.

Серый, кстати, положением дел вовсю пользовался — сначала заказывал еду в ресторане, правда сильно не борзел, на случай "временной подвижки". Затем стал брать мясные деликатесы и просто парное мясо у частников, и жрать его полусырым.

На его фигуре, впрочем, это не сказывалось. Только хитрая рожа лучилась довольством.

На пятнадцатый день Серый снова потащил Мишку, как он выразился, к одному кудеснику. И меч велел прихватить.

"Алексей Игнатьевич Наградский, психолог", гласила табличка на двери.

За массивным столом сидел огромный мужик, с виду больше похожий на случайно выжившего в девяностых бандюгана. Внимательно выслушав Серого, Алексей Игнатьевич кивнул тому на дверь. А когда Сергей вышел из кабинета, замок на двери щелкнув, закрываясь сам собой.
— Ну что Миша, не обессудь, — молвил психолог, затем вышел из-за стола и сделал несколько шагов в сторону парня, — но такие герои магическому миру не нужны. Давай покончим с этим.
И обернулся в огромного медведя.
Мишка заорал, задергал в ужасе двери, забился в них, словно муха в стекло.

Поняв бесполезность действий, бросился прочь от медленно подступающего к нему зверя. Медведь, словно играя с добычей, медленно, и как-то даже с ленцой двинулся следом.

Мишка запрыгнул на стол, бросился к окну. Высоко — десятый этаж бизнес-центра. Да и окна, похоже, не открываются.

Тут медведь рыкнул, и полоснул лапой в воздухе рядом с Мишкиным лицом. Тот рванул в другой угол кабинета, судорожно оглядываясь, чем отбиться от зверя. И тут он увидел меч. Настоящий, стальной меч в открытом ящике. Время замедлилось. Мишка в два прыжка достиг цели, и выхватив меч, резко развернулся к противнику, полный решимости — сражаться за свою жизнь до конца.

Алексей Игнатьевич, в человеческом обличии, показательно захлопал в ладоши.
— Молодец, Михаил. Честно сказать, думал, придется тебя тут минут сорок гонять, как минимум, а справились за четыре. Запомни это своё состояние, когда увидел и вынул меч.
— Ужаса?
— Зачем же ужаса? Решимости сражаться до конца.

******************

— Вечезар Иванович, к Вам посетитель.
— Я сегодня больше никого не принимаю! — Вечезар поморщился, как от зубной боли: отчество, данное Морозом по местной традиции, ему никогда не нравилось. Только вот сменить его, что называется, всё "руки не доходили".
— Но он очень настойчив, точнее — она, — пухлый розовощекий охранник, имя которого Вечезар не удосужился запомнить, мялся в дверях, — говорит, что вы дальняя родня.
— Даже так? — Вечезар вскинул бровь, — ну тогда зови.
Круглолицый охраник кивнул и скрылся за дверью.

Через три минуты дверь распахнулась, в комнате потемнело, в лицо дохнуло жаром пустынного вечера, благовониями, и чём-то ещё - неуловимым, но таким будоражащим кровь. Где-то, на самой кромке сознания, застучал барабаны, пронзительно запела зурна.

В комнату вплыла невысокая смуглая женщина, одетая в вполне современный наряд — широкие бежевые брюки, такой же пиджак и чёрный топ, однако двигающаяся так, словно каждый шаг её был элементом экзотического танца.

Карачун встал из-за стола и похлопал в ладоши. Свет в комнате снова вспыхнул, а далёкая музыка прервалась на середине звука.
— Браво-браво! Если вы, уважаемая пери, хотели меня удивить, то затея, право, удалась. Если насладить мой взгляд, то, право, предлагаю продолжить в более подходящем антураже.
— Я по делу, — посетительница сделала вид, словно ничего не произошло и всё идёт ровно так, как задумано.
— Ну да, деловую хватку я заметил сразу, — с явным сарказмом ответил Вечезар, с откровенным интересом рассматривая посетительницу, — деловее некуда.
— Я предлагаю сделку. Ты — отпускаешь пленников, я — помогаю тебе вернуться на родину и занять там подобающее место.
В ответ Вечезар откровенно заржал.
— Уууууу. Фух! — вытер слезы смеха, — просто шикарное предложение. Интересно, с чего бы мне им заинтересоваться? Кстати, дорогая деловая родственница, может представитесь?
— Моё имя Самум. Почему бы тебе не согласиться? Зима — не твоя стихия, этот праздник, на который ты рассчитываешь — не твой праздник. Твои враги сильнее тебя, а твои деяния — за гранью добра и зла даже для мира дэвов. Времена настали другие, людей много и они сильны технологиями. Нужно считаться с ними...
— Именно! Именно что людей — слишком много! — Вечезар не дал закончить мысль Самум, — слишком далеко они продвинулись, расплодились, обнаглели! Мы, всесильные духи, должны, словно крысы какие-то прятаться по норам и бояться лишний раз нос показать, потому что люди, потому что наука, потому что — технологии. Потому что магии по осколкам миров осталось на пол чайной ложки! Но ничего, я нашел способ, как объединить грани, и восстановить справедливость! И я поставлю технологии себе на службу!
— Но люди... Они могут погибнуть при ритуале. Это привлечет не нужное внимание, да и не этично это, даже для нас, — женщина сложила руки в молитвенном жесте и проникновенно заглянула в глаза Карачуну, — я вижу, ты мудр и амбициозен, но если вернуть тебя в твою стихию, то...
— В бездну эти рассуждения! Я зашёл так далеко не для того, что бы распускать нюни, жалеть кого-то или думать о... Батарейках. О батарейках, которые буду использовать. В конце концов их жертва, если она всё же будет, позволит совершить огромный прорыв. В конце концов каждое поколение приносит в жертву лучших. Так почему бы не принести в жертву лучших ради великой цели? Сшить, склеить осколки мира, вернуть этому миру магию и власть и силу нам — высшим существам?
— Но...
— "Но" — что? Кстати сказать, дорогая родственница, — глаза Вечезара стали холодными и колкими, — где вы были, когда меня вышвырнули вон с моей родины, словно вшивого котёнка?
— Я... Я, — пери начала испуганно заикаться, почувствовав, словно ноги приросли к полу, а тело — перестало слушаться, — я появилась на свет уже после.
— Да? Что же, — Вечезар взял её за подбородок и заглянул в глаза, тогда, пожалуй, поставлю запятую после "казнить нельзя", однако, если ты готова служить мне. А нет, так и...
— Я согласна, — едва прошелестела Самум, чувствуя, как деревенеет всё тело, — согласна.
— Умная девочка, — Вечезар щёлкнул пальцами и Сауми свалилась в его ноги кулем, словно враз потеряв опору, — может быть — пригодишься. Эй там, — он пощелкал пальцами, силясь вспомнить имя пухлого охранника, но так и не смог этого сделать, — ты, да, ты. Унеси её. К остальным.