Кофе со вкусом карамели

Глава 6

Тротуар был пустынен — лишь ветер лениво трепал листья на обочине. Ирина шла чуть впереди, с легкой, почти воздушной походкой. Волосы цвета спелой пшеницы мягко рассыпались по плечам, а на лице сияла та самая улыбка — светлая, милая, беззаботная.

Дмитрий брел рядом, опустив руки в карманы. Он смотрел на неё и повторял про себя, как заклинание: «Я ненавижу её. Ненавижу всей душой.» Но чем настойчивее он пытался себя в этом убедить, тем сильнее ощущал странную пустоту внутри.

Почему? Почему именно она?

Ирина время от времени бросала на него игривые взгляды из-под длинных ресниц, будто читала все его мысли. Будто знала, какую борьбу он ведет сам с собой.

Она действительно была невероятно красива. Нежные черты лица, серые глаза, в которых мог утонуть кто угодно, и эта лёгкая походка, как у модели с обложки. Но за этой идеальной оболочкой скрывался кто-то совсем другой — хищный, расчетливый монстр.

И этот контраст сбивал Дмитрия с толку сильнее всего.

Он шел рядом с ней и чувствовал, как невольно втягивается в её орбиту, будто она сама была магнитом, против которого невозможно бороться. «Неужели я опять попадаюсь на её уловки?»

Ирина вдруг обернулась, её золотистые волосы взметнулись в воздухе.

— Чего молчишь, Димочка? — спросила она с самой невинной улыбкой.

Дима напряг челюсть и отвел взгляд, молча продолжая идти. Он знал — малейшая слабость, и она снова превратит его жизнь в игру.

Из-за угла, словно вынырнув из ниоткуда, выскочил крупный доберман. Пес злобно зарычал и метнулся прямо к Ирине. Девушка на секунду замерла. Со стороны могло показаться, что она испугалась: широко раскрытые глаза, чуть дрогнувшая рука. Но Дмитрий, наблюдавший её внимательно, уловил кое-что другое — в её взгляде не было страха. Там было что-то холодное, расчетливое.

«Она просчитывает, что делать», — понял он.

Но думать было некогда. Почти на автомате Дима резко шагнул вперед, заслоняя Ирину собой. Одним быстрым движением он сорвал с плеча рюкзак и размахнулся им в сторону пса. Доберман замер, коротко взвизгнул и, поскуливая, поспешил вернуться к хозяину, который, кажется, даже не сразу понял, что произошло.

Дмитрий обернулся, тяжело дыша от неожиданного выброса адреналина. И тут же заметил: Ирина, спокойная как всегда, убирала обратно в карман баллончик с перцовым газом.

Он невольно хмыкнул, качнув головой.

— Конечно, Ирка, — тихо сказал он. — Ты всегда ко всему готова.

Ирина лишь невинно улыбнулась, будто ничего и не произошло, а затем весело щёлкнула баллончиком, будто это была безобидная игрушка.

— А ты, — добавила она, глядя на него чуть теплее, — всё такой же рыцарь. Хоть и бубнишь, что ненавидишь меня.

И снова эта улыбка, светлая, почти невинная. Но Дима уже знал цену этой невинности. И всё же, чёрт побери, сердце у него стучало слишком быстро.

— После такого, — весело проговорила Ирина, догоняя его, — мы, может быть, даже сможем остаться друзьями.

Дмитрий ничего не ответил. Он просто плотнее сжал ремешки рюкзака в пальцах и ускорил шаг, сворачивая к своему дому.

Ирина смотрела ему вслед, хмыкнула и, всё ещё улыбаясь, направилась дальше по улице. Поднявшись по знакомой подъездной дорожке, она легко открыла дверь своим ключом и вошла в дом.

Из кухни доносились громкие голоса и фальшивый смех. Отец, как обычно, развлекался с очередной размалёванной куклой. Ирка даже не взглянула туда. Она привычно прошла мимо, словно сквозь стену шума, не обращая внимания на притворно дружелюбный оклик отца:

— Ирочка, познакомься, это Олечка!

Ирина лишь бросила через плечо:

— Очередная «мама года»? Очень мило.

И, не сбавляя шага, поднялась наверх к себе в комнату. За дверью её пространства воцарилась тишина. Ирина скинула кеды, швырнула сумку на кресло и села на кровать, перекинув золотистые волосы через плечо. Она всё ещё чувствовала лёгкую вибрацию в пальцах после недавнего происшествия. Дима. Его взгляд. Его попытка защитить её.

Ирина усмехнулась и, прикрыв глаза, вытянулась на кровати.

— Дружба... — протянула она тихо и усмехнулась ещё шире. — Посмотрим, мальчик, посмотрим...

В её голосе не было ни наивности, ни благодарности. Только тихий, хищный азарт.

Ирина лежала на кровати, глядя в потолок, пока за окном сгущались сумерки.

Внутри нее постепенно поднималась странная, щекочущая нервишки смесь беспокойства и интереса.

Пожалуй, единственный человек, который действительно видел её насквозь, — это был Дмитрий Барских. Не купился на улыбки, не обманулся красивыми словами. Видел. Знал. И что самое странное — всё равно когда-то был влюблён в неё. Без глупых иллюзий, без оправданий — любил такую, какая она есть: жесткую, холодную, коварную.

Ирина усмехнулась краешком губ. Скольких людей она могла обвести вокруг пальца за одну только улыбку? Десятки. Сотни. Но не его.

И, пожалуй, именно поэтому он вызывал в ней нечто... большее, чем раздражение. Он был тем редким человеком, которого стоило бояться. Или, по крайней мере, опасаться.