Кофе в Цветке

Как быстро закончилась ваша бесконечная любовь…

Когда я открыла глаза, была кромешная темнота. Но мне не было страшно — я просто ждала, когда душа покажет какие-то страшные видения и после вернётся в тело.

И вдруг в темноте вспыхнул свет, и передо мной стоял Александр.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

Я села на кровати, где только что лежала. Александр наклонился ко мне и положил ладонь на лоб.

Наши взгляды встретились. В его глазах было чрезмерное беспокойство.

— Температуры уже нет. Ты точно не простудилась! У людей бывает температура из-за сильных чувств? Ты часто так теряешь сознание, Констанция?

— Нет, — прошептала я хриплым голосом.

Он подал мне воду и лекарство. Без вопросов я просто пила. После он отдал ещё и какой-то отвар. Я сделала несколько глотков — стало действительно легче.

«Ему ведь и без того хватает своих проблем, — подумала я. — А теперь ещё и я…»

Мне стало жалко блондина, но тут же пришла другая мысль: «А из-за кого я в таком состоянии?»

Я запуталась в собственных чувствах. Одна часть меня жалела Александра, другая — винила его во всём.

— Простите, — вдруг прошептала я, сама не зная почему. Словно что-то внутри заставило извиниться.

Александр глубоко вздохнул, сел рядом.

— Тебе не за что извиняться, Констанция. Ты делаешь всё, чтобы спасти Сюзанну, меня и мою семью. А мы… мы как неблагодарные — всё время причиняем тебе боль и унижаем своими поступками. Именно я должен просить у тебя прощения. Ведь я знаю, какая ты… Ты можешь злиться, кричать, говорить, что не будешь помогать, — но когда случается беда, первой приходишь именно ты.

Он смотрел на меня так искренне, что я не выдержала и отвела взгляд, сменив тему:

— Есть новости о Сюзанне?

— Нет, — покачал он головой. — Муж моей тёти успел сбежать. Мы смогли поймать только ректора — Дмитрия Рафисовича. Но от него нет толку. Влад поставил на нём блоки. Я говорил с отцом — они пытались его допросить, но он молчит, как рыба. Даже после пытки он молчит…

Я опустила голову, заранее зная, к чему идёт этот разговор. Тихо спросила:

— Где ваш ректор сейчас?

— В доме моего отца.

Я глубоко вздохнула и встала.

— Ну, пойдём. Что тут сказать…

Голова закружилась, и я пошатнулась. Александр успел подхватить меня за руку. Я закрыла глаза на секунду, потом открыла и осмотрела комнату.

— Кстати… где мы?

— В моём доме, — ответил он.

Александр стоял и просто смотрел на меня.

— Почему вы стоите без дела? Покажите дорогу, пойдём. Из-за меня вы уже потеряли драгоценное время. Пока я здесь истерю, Сюзанна там страдает!
— Констанция, ты не в том состоянии, чтобы спасать кого-то. Ты потеряла сознание от усталости. Так нельзя продолжать! Не понимаешь?— спросил Александр, проводя рукой по моим волосам.

Я резко отдёрнулась.

— От меня ничего не уйдёт. А жизнь моей Сю… — я не могла продолжить говорить, слёзы собирались в горле. Чтобы отогнать их и не впасть в очередную панику, я резко сказала:

— Пойдём уже!

Потянула Александра за руку, но тянуть его — всё равно что тянуть скалу.

— До сих пор вы только использовали меня и мой дар. Продолжайте таким же образом…

Он шагнул вперёд, от его резкости я чуть не упала, но Александр поймал меня.

Переплетя наши пальцы и направился к выходу.

Я попыталась вырваться, открыла рот, чтобы возмутиться и попросить отпустить меня, но Александр опередил и заговорил сам:

— Я не использовал тебя, Констанция. Ни тебя, ни твой дар…

Я хотела остановить его речь и сменить тему, но он не позволил говоря:

— Я не хочу избегать этого разговора, как ты делаешь всё это время Констанция. Я знаю, ты специально уходишь от темы или превращаешь всё в шутку. Но когда я говорю, что ты мне нравишься, что ты стала для меня важной — я не шучу и не издеваюсь. Я не знаю, сколько мне осталось, и не хочу тратить это время на игру в кошки-мышки.

Я наконец освободилась из его рук и, стараясь говорить спокойно, произнесла:

— Поговорим об этом после того, как спасём мою Сюзанну.

— Снова уходишь от разговора, — холодно спросил он.

Я не ответила, просто открыла дверь и села в машину. Но Александр не угомонился:

— Нам нужно поговорить сейчас, Констанция!

— Почему именно сейчас? Завтра вы, может быть, собираетесь умереть или сделать мне предложение руки и сердца после этого важного разговора? Может, ваш отец был прав, когда говорил, что вы хотите поделиться со мной и своими силами? — я нарочно издевалась.

— Собираюсь, — без колебаний ответил блондин. — Но только тогда, когда верну их себе.

Я рассмеялась:

— Вы серьёзно, Александр Сергеевич? Сколько дней мы знакомы — десять? пятнадцать? Ещё полмесяца назад вы, как безумный, любили Лену и делились с ней своими силами, а теперь говорите, что сделаете то же со мной? Как же быстро закончился ваша бесконечная любовь! И как же быстро вы нашли замену Лене!