Кофейные сказки

Сказка о молитве

В уже знакомом нам городке, в бедном квартале, что стоял на самом его окраине, стояла маленькая, покосившаяся от времени лачужка. Холодною зимою снег заметал её прохудившуюся крышу, проливаясь водою на гнилой деревянный пол.

Не приближался никто никогда к бедному сему домику. Страх липкий сковывал каждую душу человеческую. Ведь ходили о нём недобрые слухи. Будто лежит там живой мертвец, спит целыми днями сном беспробудным и лишь к вечеру пробуждается, а что он делает по вечерам, одному Богу известно.

Лишь промозглый ветер время от времени врывался в раскрытые окна, хлопал ставнями, пытаясь разбудить спящую, охладить лоб её свежим своим дыханием, чтобы встала она и начала жить, как все прочие люди. Да только куда там!

Летом по утрам пели под её окнами птицы, осенью так уютно шумел дождь, зимой доносился смех веселящихся на улице детей, что играли в снежки… Но не было на свете такой силы, звука столь громкого, что пробудить был способен ту девушку.

А ведь это была именно молодая девушка - красивая, с длинными чёрными кудрями, очами неземными цвета янтаря да кожею точно фарфоровою. Наградила Природа её сполна и умом острым подобно лезвию булатному, и сердцем золотым, и душою чистою да отважною. Но зачем ей дары все богатые, коли лишь на четверть жива она?

Но оставалась ведь ещё и весна, когда солнышко светит так ярко, когда птичьи трели под окнами, а в лесах ручейки журчат и природа вся пробуждается. Жизнь тогда ключём бьёт; бьётся сердце у девушки, пытаясь пробудить хозяйку свою молодую, да только не может оно достучаться.

Однажды в цветущий май, во время первой, столь радостной и буйной грозы влетела молния шаровая в окно лачужки. Влетела и начала играться с девушкиными волосами как котёнок - теребить за локоны чёрные, тыкаться в тёплый лоб. Но спит девушка и не может проснуться.

Огорчилась тогда молния - видит, что совсем плохи дела у красавицы. И направила она всю силу свою, что богами грозы была ей подарена. Направила прямо в сердце девушки, чтоб забилося оно подобно набату гулкому, как сто барабанов чтоб загромыхало.

И открыла девушка янтарные глаза, и сделались они столь красивыми, что даже звёздочки небесные рядом с ними потухшими углями показались бы.

Смотрит шаровая молния в восхищении - взгляда отвести не может. Потом очнулась, да спросила у девушки:

- Что ты хочешь больше всего, красавица? Всё я передам своему отцу-громовику!

Вздохнула тогда черновласая, рассказала молнии о беде своей тяжкой. О том, что спит она до самого вечера вот уже седьмой год, и не может жизнь свою начать. И просила лишь об одном она - чтобы дал ей громовик силу жизненную, чтоб могла она вставать по утрам, встречать солнце, дождю радоваться…

И увлеклась так красавица, что слова её горькие превратились в чистую молитву. А когда закончила свой рассказ - поняла она, что здорова теперь. Есть у неё силы по утрам вставать, есть и силы и в душе да в разуме. Поклонилась девушка шаровой молнии, а та засмеялась тихо от радости и превратилась… в неземной красоты юношу. Грозового бога сына младшего.

Улыбнулся он, взял спасённую за руку, и вывел её на улицу, где от земли до небес уже появлялась радуга.