Когда Барс станет кошкой

Глава 35. Мечты

Вскоре наш эсминец совершил ещё один гиперпрыжок, и полетел в академию. Ака посадил меня за штурвал. Остальные отправились перекусить и отдыхать. Староста посидел возле меня минут пятнадцать, понаблюдал, как я нажимаю на клавиши и отслеживаю курс корабля. Поспрашивал, где что находится на приборных панелях – кнопочной и сенсорной, дублирующей первую. Убедился, что я хорошо разбираюсь в управлении кораблём, и тоже пошёл вздремнуть. По крайней мере, так сказал. Сомневаюсь, что Ака приляжет хотя бы на часок, слишком ответственный, чтобы оставить подопечных без внимания.

Время идёт. За иллюминатором проплывают скопления звёзд, дальние и близкие планеты разбавляют своим ярким видом черноту космоса. В рубке тихо играет энергичная классическая музыка – кто-то из ребят включил, чтобы не заснуть за штурвалом. Я посматриваю на индикаторы на экране и в обзорный иллюминатор.

Кажется, покой космоса проникает глубоко внутрь. Мне нравится вот так лететь сквозь пустоту вселенной к какой-нибудь наполненной жизнью планете. Звёздная чернота завораживает и успокаивает меня.

Впервые я сел за штурвал в двенадцать лет. Отец взял меня с собой в недельный перелёт. Научил управлять небольшим звездолётом. Сидел рядом, закинув ноги на приборную панель, и щёлкал семечки. Только я, он, космос и никого больше на тысячи километров вокруг. Мы шутили, смеялись, рассказывали друг другу разные истории и были счастливы.

Отец научил меня любить космос, звездолёты и разную электронику. Говорил, эта любовь у меня в крови. И каждый раз, садясь за штурвал, я чувствую тепло, будто вернулся на своё место – в родной дом, к близким мне звёздам. Мне хорошо!

Окончив академию, я обязательно куплю себе звездолёт пятого ранга, скоростной и манёвренный. Оборудую его новейшей техникой и буду летать: перевозить грузы или пассажиров. Нет, пожалуй, лучше перевозить только грузы. Не хочу выслушивать разного рода претензии. Люди редко остаются довольны чем-либо. Даже если им что-то понравится, всё равно скажут гадость, забыв о благодарности.

Буду летать вместе с отцом и его друзьями. А может быть, возьму с собой Лару, Лероя и Савиджа. Уверен, друзья простят мне обман в отношении моего пола. Не сразу, но поймут и простят. Они такие, мои друзья – весёлые, шебутные и понимающие.

Отработаем несколько лет в армии, и уйдём на вольные хлеба. Будем бороздить просторы космоса, радуясь жизни. В космическом союзе так много планет, на которых я хотел бы побывать. Гигантские водопады, бескрайние прерии, диковинные животные, джунгли и ледяные просторы. Жизни не хватит, чтобы воочию увидеть все красоты вселенной. Но я постараюсь охватить как можно больше.

Главное – не влюбиться, и не осесть возле мужа, рожая детей и заботясь об их уюте. Семейная жизнь заберёт все силы и время. И о мечтах придётся забыть. Лучше уж вообще с мужчинами не связываться.

Обучаясь вместе с парнями в академии, я хорошо узнал их породу. Парни слишком ветреные, легко увлекаются. Влюбившись, могут горы свернуть ради своей пассии. Однако добившись благосклонности, быстро остывают, и начинают искать новый объект для своей страсти. В общем, любовь – красивое чувство, но слишком обманчивое и зыбкое. Любовь способна разрушить всё: смысл жизни, мечты и желания. Лучше гнать это чувство взашей, со всеми его глупыми идеалами в виде принца на белом звездолёте и белого свадебного платья.

В рубку зашёл Кир. С деловым видом походил вдоль приборов и иллюминатора, и плюхнулся в кресло второго пилота. Наглядный образчик псевдопринца. Светловолосый, с приятной улыбкой, тренированным загорелым телом и притяжением альфа-самца. Владелец звездолёта. Не белого, конечно, но и такой для многих покажется верхом роскоши. Здесь дело во вкусе. Вот для меня Кир абсолютно невкусный. Мне с ним только ругаться нравится.

– Сая, почему ты поступил в военную академию? – спросил Кир, помолчав немного.

– Чтобы уметь постоять за себя, и играючи давать в зубы особо наглым, – я смерил красноречивым взглядом расслабленно сидевшего агента.

– А как же патриотизм? Борьба за расширение Космического союза?

– Они тоже имеются, но их не видно невооружённым взглядом, – усмехнулся я. – Только агитировать меня не надо, я давно определился с тем, чего хочу больше всего.

– И чего же?

– Хочу как можно дольше оставаться свободным, принадлежать самому себе.

– Странное желание для твоего возраста.

– Не странное, а редкое. И вполне выполнимое желание.

– И как ты планируешь зарабатывать себе на жизнь?

– Придумаю что-нибудь, не пропаду.

Вдруг в нескольких метрах от обзорного иллюминатора вспыхнули огни двигателей звездолёта-штурмовика. Я резко придвинулся к пульту управления, заставив отшатнуться расслабившегося Кира. Агент только залез с ногами в кресло второго пилота. Мои руки запорхали над сенсорным пультом, корректируя курс корабля. Кир подскочил к обзорному иллюминатору и на несколько мгновений буквально прилип. Оценив сложность ситуации, он грязно выругался и попытался выдернуть меня из кресла главного пилота.

– Что ты творишь?! – прошипел агент.

– Пытаюсь избежать столкновения! Идиот в штурмовике вышел из гиперпрыжка прямо перед нами. Всё под контролем! – огрызнулся я, лягнув Кира по ноге.

Я тут приказ командира исполняю, а он мешает. Мне Кир свою секретную карточку не показывал, так что подчиняться ему я не обязан. Снова повернул корабль. Кира чуть повело в сторону. Штурмовик развернулся и пошёл на таран. Краем глаза заметил, что Кир нажал какую-то кнопку внизу приборной панели.