Когда Барс станет кошкой

Глава 53. Схватка насмерть

Регеры внешне немного походят на двуногих собак земной породы немецкая овчарка. На две головы ниже нас, с немного искривлённым позвоночником, массивными тренированными задними лапами и куцыми хвостами, выглядывавшими из специальных прорезей в чёрных комбинезонах. Вместо рук у них лапы с четырьмя пальцами. Тёмно-коричневая шерсть с чёрными и рыжими подпалинами по всему телу и на мордах.

Широкие пасти с внушительным рядом острых клыков, растянуты в подобии ухмылки. На лобастых головах с вытянутой собачьей мордой надеты полупрозрачные шлемы. Через них хорошо видно, как чёрные круглые глаза без белков бегают в поисках очередной жертвы.

Регеры идут плечом к плечу в два ряда, методично обстреливая мечущуюся толпу из парализаторов, лучевых пистолетов, и автоматов. Курсанты пытались вывести испуганных девушек и обслуживающий персонал через единственный центральный проход, предназначенный для эвакуации. Многие барсы трансформировались и прикрывали их отход, старались дать отпор вооружённым нападающим. Успевали устранить по несколько регеров, прежде чем их настигал луч парализатора или смертельный выстрел из второго ряда нападавших.

Молодые барсы тоже вступали в схватку, но силы были не равны. Мы в простой форме и без оружия против многочисленных наёмников в бронежилетах и с автоматами. Вступив в битву, я увидел Аку. Пума трансформировался до третьего класса и перепрыгнул через оба ряда регеров. Оказался за их спинами и начал рушить их стройные, лишь слегка поредевшие ряды. С другого конца бился Найд Тагр, вспарывая когтями бронежилеты и бросая курсантам отобранное у врагов оружие.

Подумав, что Ака не справится один, сбросил туфли и скорее трансформировался. В несколько прыжков оказался за спинами нападавших. Завязалась смертельная битва. Передними лапами я только успевал выбивать из рук регеров направленное на меня оружие. Попутно бил хвостом близстоящих, царапал и лишал жизни, ломая шеи и грудные клетки.

Повсюду кровь, крики, свист пуль и смертоносные лучи. Пуля попала мне в плечо. Кажется, прилетела с нашей стороны. Но боли я не чувствую, лишь слабые отголоски ранения. Враги мельтешат перед глазами, только успевай отбиваться.

Какой-то раненный регер зубами вцепился в мою заднюю лапу. Тело обожгло болью, по лапе побежали тонкие струйки крови. Когтями полоснул по спине наёмника, но он лишь сильнее сжал челюсть. Взвыв от боли, отшвырнул наваливших врагов и клыками вцепился в шею наёмника. Шея хрустнула, противный привкус крови во рту.

Отплёвываясь, отобрал автомат у очередного нападающего. Но вот беда – он полностью разряжен. Отбросил его в сторону. Сразу несколько регеров теснят меня. Один кинулся в рукопашный бой, отбросив парализатор, с явно сдохнувшей батарейкой. Второй направил на меня лучевик, а третий присев за кучку трупов поверженных, косит на меня злым круглым глазом и перезаряжает автомат. Первый улетел вперёд, я уклонился от захвата. Регеру с лучевиком сбил шлем, и располосовал когтями морду. Из-за хлынувшей крови он временно выбыл из битвы.

Регер набросился на меня со спины. Не глядя сломал ему рёбра, бедный натужно хрипит, пытаясь вдохнуть. Боковым зрением заметил наставленный на меня автомат. Схватил первый попавшийся труп регера, и прикрывшись им иду к стрелявшему. Пуля прошила правую лапу, ещё одна вскользь прошла по плечу. Слегка поскользнулся на залитом кровью полу. Попытка прыгнуть не удалась, не смог достать регера с автоматом. Он пятится к перевёрнутым на бок столам…

Внезапно страшная боль опалила спину, лёгкие горят, уши заложило от взрыва, сотни болезненных уколов по всему телу. Ору, рычу от боли, и из последних сил стремлюсь удержаться на лапах, но падаю. Тело не слушается меня. Вижу множество ног, которые топчутся, пляшут впереди – схватка продолжается. Тяжело дышать. Что-то булькает внутри, подступает к горлу, вырывается наружу со вкусом и запахом крови. Глаза закрылись, я провалился в темноту.

Снова боль, резкая и долгая, прошила меня как гигантская игла. Кто-то приподнял мою голову и трясёт, но сил нет открыть глаза. Даже кричать не могу. Слышу голос Аки:

– Сая, открой глаза! Сая! Приди в себя немедленно! Не умирай! Тебе нужно обернуться! Постарайся! Ты должен жить! – в голосе слезы и нотки накатывающего отчаяния.

Ака трясёт меня. Мне невыносимо, до умопомрачения больно от этой тряски. Чувствую, как тёплая кровь вырывается из многочисленных ран и растекается по коже. Но сквозь тяжёлое марево боли пробивается приказ - Обернуться! Став зверем, я стану сильнее. Обернуться! Но сил нет. Ужасная боль во всём теле лишает воли. Забыться, снова уйти в темноту, там спокойнее. И вновь откуда-то из глубины сознания настойчивый приказ – Обернись! Стань зверем, могучим и опасным!

Всё тело свело страшной судорогой. Кричу, но не слышу свой крик. Ещё мгновенье и умру от боли! И вдруг гвалт голосов вернулся в мою тёмную, пронизанную болью реальность. Боль отступила, как схлынувшая волна, оставив после себя слабость и лёгкое покалывание по всёму телу. Среди шума я различил голос Аки:

– Молодец! – шептал он сквозь слёзы. – Умница, Сая. Ты справился, барс.

Я открыл глаза. Звериные глаза, судя по изменившемуся восприятию окружающей обстановки. Увидел Аку. Староста сидел подле меня на коленях. Всклокоченный, с царапинами и кровоподтёками на могучей груди. Обрывки формы в багровых пятнах засохшей крови.

– Сая, – сильные руки обняли за мохнатую шею. – Ты жив! Теперь всё будет хорошо, – Ака с улыбкой смотрит в мои звериные глаза и словно замерзает. Улыбка исчезла, уступив место растерянности, а затем – гневу. – Исхара?! – полувопрос-полуутверждение. Ака окидывает моё звериное тело быстрым взглядом. – Сая, ты – девушка! – звучит как обвинение в тяжком преступлении. – Почему именно ты?! – в голосе Аки боль и разочарование.