Когда белый орёл расправит крылья

Глава 41

Каким чудом в вечер пятницы я оказалась в автомобиле Тарнпольского, направляющегося к морю, понятия не имею. Всё шло хорошо, вроде бы. Я приняла новую клиентку, разобралась с текущими делами, побывала в суде пять раз, выиграв при этом лишь два дела, ну это ничего, бывает. Мы ещё подадим апелляцию. Не верю, что всё безнадёжно, но не в этом суть вопроса.

Что я делаю в машине Тарнпольского?

Поворачиваюсь и гляжу на него. Пристально гляжу. Всю неделю мы с ним не общались, даже ни единого сообщения друг другу не прислали, а сегодня утром Андрей позвонил мне, а я с неожиданности нажала вместо красного кружочка зелёный. Это случилось так спонтанно, что поначалу с минуту мы взаимно молчали в трубку и только отойдя от шока поздоровались друг с другом. Андрей предложил заехать за мной и отправиться в короткое путешествие. Куда именно не сказал, а я в тот момент решила не спрашивать. Главное Талии написала, с кем уезжаю. Подруга прислала задумчивый смайлик и предупредила об осторожности.

А то я не знаю!

Но Андрей очень кроток и корректен в последнее время. Не знаю какая муха его укусила, но факт остаётся фактом. Однако насколько бы нежным он ни был в постели и как бы обходительно со мной ни обращался в жизни, я помню кто он такой и на что способен. Жить в постоянном страхе перед мужчиной, чувствовать обязанность придерживаться неких установок, чтобы не “спровоцировать” его – это довольно энергозатратно и утомительно. И я бы никогда не решилась на союз с таким мужчиной, ни в деловом плане, ни в романтическом, ни в дружеском.

Отвлекаюсь на красивый пейзаж за окном, а потом возвращаю вопрошающий взгляд Андрею.

Молчит, только желваки натянул. Интересно, о чём он думает? Только ли о дороге перед нами?

- Не скажешь, куда едем,- интересуюсь у него, на что он хмыкает.

- Тебе понравится,- пафосно отвечает Андрей.

О, Тарнпольский, давай без вот этих вот надуманных подростковых заморочек, чтобы впечатлить девушку. Открытость - вот, что по-настоящему цепляет.

Продолжаю сверлить его вопрошающим взглядом, из-за чего он начинает елозить на месте.

- Будет сюрприз,- произносит Андрей не выдержав моего напора,- Не хочу испортить тебе впечатление и испортить себе удовольствие видеть твою искреннюю улыбку. Так что прости меня, но пока я ничего тебе не скажу…

- Нет,- вырывается у меня как-то само собой, и тут же становится неуютно и холодно в салоне автомобиля, хотя в приоткрытое окно задувает тёплый летний ветерок,- Тебе не нужно просить у меня прощения. И я в любом случае буду рада этой поездке, мне так кажется.

Мне правда не хочется слышать из его уст эти слова, и вместе с тем… Такое чувство, будто этими словами можно что-то исправить или починить. А вот и хрен тебе столовый, Андрюша.

Некоторое время он напряжённо молчит, а я гляжу на дорогу через лобовое стекло. Меня вдруг давить что-то начинает изнутри так неприятно, будто ремень безопасности дышать мешает.

- На самом деле мне за многое необходимо перед тобой извиниться, Зои,- произносит он тихо.

- Нет,- снова повторяю я, обрывая его излияние.

Воздуха не хватает. Начинаю задыхаться.

- Я виноват,- продолжает он, а я начинаю злиться и клокотать.

- Нет,- снова повторяю я ему, и это слишком много для человека, который обещал прислушиваться к моим словам и желаниям.

- Прости меня…,- снова начинает он, и я не выдерживаю.

- Андрей, хватит,- выкрикиваю я на всю машину, да так громко, что после этих слов становится абсолютно тихо. Я оглушена собственным голосом и словами… Теми же самыми словами, которые он не желал слышать из моих уст.

Чёрт, я даже шелеста колёс по асфальту не слышу.

Тарнпольский тоже замер. Вцепился в руль и глядит перед собой стеклянными глазами, не моргая. Кажется, он даже вздрогнул от моего крика.

Слишком очевидно то, что мы оба вспомнили один и тот же момент из жизни.

Я закрываю лицо руками и шумно выдыхаю, чтобы услышать что-нибудь кроме бешенного сердечного ритма, бьющего по ушам.

Чувствую, что скорость машины потихоньку снижается, а сам автомобиль уходит куда-то вправо, к обочине.

Ну отлично. Сейчас он меня высадит из машины посреди шоссе, а мне лови попутку до города под вечер.

Отнимаю руки от лица и наблюдаю, как Андрей аккуратно останавливается возле бетонного ограждения.

Супер, блин.

Когда Тарнпольский глушит двигатель, я отщёлкиваю ремень безопасности и хватаюсь за дверцу, но тут замок на двери щёлкает и блокирует мне выход наружу.

В полном недоумении оборачиваюсь к Тарнпольскому.

Какого дьявола ты творишь?

Он совершенно невозмутимо обращается ко мне, при этом избегая смотреть в глаза.

- Близ Туапсе есть местечко,- произносит он тихо,- Прямо у побережья. Недорогой отель с изумительной кухней и потрясающим видом на море. Однажды я побывал там с семьёй, когда был ребёнком. Мама, папа и я. Одна из последних наших поездок куда-либо вместе. С тем местом у меня связаны самые тёплые воспоминания, и я захотел вновь очутиться там и разделить это счастье с тобой.