Когда цветет инжир. Покоряя париж.

Глава 16

Уж не сказать точно, сколько прошло времени с того дня, как Лира ездила в Дуррес, однако ей пришлось прийти в себя и решать, что же делать дальше.

«Пора менять свою жизнь на сто восемьдесят градусов, ведь в Албании меня больше ничего не держит. Время быть ребенком кончилось, и уже давно, если честно».

Первым делом, как она посчитала, надо разобраться с малым, а именно с прилавком на рынке. Как и в прошлый раз, решила добраться до Дурреса на поезде. Когда та дошла к станции, народу было достаточно, но ей повезло, и билет купить успела. Пока они ехали, Лира задремала, и ее разбудила женщина, что сидела с ней рядом, сказав, что конечная и пора выходить. Идти от станции до рынка было ближе, чем до дома Франко, и примерно через половину часа она уже дошла.

Немного прибравшись в их прилавке, она снова увидела тех сплетниц-торговок, а также одноглазую старушку, что когда-то знала ее маму и вступилась за нее тогда, когда приходил Франко. Лиру что-то натолкнуло на такую идею, чтобы отдать прилавок этой старушке.

«Отец бы не обрадовался, а вот мама… Почему-то есть ощущение, что она бы гордилась мной».

— Здравствуйте, как ваши дела здесь? — подходя, спросила Лира у старухи.

— О, кто пожаловал! Доброго дня тебе, — сказала старушка, поглядывая своим одним глазом на нее, — у нас тут хорошо, урожай еще свежий, и народ ходит. Ты-то как? Что-то редко тебя с отцом видно в последнее время.

— Нормально. Я, знаете, что подумала, — начала девушка, слегка переживая, — вам тяжело тут, а один-другой прилавок лишним не будет. Я отдаю наше с отцом место вам, пользуйтесь и долгих дней жизни вам!

— Что это ты удумала? Отец-то в курсе?

Она чуть-чуть нахмурила свои брови, кладя руки в боки.

— Простите, мне нужно идти. Прощайте!

Девушка улыбнулась и помахала рукой, а она стояла в полном непонимании того, что произошло. Албанке не хотелось снова задевать тему отца и говорить о том, что будет делать, на тот момент ей и самой это было неизвестно. Однако точно знала, что стоит уехать отсюда, а для этого нужны деньги. Их можно получить только с продажи дома и участка для посева.

Вернувшись домой, решила посетить соседа, того самого, что подвозил ее на бал. Его дома не было, и Лиру встретила его жена — Марта. Она была очень худенькой и сильно уставшей, но с теплым взглядом и приятной энергетикой. Девушка нечасто ее видела на улице, ведь она постоянно занималась детьми дома.

— Добрый день, я хотела поговорить с вашим мужем.

Сказав это, Лира слегка улыбнулась и посмотрела ей в глаза.

— А по какому поводу?

— У вас большая семья, это я знаю, а мне дом не нужен, и я хотела обсудить его продажу.

Всё это та сказала очень быстро, потому что начала нервничать и сама не поняла почему.

— Какая сумма тебя интересует?

Она слегка сбоку поглядела на ту, заинтересованная в предложении.

— Это мне несильно важно. В нашем доме нет ничего, и единственное, — сказав это, решила ещё добавить, — что хорошее — погреб для сушки инжира. Он большой и вместительный, как раз для вашей семьи.

— Хорошо, Лира, — она немного улыбнулась, и это добавило в её глаза жизни, — я поговорю сегодня с мужем, и завтра дадим знать наш ответ.

На этом они и разошлись, а Лира начала раздумывать о том, кому можно продать их участок для посева. В голову не приходил никто, кому бы это было интересно, и когда она уже совсем отчаялась, вспомнила об одной ситуации, которая произошла около года назад.

/ / /

Был жаркий летний день, а на небе не было ни облачка, и ни один листочек на дереве не шевелился. Такой жары давно не приходило к ним в поселение, так она еще и стоит уже третий день. Она с отцом буквально не вылезает с этого поля, а ее уже тошнит от этой земли, солнца и инжира!

— Отец, я больше не могу, — сказала та, ковыряясь над очередной корзиной инжира, — еще чуть-чуть, и у меня будет солнечный удар или обезвоживание!

— Лира, постой в тени или сходи к реке. Нам нужно работать, прекрати.

Он резким взглядом покосился на дочку, а та виновато опустила голову и продолжила работать.

Однако их разговор не прошел мимо ушей соседского поля, где работала крупная женщина лет сорока. У нее было округлое лицо, красные щеки и большая родинка на лбу.

— Пелламб, а Пелламб, может, уже начнем работать вместе?

Она положила руки на ограждающий между полями забор, смотря на отца.

— Рима, я уже один раз тебе сказал, хорошо, скажу еще раз — нет. Я знаю тебя: ты сначала работать вместе начнешь, а потом половину участка себе отгребешь.

— Как знаешь, но участок у тебя и правда неплохой. Говорят, что ты один из лучших инжиров выращиваешь!

/ / /

Выбора не было: ей нужно было найти Риму и попытаться продать участок, но что-то подсказывало, что это будет непросто. Где живет Рима, она, конечно же, понятия не имела, поэтому единственное, что оставалось, — это идти на участки с полями и искать ее там. Удача сыграла на руку, и она оказалась там.

— Можно? — спросила Лира, подходя к ее калитке.

— Ну проходи, — разрешила та, взглянув на соседку по участку.

— Наверное, вы догадываетесь, почему я здесь. Как многие уже знают, отец умер, — это было тяжело говорить. Лира смотрела вниз, но следом подняла взгляд, — и я здесь жить не остаюсь. Мне показалось, что вы можете захотеть купить его поля, ведь вы сами говорили, что у него растет один из лучших инжиров.

— Говорила, да, — начала Рима, — твой отец был не на шутку упрямым человеком! Я хотела работать с ним еще при его жизни, но сколько бы я ни предлагала, то всегда получала отказ!

Она говорила это, и чувствовалась обида в ее словах.

— Понимаю вас, но я к этому никакого отношения не имею, — зеленоглазая собеседница начала говорить уже увереннее, — а поля — это просто поля с хорошим инжиром, вот и все. Я вам предложение сделала, и вы в курсе, так что мне пора пойти поговорить с другими потенциальными покупателями.