Когда цветет инжир. Покоряя париж.

Глава 26

После столь успешного дебюта трех моделей стали приглашать на съемки для модных журналов, таких как Vogue и других, менее известных. О девушках уже стали говорить не только во Франции, но и по всему миру! Их лица украшали обложки журналов, рекламных постов, статей из газет. Никто не задумывался о том, что скрывается за этим идеальным лицом на снимке, какую жизнь каждая из них пережила задолго до всего этого и с чем столкнется после такой триумфальной славы.

Была ли Элонора счастлива? Сложно сказать наверняка, ведь у нее не было родителей, родных и близких ей людей. Друзья в ее жизни были, но это не заменяло отсутствие родственников и лишь отчасти компенсировало отсутствие семьи. Хотела ли она свою семью? Очень вряд ли, потому что она не верила в то, что сможет ее сохранить до конца своих дней, а если не до конца, то зачем оно вовсе?

Среди всех этих многочисленных съемок и выходов на подиум Эл не заметила даже, как краски лета и осени сменились белой пеленой снега, а следом — новый год, 1928. Взяв одну из утренних газет, которые развозили по домам, девушка наткнулась на статью:

На выборах, благодаря авторитету Пуанкаре (президент республики — 1913), победила умеренная партия. Твардьё, умный и искушенный представитель крупной буржуазии, предполагаемый политический лидер этой палаты, уступил Министерство иностранных дел Бриану — последней надежде миролюбивых и либеральных умов Европы. Бриан пытался заставить Англию гарантировать Франции ее безопасность и надеялся на прямое сближение с Германией. Чем же закончатся его старания и добьется ли он признания парламента?

Эл была девушкой образованной и всегда следила за тем, что происходит в той стране, где она живет. Она была очень любознательной и любила новое: изучала другие языки. Французский стал почти ее родным, и она говорила очень свободно. Теперь же старалась изучать английский и немецкий. Девушка, хоть и была очень юна, прекрасно понимала, что однажды постареет и жизнь манекенщицы подойдет к концу, и, имея в совершенстве владение несколькими языками, сможет стать переводчиком или кем-то еще, где пригодится знание различных языков.

Идя утром в агентство, ее там ждали новые модели на кастинг, который будет проходить в присутствии Коко и Чарлайн. Это оказался очень длительный процесс, который утомлял и разочаровывал, ведь девушки никак не могли определиться с той, которая понравится им всем. Казалось, когда надежда уже полностью угасла, а они так никого и не выбрали, в двери ворвалась неожиданная особа в очках. Как оказалось, это была девушка из Германии, невероятно сильно желавшая работать именно у Коко Шанель. Она очень хорошо владела французским и имела привлекательную внешность: длинные русые волосы, большие голубые глаза и светлую кожу. Ее звали Гретель, но она сказала, что хочет, чтобы ее знали под псевдонимом Камиль. Возражать никто не стал, так как в большинстве случаев модели так и делали: брали псевдоним на тот лад страны, в которой они будут работать. Новая модель была очень способной и быстро набирала заслуженную популярность. Так она стала четвертой среди более известных и приближенных моделей Шанель: Чарлайн, Натали, Камиль и Элонора, которых позже стали называть самыми красивыми девушками в Париже или же четырьмя жемчужинами Коко Шанель.

За это время Элонора так и не сменила место своего жительства и дальше находилась в пристанище для творческих людей, ведь даже несмотря на всю бедность, она встречала многих интересных личностей: художников, актеров, писателей, музыкантов.

В один из самых рутинных дней, когда она возвращалась домой после очередной отработки в доме моделей, где уже начали готовиться к новой весенней коллекции, девушка встретила неожиданно знакомое лицо.

— Килиан? — Эл удивленно стала вглядываться в лицо светловолосого парня.

Стоит напомнить, что это тот самый парень, который показывал Элоноре рынок, когда она только въехала в Париж.

— Знакомы?

Парень явно в недоумении смотрел на уже повзрослевшую и женственную девушку, как с обложки журнала.

— Я Эл... — замявшись, произнесла девушка, вспоминая, что он знает ее настоящее имя. — То есть Лира.

Только вот той девочки Лиры больше уже нет, и осталась лишь маска идеальной и всеми обожаемой Элоноры Фаулер, которая всем нужна и ее любят.

— Лира? Как ты изменилась!

Он улыбнулся и посмотрел в ее глаза.

— Может, прогуляемся? Расскажешь, какими судьбами тут, — предложила девушка неожиданно для себя самой старому знакомому из Германии.

— Да, пойдем.

После этой встречи Килиан и Элонора начали пересекаться чаще, и между ними явно чувствовалось притяжение, которое говорило больше, чем о дружбе. Вот только никто из них не спешил начинать романтические отношения, и они просто общались так, как им было комфортно. Позже они и вовсе, как все эти милые парочки, начали гулять по вечернему Парижу, держась за руки, и даже ночевали друг у друга.

Казалось, вот оно — счастье и новая история, которая принесет долгожданную и взаимную любовь.

— Знаешь, — начала как-то говорить о своих мыслях девушка молодому парню, который сидел рядом на лавочке, — рядом с тобой прошлое не имеет надо мной такой власти и не причиняет столько боли, как прежде.

Она подняла голову с его плеча и посмотрела в его уже такие родные, чисто голубые глаза. Килиан в ответ посмотрел на нее и просто улыбнулся.

Этот парень стал единственным, кто называл ее настоящим именем, ведь с ним это было уютно слышать. Он дарил ей положительные эмоции, хоть временами и пропадал, не проявляя желания общаться. Да, такие периоды были для Эл тяжелые, но он заранее предупреждал об этом. Ей тогда еще очень хотелось верить в то, что однажды это приведет к чему-то конкретному, поэтому она просто доверилась судьбе, плывя по течению.

Однажды Килиан сказал:

— Хочешь, съездим ко мне в Германию? Познакомлю тебя со своей семьей и покажу место, где вырос.

— Я бы с радостью, но сейчас полно работы. Как только пройдет весенний показ, то с удовольствием!