Когда крошатся сердца

Глава 17. Междусобойчик с контекстом.

Анна

Собираться на общество отцовских партнёров – та ещё морока. Всё по системе, и её не сломаешь. Все эти шарики, шампанское, речи, рестораны и многое другое — лишь маски лжи и корысти. Всё это, чтобы заключить очередной контракт или подыскать связи в мире бизнеса, а он жесток.

Одеваться нужно строго, профессионально. Девушки в скромных платьях и мужчины в строгих костюмах. Скукота! Сегодня я бы пошла на очередную вечеринку в кафе, которое ночью превращается в клуб. Вчера мне позвонили и попросили выйти в ночную смену.

Смотрю пустым взглядом на свой гардероб и не имею понятия, что надеть. Взяла первое попавшееся платье из гардероба: чёрное полиэстеровое платье с примесью спандекса и хлопка, едва доходящее мне до середины бедра. Короче, одна четверть. Ладно, попытаюсь сломать систему и пойду на междусобойчик в мини-платье.

На междусобойчике богатых папиков только натуральность, так бы сказала моя мама, будь она здесь, но её здесь нет, поэтому… Прожигаю взглядом огромную косметичку. Не помню, когда последний раз нормально красилась, надеюсь, там будет что-то нормальное, готовлюсь к худшему. Вытряхиваю на постель. Убираю все яркие цвета обратно и нахожу только палетку теней и гигиеническую помаду, немного, но уже что-то. Забираю находки и выхожу из комнаты. Что ж, для улучшения вида беру ярко-красную помаду и кисть.

Волосы накрутила быстро, никого не вызывала. Найденная где-то в углу шкафа, где отчасти валяется какое-нибудь барахло, завалялась, неожиданно. Вообще, я пошла искать красивые осенние каблуки, которые очень контрастируют с чёрным платьем.

Уже на кухне отрезаю немного гигиенички и кусочек красной помады, ни ту, ни другую не жалко, у них всё равно срок заканчивается. Звучит двусмысленно, но да ладно. Отправляю это месиво в микроволновку, а сама иду в комнату.

Не успеваю зайти, как комната взрывается от звонка моего телефона. Не блеск звук, но немного подпрыгнула. Кто бы сомневался, Миша. Не для этого ли он вызвался появиться на междусобойчике?

– Да! – повысила голос я.

– Только встала и уже не в настроении, – вместо приветствия сказал бывший.

Нет, не подумайте, у меня нет его номера, просто как-то запомнился наизусть. В шестнадцать хотелось угодить первым отношениям, а вместо этого получила манипулятора и абьюзера. Про остальное боюсь и говорить.

– Что надо, говори и проваливай из моего телефона! – подхожу к окну, неосознанно ищу Мишину машину.

– Я? А сама как думаешь, Ан? – в его словах слышалось насмехательство.

– Не называй меня так, – выпалила сразу я, даже не подумав над ответом.

– Зай, так лучше? Так, ладно, времени нет на шутки, выходи!

И снова он приказывает, я не его игрушка и не его собственность, чтобы он разговаривал со мной в таком тоне.

– Ты меня слышишь, я сказал выходи, в третий раз повторять не буду или придётся выталкивать силой.

За время общения с бывшим я усвоила три вещи. Первое – не связываться с человеком, у которого нет контроля над собой; второе – когда за человеком приехали и силой выставляют его за порог, закрывай дверь на все замки; третье – не отдавай в чужие руки документы, в моём случае — это паспорт. Он, как увидел моё отчество, сразу же порвал его.

– Знаешь, Миша, – я медленно подошла к двери, зная, что он уже где-то на полпути в мою квартиру – иди ты нахер, закройся тучкой, и путь O* тебя унесёт подальше от моего дома, – заранее достала ключи из сумки и закрыла на все замки. Помню, когда-то он выкрал из моей сумки ключ-карту. А в моей квартире всегда дверь открыта.

В моём доме, как и в любом, дверь закрывается не только ключом, но и ключ-картой. Так скажем, сначала проворачиваем ключом, а затем прикладываем карту.

Пошла в сторону кухни, зная, что микроволновка выключилась десять минут назад, и, скорее всего, воск немного затвердел, но не страшно. Да, немного высох. Беру кисть и рву высохшую плёнку, подхожу к зеркалу и наношу помаду на губы. Не блёклый оттенок, но с макияжем идёт. Правда, этот оттенок больше подходил к рыжим волосам, а не к тёмно-каштановым.

Смотрю в окно, Мишина машина скрылась за другим зданием минут двадцать назад, можно не нервничать и вызывать такси. Подхожу к телефону, который оставила в коридоре после звонка бывшего. Проверяю на наличие новых уведомлений и вижу одно смс от папы три минуты назад.

Папа: Машина ждёт возле дома.

Забираю ключ-карту, засовываю её в клатч и выхожу. Последнее, что я слышу, как захлопывается дверь, и после звучит щелчок с пиликанием.

В машине, обдумав дальнейшие действия, слова, поступки, всё-таки не нравится мне это. И точно знаю, что что-то случится. Я смотрела в окно, наблюдая за мелькающими огнями города, каждый из которых казался ярче и живее, чем моё собственное отражение в стекле. Мне хотелось быть где угодно, только не там.

За окном моросит дождь, покапывая на чистое окно машины. Люди так и идут, никуда не торопясь. Дети в комбинезонах прыгают по лужам. И самое главное – счастливые. Невольно всплывшая картина из детства снова заставляет уронить пару капель на себя. Что ж, прошлое давно позади, но моё подсознание играет со мной злую шутку, заставляя вспоминать давно минувшие дни. Тишина в салоне немного давит, и только звук моросящего дождя по крыше авто не даёт мне полностью уйти в омут депрессии.

Скажем так, ни отцу, ни матери не понравился мой вид, да и мама навряд ли знает, где я. Если только отец не растрепал. Хотя, зная его отношения с ней – нет, не растрепал.

Проходя чуть вперёд, ищу взглядом отца, прохожу взглядом по залу – всё, как всегда, ничего не меняется.

Устраиваюсь за дальний угол ресторана. Села за барную стойку, как в кафе, откуда в ресторане барная стойка, понятия не имею, но меня всё устраивает. До конца мероприятия молюсь богу, чтоб меня не трогали, нервишки шалят. Боюсь, что на кого-нибудь обозлюсь.

Как бы сказал Влад: "Что гавкаешь, хочешь расслабиться, но не здесь" Его местами неуместные шуточки действовали невероятно расслабляюще. Этот шалопай уже давно сидит где-то в моём сердечном клапане.