Когда мертвые открыли глаза

Глава 15: Ловушка

Очнувшись ото сна и лежа на спине, я долго переваривал увиденное, пока следы нелепого кошмара окончательно не улетучились. Солнце только-только входило в свои права, разбавляя кромешную тьму светлыми палитрами красок. Из-за этого все вокруг казалось каким-то серым и безликим. Из сна меня выдернул странный шум, доносящийся со стороны лагеря соседей. Высокая трава мешала обзору, и чтобы как следует разглядеть, пришлось приподняться на одном локте, при этом причудливо вытянув шею.

В лагере ордена царила полнейшая неразбериха. Все бегали, суетились, о чем-то громко переговаривались. В тусклом свете факелов мне не сразу удалось разглядеть еще одну телегу. Полноватая, обтянутая на голый костяк брезентом, ее очертания едва выделялись на фоне серых оттенков. Одутловатая повозка, внутри которой так же поселилась смерть.

Монахи, в том числе и сам Кирилл, говорили о пополнении и видимо это оно и есть. Жаль! В планы входило убраться к тому времени и по возможности избежать контактов с большим количеством последователей Света.

Рассвет набирал силы.

И вот первые лучи солнца коснулись поляны, которую делили наш лагерь и лагерь ордена. Теперь же я отчетливо мог разглядеть то, что творилось у соседей.

Количество монахов возросло в два раза. Люди в серых и черных балахонах метались взад-вперед перетаскивая непонятные свертки. Похоже, что внутри свертков находилось оружие. Было еще, что не смогло укрыться от моих любопытных глаз, так это то, что рядом с телегами постоянно находилась группа монахов. Припомнив, что там внутри, я мог предположить, что телега вновь прибывших была отнюдь не пуста. Какой-нибудь бедолага мог находиться внутри, а то и не один. От этой мысли меня передернуло от отвращения.

«Я чувствую нарастающую тревогу», – раздался голос в голове.

- Действительно? – Прошептал я. – Я как бы и сам это вижу.

«И не только», – в интонации послышалось едва уловимое рычание. – «Жажда. Я чувствую жажду. Они хотят крови».

А вот это уже было хуже. Я втянул голову в плечи и снова прислонился к земле. Этого еще не хватало. Ну ничего, если по-тихому убраться, то можно избежать неприятностей. Рука сама потянулась к рюкзаку. Я начал поспешно сворачивать постель, затем постарался как можно тише снять котелок с остывших углей. Жаль, я не додумался отмыть его с вечера, теперь придется отдирать въевшийся нагар сейчас.

Мыша и не думал просыпаться. Этот засранец с довольным выражением лица посасывал свой палец подобно младенцу. Кажется ему снилось что-то приятное, потому что он смеялся и временами похрюкивал.

Я не собирался здесь задерживаться, поэтому пихнул спутника в бок, но тот лишь промычал что-то невнятное, после чего и перевернулся на другой бок.

- Да черт с тобой!

Я привязал котелок к рюкзаку и готов был уже уходить, как к нам подошли четверо монахов. Двое остались стоять на месте, а еще двое зашли за спину, тем самым отрезая пути к отступлению. Этих ребят я вчера у костра не видел. Значит, новенькие. Но в таком случае, что им от нас нужно? В воздухе чувствовалась нарастающее напряжение, оно было настолько явным, что казалось осязаемым. Лиц парни не прятали. Каменные, сосредоточенные и в отличие от вчерашних, угрюмые и не приветливые. И тот факт, что нас взяли в кольцо, не предвещал ничего хорошего.

- Вы идете с нами! – В приказном тоне обратился один из четверки.

“Даже выбора не дали”, – подумал я и оказался прав.

Два раза повторять не стали. Парочка стоявших позади меня, подняли за ворот сонного Мышу и, не обращая внимания на ругань и протесты, потащили за собой. Я же пошел своим ходом. Протестовать не стал. Так как осознавал, что в данном случае, это было не только бесполезно, но и опасно.

И вот мы снова оказались в лагере ордена. Правда, настроение здесь было не такое располагающее, как вчера. Все без исключения находились на взводе. А вот и Кирилл с Валерием - старые знакомые. Улыбок на лице этих ребят я не увидел. Монахи молча стояли и пытались не смотреть в глаза, то и дело пряча взгляд.

Еще я подметил, что практически все монахи были вооружены. Вчера оружие спокойно лежало себе в повозке, а сегодня, значит, монахи готовы пустить его в дело. Интересно, что могло поменяться за одну ночь?

«Я чувствую желание убивать», – отозвался голос в моей голове. – «Сердца этих несчастных охвачены страхом и ненавистью. Будь готов…».

Да я и сам все видел. Люди были максимально напряжены, а нервы натянуты как струны. Одно лишнее движение и я рискую быть нашпигованным сталью и свинцом.

Из толпы к нам вышел монах. Он был высоким, худощавым, с волевым подбородком.

- Меня зовут Себастиан, – представился он. – Я один из Верховных Столпов в нашем ордене! Тот, кого коснулось благословение!

– Оч.. Очень приятно, – я сделал паузу, и от монаха это не укрылось. – Я Влад, а этот… - кивнул в сторону коротышки. – Его зовут Мыша.

Проныре не понравилось, как его представили, видимо, он считал, что достоин большего почтения к собственной персоне. Но говорить ничего не стал.

Надменность так и сочилась от этого Себастьяна. Каждое движение, каждый жест говорил: вы здесь никто и звать никак. Он подозвал к себе парнишку. Тот вышел вперед и протянул мне чашу.

– Выпей, странник, – сказал Верховный Себастиан.

Я посмотрел на молодого монаха, и тот сразу опустил взгляд, продолжая держать сосуд с жидкостью на вытянутых руках. Жидкость казалась прозрачной и на вид самая обычная вода. Может быть, туда подмешали яд, но ядов я не боялся, отравить меня не могли, так что я принял предложенную чашу с рук парнишки. Молодой монах скользнул по мне недружелюбным взглядом и растворился в толпе.

- А что это?

Себастиан заулыбался и добавил:

- Считай это причащением.

«Не пей, у меня дурное предчувствие», – предупредил голос. – «Возможно это ловушка».

- А вас здесь слишком много, – обратился я к Верховному. Правда, послание было адресовано не ему, а голосу в моей голове. – Целый взвод, не меньше, да еще возглавляемый одним из посвященных.