Когда мой мир стал цифрой

22

-Что случилось, Джин-У?- мой голос дрожал. Его хриплый, надрывный звонок посреди ночи наполнил меня новым ужасом, но в то же время и странным предвкушением. Он позвонил. Он нуждался в помощи.

-Я… я только что видел кое-что очень странное.- его голос был всё ещё напряжён, но в нём теперь слышались не привычная апатия и раздражение, а растерянность. -Мне… мне нужна твоя помощь. Ты… ты была права. Возможно.

Это «возможно» прозвучало как гром среди ясного неба. От сломленного, циничного человека, который только что вышвырнул меня из своего дома, это было сродни признанию в вере.

Я тут же собралась. Мой мозг, привыкший работать в экстренных ситуациях, включился на полную мощность.

-Что ты видел? Где ты? Ты в безопасности?

-Я… я вышел на улицу. Дошёл до автобусной остановки. И… увидел кое-что.- Он замолчал, словно подбирая слова. -Мой друг, Чонхёк. У него жена умерла сегодня. Внезапно. Рак. Он только что позвонил мне. Говорил, она была ему как сестра. -Я напряглась. Поняла, куда он клонит.

-И ты увидел…

-Над ним, над Чонхёком, цифра упала. С его миллиона она потеряла десятки тысяч. А над его женой… нолик. Ты же говоришь, они все связаны?- в его голосе теперь был странный, почти лихорадочный интерес. -Но это ещё не всё. Когда он сказал, что она умерла, я почувствовал… и увидел. Над своей головой. Моя цифра… она выросла! С 98 000 до 110 000. Я не знаю этой женщины. Я её никогда не видел. Почему?

Моё сердце замерло. Это было то, о чём я подозревала. То, что я видела с матерью и сыном, но ещё не успела осмыслить. Связанность. Новая, непонятная система передачи.

-Я сейчас приеду к тебе.- сказала я, схватывая ключи. -Ты где?

-Я на автобусной остановке у своего дома. Адрес ты знаешь. Просто… не забудь соджу. Я думаю, это будет долгий разговор.

Я была у него через двадцать минут. Его квартира, которую он не покидал годами, снова открыла для меня свои двери. Он сидел на том же диване, но теперь не был погружен в апатию. Он был встревожен, его глаза лихорадочно блестели. Рядом стоял маленький пакетик, из которого торчали две бутылки зелёного соджу и несколько пачек рамена.

-Ты привёзла?- он указал на пакет.

-Да. Но сперва поговорим.- я поставила пакет на пол и села напротив него на единственный свободный стул, предварительно смахнув с него пыль. -Говори.- он сделал большой глоток соджу прямо из бутылки.

Мы проговорили всю ночь. Он рассказывал о своих наблюдениях. О странностях, которые он видел. Как цифра у одного человека почему-то внезапно менялась после того, как он помогал незнакомцу на улице. Как цифра у другого резко падала, когда его родственник совершал преступление. Неосознанно он собирал данные. Просто называл это случайными совпадениями.

Я делилась своими наблюдениями. Рассказала о Доёне. О том, как его цифра росла, когда он был счастлив, и как она увеличилась, когда я дала ему свободу. О матери и сыне, где смерть матери привела к резкому падению цифры сына.

-Это не просто счётчик.- твёрдо сказала я. -Это какая-то… система. Взаимосвязанная. Энергетическая. Когда кто-то умирает, его время, его жизненный потенциал, не исчезает в никуда. Он перераспределяется. Возможно, на тех, кто был с ним связан.

Джин-У остановился, его бутылка соджу замерла в воздухе.

-Система.- повторил он, словно пробуя новое слово на вкус. -Так значит, смерть может кормить других?- Я вздрогнула. Его цинизм был всё ещё с ним. Но теперь он был окрашен научным интересом, а не горькой апатией.

-Не совсем. Возможно, это не кормление. Возможно, это как… сообщающиеся сосуды. Энергия, которая высвобождается, переходит к тем, кто остался. Тем, кто был с ним связан эмоционально. Или… генетически. Негативные эмоции, горе- они могут уменьшать эту цифру. А счастье, любовь, свобода- увеличивать.

Я рассказывала, а он слушал. Его глаза, впервые за долгое время, стали ясными. В них не было безумия, не было пустоты. Было лишь невероятное сосредоточение. Он задавал вопросы. Анализировал. Спорил.

-Но если так, то почему мой друг Чонхёк терял цифры от смерти жены, а я- получил за неё? Я её никогда не видел.

-Возможно, это зависит от типа связи.- предположила я. -И от того, какими были отношения. Если Чонхёк любил жену, её смерть причинила ему боль, горе. Эти негативные эмоции могли уменьшить его цифру. А ты… ты её не знал. Возможно, твоя цифра увеличилась, потому что… ну, не могу сказать, что ты радовался, но ты не испытывал такую глубокую потерю.

-Так значит, безысходность и боль отбирают время, а безразличие или радость его дарят? Это похоже на очень злую шутку.- хмыкнул Джин-У.

-Мы не знаем механизма. Но мы это видим.- я не сдавалась. -И если это так, значит, у нас есть шанс не просто наблюдать. Мы можем влиять.

Над ним, пока он говорил, горела его цифра 110 000.

-Если ты права, и это не просто счетчик жизни, а нечто большее. Система. Неужели эти цифры меняет не то, сколько осталось, а то как человек живёт? И как он влияет на других?

Мы говорили до самого рассвета. Вместо того чтобы пить соджу, он заварил мне крепкий кофе. Он был похож на учёного, который наткнулся на новую, неизведанную территорию. Его цинизм не исчез, но теперь он был обращён не на себя, а на загадку.