Когда не спится кошке или входящая в сны

Глава 1

И снова я убегала от стаи бродячих собак, во главе которой, открыв свою зубастую пасть мчался огромный чёрный монстр. Больше походивший на телёнка, он так громко клацал зубами, что мне казалось, попади моя шея в неё, голова тут же бы отвалилась, как от удара секиры на плахе. В этот раз спасало то, что я успевала петлять между старыми гаражами и сараями, то и дело заворачивая за угол. Но так долго я не протяну, а когда выдохнусь, они быстро догонят и растерзают моё несчастное тельце на мелкие кусочки. Оставалась одна надежда спрятаться в одной из построек, но, как назло, на каждой из них весел огромный амбарный замок. Пришло время паники! И как только я открыла рот закричать, как тут же заметила, деревянный сарайчик с приоткрытой дверью. Конечно, он выглядел очень ветхо, но в данный момент у меня выбора особого не было, и я, не раздумывая юркнула во внутрь, придавив дверь своей собственной спиной. Молясь всем богам, что бы псы не начали кидаться на неё, иначе они снесут эти несколько досок вместе сомой.

Лай неизбежно приближался, и я зажмурилась со всей силы от ужаса, ожидая неминуемую гибель. Секунда, другая и раздаётся стук в дверь, как будто бы кто - то стесняется войти. От повторяющегося стука я вздрогнула и наконец-то проснулась. Понимая, что это Машка стучит в стену.

Не открывая глаз, я ей в ответ брякнула, по сильней пару раз давая понять, что уже не сплю. Не прошло, наверное, и минуты, как моя соседка по коммуналки стояла подбочив бока у меня перед диваном, и с укором пялилась на меня.

- Ну ты и дрыхнешь, договаривались же по раньше выехать, а то опять пока доберёшься, всё интересное скупят!

- Не ворчи, пятнадцать минут и я готова! Можешь даже пока такси вызвать, - быстро встав с постели и на ходу срывая полотенце с двери шкафа я пошла в душ выкрикнув, -я плачу, вчера премию получила!

Хочу пояснить, все мои соседи достались мне по наследству от моей, дорого любимой, двоюродной тёти. Которая ныне прожевала в Италии, в счастливом браке с тамошним, аборигеном. Тётя Аглая, таким образом исполнила свою давнюю мечту, встретить старость под тёплыми лучами итальянского солнца, чтобы, вечерами потягивая молодое вино сидя на веранде, любоваться закатом, который бы тонул далеко в винограднике. У неё даже любимая кружка была в стиле «Прованс». С которой она, попивая кофе, непременно глубоко вздыхала, видимо жалея, что в данный момент, она находится не на своей, итальянской вилле. Своих родителей я практически не помнила. Отец, как когда-то говорили, был бандитом и его убили, когда моя мама была на последнем сроке. Пережив его чуть больше пяти лет, она умерла, сказать по правде, при весьма очень странных обстоятельствах, как поговаривала бабуля. С которой мы остались в вдвоём. Периодически она повторяла, - этого не может быть! Что произошло на самом деле, никто не знал, все утверждали, что она утонула, отдыхая с приятелями на озене. Мамино тело, так не нашли, а просто тапочки и халатик на берегу. Так, что даже похорон не было. Многие соседи перешёптывались, о том, что мама покончила со своей жизнью сама. Но жизнь продолжалась и бабули нужно было воспитывать меня. Примерно через год, продав квартиру в Питере, мы с ней перебрались в область, видимо, чтобы увезти меня подальше, от пересудов, да и на прожитьё, я так полагаю деньги нужны были.

Так как квартира была куплена, весьма скромная, в бараке. За то соседи были все дружные и весёлые, до сих пор вспоминаю те времена с улыбкой. Ну, а когда мне исполнилось пятнадцать не стало и бабули. Вот меня, как ещё не совершеннолетнюю и определили в детдом. Но по велению судьбы, каким - то чудом в скорости, меня разыскала тётя Аглая. Она была двоюродной сестрой, моей мамы, по отцовской линии. К сожалению, опекунство ей не дали, но это было и не важно. Я уже была рада, что не одна на этом белом свете. Два года пролетели не заметно, практически каждые выходные мы с тётей куда-то ходили, то на выставку, то в кино, в театр. Она хоть и не была актрисой, или художником, но почему - то хорошо знала всю эту богемную тусовку, знала много художников, реставраторов, коллекционеров. Мне очень нравилось часами слушать, от её знакомых удивительные, таинственные истории о каких-то картинах, драгоценных вещицах и конечно же о любовных историях, и интригах прошлого.

После детдома я, не раздумывая поступила в колледж связи, лишь по тому, что там давали общагу. Целую, отдельную комнату на двоих. Квартира государством тоже выделилась, но в районном захолустье и конечно же в бараке. Ключи я взяла и даже съездила обои поклеить, и мы с тётей поставив там стол, стул и диванчик, решили, пусть на всякий случай будет. А там, хоть и не задорого, но продать даже можно.

Аглая, конечно, долго уговаривала меня, жить с ней, но я была непреклонна! Во-первых, мне хотелось, по молодости лет, некой свободы, ну а во-вторых, у неё самой была одна комната в коммуналке. Пусть даже, почти и в центре Питера.

Время учёбы пролетело не заметно и очень весело! Мы с моей соседкой по комнате Маринкой с дружились, даже вместе устроились на подработку, бегали на раскидку рекламы. Стипендия, плюс работа, я жила можно сказать как студент, очень даже неплохо, умудряясь что- то откладывать!

Но после учёбы, Маринка быстренько выскочив за муж, за молодого лейтенанта и уехала с ним на Дальний восток. Проводив её на вокзале, я зашла в комнату и увидев на подоконнике не большой фикус, посажанный подругой на память для меня, разревелась. Жилище без неё как-то сразу осиротело. Немного успокоившись, налив себе чашку чая и укутавшись в клетчатый плед, я устроилась на подоконнике, рядышком с фикусом. Общага наша располагалась в здании постройки, каких- то там царских времён. Окна здесь были огромные и соответственно подоконники тоже. Мы любили с Маринкой умещаться здесь вдвоём, любуясь небольшим парком и людьми, гуляющими по тропинкам. Строить планы на будущее, мечтать, болтать обо всём и не о чём.

А сейчас вместо подруги цветок и на улице по-осеннему хмуро, и промозгло. Я не помню сколько я так просидела, не думая ни о чём. Начало смеркаться, свет я не торопилась включать, словно боясь нарушить своё унылое одиночество. Тут на стекло упала капля, одна, вторая, третья, не спеша заморосил дождик и по моим щекам снова побежали слёзы в унисон с дождём. Но уже не от того, что нет рядом подруги, а потому, что я в эти самые минуты поняла, что повзрослела. Теперь я не наивная девчушка – фантазёрка. А взрослая девушка, ответственная за свою жизнь. Что мне надо жить, двигаться в перёд. Но вот куда и как я не понимала. В общем, детство прошло!