Когда небо станет пеплом

Август

Август

Около двух недель Лена не вспоминала ни о чём, что связывало её с прошлым. Костик держал обещание и не попадался ей на глаза. Случайно или специально? Не всё ли равно? Главное – его не было рядом, и Лена постепенно начала успокаиваться. Она больше не вздрагивала от шорохов и уже почти не боялась смотреть в сторону леса. И только по вечерам, когда она лежала в постели и дрёма мягко, но настойчиво обволакивала её сознание, перед мысленным взором вставало знакомое бледное лицо и умоляющие серые глаза недоверчиво смотрели на неё.

Июльская жара давно сменилась августовским теплом. Зазолотились каштаны, вспухли и раскрылись на них зелёные колючие скорлупки. Северный ветер всё настойчивее приносил запах осени – запах влажной земли, грибов, прелой листвы, горьковатый аромат костров.

Лена каждый день уходила из дома. Она брела наугад и слушала музыку в плеере. Рядом с домом Лена старалась не гулять, опасаясь встретить Костика или – что ещё хуже – Стаса.

С тех пор, как Котов сообщил ей, что парня отпустили, Лена ни разу не видела его, хотя была уверена, что он её так просто не оставит. Уж поговорить с ней точно явится. Поэтому, желая избежать неприятного разговора, Лена с самого утра уходила как можно дальше от дома. Туда, где её точно никто не станет искать. Впрочем, в последние дни она почти поверила, что никогда больше не встретится со Стасом, и от этой мысли на душе стало легче.

Лена гуляла в одиночестве. Лишь однажды Светка составила ей компанию, но Лена чувствовала, что подруга отдалилась от неё. Она будто стала тяготиться их дружбой. Красота природы была ей безразлична. Она тянулась к другому: к шумным клубам и прокопчённым сигаретным дымом квартирам, к огням большого города, к веселью и грохоту музыки. Она с утра до вечера пропадала где‑то с Алексом, а с Леной почти не общалась. Вскоре Светка исчезла совсем.

Котова Лена не видела. Пару раз он приходил. Мать рассказывала, но Лена и так знала это – чувствовала едва уловимый аромат его дорогого парфюма в прихожей. Чувствовала и радовалась, что не была дома весь день – встречаться с Котовым ей не хотелось. И дело было не в чувстве вины. Лена боялась, что в следующий раз она не сможет скрывать правду. Более того, она вдруг поняла, что тяготится тайнами, которые ей приходится хранить. Если про изнасилование она не говорила, боясь огласки, то почему хранит в секрете имя вора, ограбившего дом Насти, она не понимала. Несколько раз ей казалось, что она созрела для того, чтобы набрать номер Котова и всё рассказать, но тут же порыв проходил. Нежелание нести ответственность за судьбу другого человека снова брало вверх, и Лена успокаивалась мыслью, что наказание везде найдёт преступника. Быть карающим мечом она не хотела. К тому же история начала постепенно забываться, и Лена уже с облегчение думала, что всё позади. Но она ошиблась.

В середине августа судьба снова свела её с Костиком, но на сей раз она была даже рада этому.

– Привет, – раздался тихий голос сзади. Лена резко обернулась.

Костик стоял под фонарём, держа руки в карманах, и внимательно рассматривал девушку. Его лицо с тонкими чертами было на этот раз спокойно и даже красиво.

Лена вздохнула, поняв, что от разговора не уйти. Зря она припозднилась. Вернись она домой пораньше, глядишь, встречи удалось бы избежать.

– Что тебе надо? Мы же договорились больше не встречаться.

Костик медленно приблизился к Лене. Во мраке он казался бледнее обычного.

– Я знаю, что Стас тебя ищет. Не хочу, чтобы из‑за меня у тебя были проблемы.

Лена фыркнула.

– У меня все проблемы исключительно из‑за тебя. И когда я начинаю как‑то с ними разбираться, ты снова появляешься.

Костик не ответил.

Они брели по дороге, стараясь не подходить друг к другу слишком близко.

Сумерки быстро сгущались, образуя холодную неприятную тьму. Лишь свет фонарей немного разгонял её.

– Зачем ты идёшь за мной? – недовольно спросила Лена. Темнота и чужое присутствие рядом превратили её нервы в тугой комок, и она в любую секунду была готова броситься прочь.

– Я провожу тебя до дома.

– Это совершенно необязательно.

– А я всё‑таки провожу, – и Костик улыбнулся, заставив Лену вздрогнуть. Таким она видела его впервые.

Зазвонил телефон. Мама волновалась. Оказывается, она звонила уже несколько раз, но Лена не слышала, отдавшись своим мыслям.

– Я уже иду домой, – отвечала девушка в трубку. – Не надо меня встречать. Всё в порядке, я скоро буду.

Мимо проезжали припозднившиеся машины, освещая тьму фарами, выхватывая лишь отдельные фрагменты из её глухого монолитного тела. Лена отвернулась, принципиально решив не разговаривать с Костиком. Он прервал молчание первым.

– Я сегодня в городе встретил твою подругу.

– Светку? – удивилась Лена, забыв, что не хотела отвечать. – Что она там делала? Я уже неделю не могу до неё дозвониться!

– Кажется, она была в неадеквате. И Алекс был с ней.

– Снова этот Алекс…

– Так они же, вроде как, встречаются.

– Интересно, она уже вернулась домой? Если я ей позвоню сейчас, она ответит?

– Сомневаюсь. Если она с Алексом, это на всю ночь.

Лена вздохнула. Носком босоножки она пнула сосновую шишку, и та с тихим шуршанием укатилась в придорожную траву.

– И что она вообще в нём нашла?

– На него всегда девки велись, – пожал плечами Костик. – Пальцем поманит – они сами к нему в койку прыгают.

– Света не такая!

Парень скептически усмехнулся. Потом снова воцарилось молчание, но на этот раз недолгое.