Когда-нибудь мы будем улыбаться

Глава 15

Просыпаюсь я, от слишком громкого будильника, который кажется, вышибает мне мозг. Мои мысли полностью затуманены. Не получается ни на чем сосредоточиться.
Голова еще немного болит, доставляя мне некий дискомфорт. Живот дает о себе знать, резкой болью. Я ведь вчера, почти ничего не ела.
Поднимаюсь с постели, сразу же хватаясь за край кровати, от неожиданного головокружения.
Стоило мне тогда выпить, как я уже два дня не могу отойти от тошноты и безумной головной боли.
Я иду в душ в надежде, что это хоть немного поможет мне освежиться. Но все бесполезно. Мне приходится пить таблетку от боли и тошноты, хоть таблетки я очень редко пью.
Черт. Это был мой первый раз, когда я попробовала алкоголь в таких дозах. Раньше, я лишь иногда выпивала немного пива или вина. И то, это было всего несколько раз.
В полусонном состоянии, пытаюсь собрать свои вещи в школу. Широкая улыбка появляется на моем лице, когда я случайно достаю записку Антона.
Вчера я видела, как он заботится обо мне. Его забота просто умилительна. Для меня, это дико. Я не привыкла к такому. Я чувствую себя гадко, когда отвечаю ему грубостью. Я просто срывала на нем свою злость.
Быстро одевшись, выхожу из квартиры пораньше, чтобы не опоздать, ведь ходить быстро, у меня пока не получается.
На полпути к школе, мне звонит телефон. Появляется улыбка, когда я вижу на экране «Тоша».
— Привет, — тихо говорю.
— Привет, как ты? Хоть немного стало легче? — в голосе Антона, слышится забота и нежность.
Мне безумно приятно, что еще остались люди, которым я небезразлична.
— Немного.
— Может тебе привезти чего-нибудь?
— Нет, спасибо. Все в порядке.
— Ну, тогда может, я хоть встречу тебя после школы?
Невольно, мое лицо морщится. Даже не знаю, что ответить на это Антону. Кажется, я не понимаю его.
— В смысле?
— Я имею в виду, может, я за тобой на мотоцикле приеду, и домой отвезу. Что ты будешь пешком ходить, если есть вариант прокатиться?!
— У тебя есть мотоцикл? — спрашиваю в недоумении.
Я никому никогда не говорила об этом, но мне всегда безумно нравились мотоциклы. Но у всех моих знакомых парней, их не было. Мне хотелось, ночами напролет ездить на мотоцикле, наслаждаясь ночным городом. Нет ничего прекраснее ночного города.
— Да, есть, — с гордостью отвечает Тоша.
Я задумываюсь о том, что могут подумать люди, когда увидят, как меня встречает Антон на мотоцикле. Что будет, если это увидят Мила с Дианой? А Ян?
Так, стоп. Почему я вообще должна заботиться о мнениях других людей? Разве мне это нужно?
— Хорошо, давай.
— Во сколько подъехать?
— Давай в три.
— Отлично. Буду ждать.
Улыбнувшись, сбрасываю вызов.
Мне действительно плевать на то, что обо мне подумает это общество. Я не должна зависеть от их мнения. Они всего лишь кучка придурков, зависящих от мнения других.
В своем классе, я замечаю Яна. Он стоит возле окна, о чем-то разговаривая с Дианой.
Как только дверь закрывается за моей спиной, я сразу же встречаюсь с темно-карими глазами. Внутри все сжимается. На лице Яна, появляется дьявольская ухмылка. Да и он, не человек. Ян — самый настоящий дьявол. Мой личный персональный дьявол.
Я отвожу взгляд, не в силах больше смотреть в эти глаза. Не обращая на них внимания, иду к себе за парту и сажусь на стул.
Краем глаза, мне удается увидеть, что Сотников все также смотрит на меня, ухмыляясь.
— О, шлюшка пришла, — говорит мне Диана и улыбается.
Мои глаза расшириваются от шока.
— Что? — спрашиваю я.
— Ну а как называется та, кто пьет в клубах и целует всех незнакомых парней, позволяя себя облапать на спор?
На моих глазах появляются слезы. Быстро смахиваю их, продолжая убивать Яна взглядом.
Он все ей рассказал. Все. Чтобы сделать мне еще больнее. Да, у него это отлично получается. Парень даже не представляет, насколько мне больно.
Сотников бросает на меня убийственный взгляд, снова ухмыляясь. Дьявол.
Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
— Что, нечего ответить? — спрашивает у меня эта мерзкая сука, и они с Яном начинают смеяться.
Я понимаю, что по моим щекам льются слезы обиды и горечи. Быстро выбегаю из класса и иду на улицу, чтобы хоть немного успокоиться.
Уже конец октября, и погода не совсем радует теплом. Целыми днями идет дождь. Сильный ветер, просто сбивает с ног. Но и к такому, можно со временем привыкнуть.
Простояв на улице около получаса и до конца успокоившись, иду в класс.
Получается, что я полностью прогуляла первый урок, и самое ужасное, что мне нужно зайти в класс, а учительница до сих пор там сидит.
Черт.
Не дождавшись ухода учителя, вхожу в класс и пытаюсь незаметно пройти на свое место.
— Филатова, можно вас?
Обернувшись, вижу перед собой учительницу русского языка — Наталью Владимировну.
В ответ, я киваю.
— Следуйте за мной, — говорит она мне, выходя из класса.
Я следую за ней. Волнение и страх, полностью сковывают мое сердце. Куда, черт возьми, она меня ведет?
Конечно, я могу сейчас извиниться перед ней, но мой язык будто отсох. У меня нет сил, произнести ни единого слова.
Мы подходим к кабинету, и Наталья Владимировна останавливается. Мой взгляд падает на табличку кабинета. «Директор». Отлично прям. Просто супер. Что может быть еще хуже, нежели оказаться в полной заднице?!
— Елена Максимовна, хочет с тобой поговорить, — произносит учительница, открывая для меня дверь в кабинет.
Набрав в легкие побольше воздуха, я вхожу.
— Здравствуйте, — тихо говорю, опустив голову.
— Садись, Лер, — говорит мне директор.
Я смотрю на Наталью Владимировну, будто она может мне помочь. Мои глаза полны надежды и некой жалости. Но она выходит за дверь, оставляя меня с директором наедине.
— Итак, Валерия, объясни мне причину своих прогулов и такого отношения к учебе.
Мое сердце сжимается. Черт. Прямо сейчас, меня просто могут выгнать со школы. Мне нужно срочно думать причину моих пропусков и двоек.
— Просто я в последнее время, не совсем хорошо себя чувствую.
Частично, я говорю правду.
— У тебя что-то болит? — взволнованно спрашивает Елена Максимовна.
— Черт, нет.
— Валерия, контролируйте свою речь, — кричит на меня директор, этой чертовой школы, но я абсолютно не чувствую себя виноватой.
Твою мать, меня отчитывают за мои двойки и прогулы, а мне все равно.
— Ты показывала отличные результаты в учебе все время. Но почему-то в этом году, ты скатилась очень сильно. Этому есть причина?
Я киваю.
— Я надеюсь, ты понимаешь, что если все будет так продолжаться, то мы будем вынуждены тебя отчислить?!
Что? Она серьезно? Я, конечно, это понимала. Но одно дело — думать об этом, надеясь на ошибку, а другое дело — слышать, что это правда.
Подняв голову, ошарашено смотрю на нее.
— Не смешивай личное, с учебой.
От ее слов, на моих глазах появляются слезы. И почему я стала такой плаксой? Любая мелочь вызывает во мне слезы.
— Ты можешь идти.
Кивнув, быстро выхожу из этого адского кабинета. Меня могут вышвырнуть из школы. Черт. Мне необходимо решить проблему с моими оценками, ну и ходить сюда, как можно чаще. Я пропускаю школу, только по одной причине — Ян. Из-за этого дьявола, я боюсь ходить на занятия, тем самым, получая проблемы с посещаемостью.
Если меня отчислят — мне конец.
Следующий урок — физика. Как раз по ней, я получила двойку, и мне нужно это исправить. Но как я могу это сделать, если совсем не понимаю этот предмет? Даже не представляю, как раньше я имела успехи по физике и другим предметам.
Оказавшись в классе, открываю книжку по физике и просто начинаю зубрить. Мне все же удается за урок получить пятерку. Отлично.
Следующий предмет, с которым у меня проблемы — алгебра. Шикарно прям. Именно алгебра и геометрия — самые сложные для меня предметы.
Нахожу учителя по алгебре и получаю от него гору заданий, которые мне нужно сделать, чтобы не было проблем с оценками.
Звонок на урок уже прозвенел, и я быстро направляюсь в класс, погружаясь в свои мысли. Мой мозг полностью занят мыслями об учебе. Черт. Нужно спасать эту ситуацию любыми способами.
Я полностью отключаюсь от реальности, пока не ощущаю адскую боль в голове. Потихоньку до меня доходит, что я упала. Ну а точнее, мне помогли упасть.
Все ученики, находящиеся вокруг, взрываются от смеха.
Мне поставили подножку. Этот дьявол поставил подножку. Мразь.
Я сразу встречаюсь с ним взглядом, как только поднимаю голову. Эта скотина, смеется мне прямо в глаза, и я невольно морщусь от этого.
— Эй, ты, — кричит мне Ян. — Кто тебе разрешил прикасаться к моей ноге?
Это стадо учеников, снова смеется.
Кое-как мне удается подняться, и я начинаю собирать свои учебники, разбросанные по всему коридору.
— Заткнись. Просто заткнись, придурок, — говорю, сквозь сжатые зубы.
Я подхожу к нему и резко бью пощечину.
О. МОЙ. БОГ. Я только что это сделала?
Все снова начинают смеяться. Только уже не с меня. С Яна.
Черт. Черт. Черт.
Зачем? Ну, зачем я сделала это? Положить руку в пасть крокодилу, было бы меньше риска, чем это. Ян же теперь убьет меня. Я унизила его публично, и эти люди смеются с него. Не с меня. С него.
Ничего лучшего, чем просто бежать, мне в голову не приходит. Я резко срываюсь с места, начиная бежать в сторону женского туалета. Он туда не зайдет. Не зайдет, правда ведь?!
Но как только я забегаю за угол, меня резко дергают назад, отчего я падаю на пол.
— Что ты там пикнула, сука? — в его голосе, слышится ужасная ненависть.
Черт. Предательские слезы катятся из глаз.
— Как ты тварь, меня там назвала? И объясни мне, какого черта, ты меня ударила?
Глаза Сотникова, сочатся сумасшедшим гневом и нереальной озлобленностью.
Ян подходит ко мне, и я инстинктивно отползаю назад. Это продолжается, пока я не упираюсь спиной в стену. Мое зрение, полностью затуманено от слез.
— Вставай.
Я никак не реагирую на его приказ.
— Я сказал, поднимайся.
Обессилено продолжаю сидеть на полу. Сотников хватает меня за руку и резко дергает вверх. Я невольно поднимаюсь.
Его мерзкая рука бьет по моей щеке, отчего я вскрикиваю.
Я снова отхожу от Яна, упираясь в стену. Слезы ручьем льются из моих глаз. Страх и беззащитность сковывают мое сердце. Только перед ним, я такая.
Сотников подходит ко мне вплотную и кладет свою руку мне на шею. Затем вторую. Я пытаюсь сбросить их, но он начинает сжимать мне горло. Пытаюсь кричать, хоть у меня практически нет сил.
Видимо, он просто хочет задушить меня. Мне совершенно не хватает воздуха. Из последних сил, я пытаюсь схватить хоть немного кислорода.
Ян убирает руки, отходя от меня.
Перед моими глазами, все расплывается и начинает темнеть. Мне нечем дышать. Закрыв глаза, молюсь, чтобы все это поскорее закончилось.
В чувство, меня приводит еще одна сильная пощечина. Мне хочется кричать, но я молчу.
— Если я еще, хоть один раз услышу, что ты открываешь рот в мою сторону, — парень замолкает, оглядываясь по сторонам. — Я убью тебя, куколка. И я не шучу.
Третья пощечина. Но я уже не ощущаю боли. Мне становится плевать на боль.
«Я убью тебя».
Конечно, я понимаю, что Ян совсем не шутит. Я даже не сомневаюсь в том, что он может это сделать. И это, не будет ему ничего стоить.
Сотников резко хватает меня за волосы, ставя на колени. Пытаюсь подняться, но мне это не удается.
— Извиняйся, — этот приказной тон, заставляет меня вздрогнуть.
Ян еще сильнее дергает за мои волосы и, не сдерживаясь, я кричу от сумасшедшей боли.
— Я тебе сказал, извиняйся.
Почему я просто не могу сейчас упасть в обморок? Тогда бы, все это закончилось. Ну, по крайней мере, я бы ничего не чувствовала. Такого унижения, как сейчас, я никогда прежде не испытывала.
Новый рывок за волосы, заставляет меня еще сильнее закричать
— Ян...
Еще один мощнейший рывок.
— Извини меня, — выкрикиваю из последних сил.
Сотников бросает меня на пол, и я совсем не в силах подняться. Он топчется по моим волосам, разбросанным вокруг головы. Затем, просто уходит.
У меня нет сил ни на что. Я полностью обессилена.
Минут пять, я продолжаю лежать на полу, наплевав на то, если меня кто-то увидит. Затем, собрав волю в кулак, поднимаюсь. Мои ноги подкашиваются, но я продолжаю идти в уборную. Мне нужно немного освежиться.
Никто. Никто не заступился за меня. Ни один человек, не захочет за меня заступиться. Все это лишь потому, что если кто-то посмеет дать отпор Сотникову, то и этот человек будет страдать от рук Яна.
Несколько раз, я умываюсь холодной водой, но от этого мне не становится лучше.
Вытерев слезы, быстро иду в класс и забираю все свои вещи.
— Что, Филатова? Понравилось? — ехидно спрашивает у меня Милана.
Ничего не ответив, выхожу из класса, по пути захожу к классному руководителю и отпрашиваюсь домой. С трудом, но она меня все же отпускает.
Выйдя на улицу, сразу же набираю номер Антона. Мне нужно срочно убраться отсюда. После двух гудков, он берет трубку.
— Ты можешь сейчас за мной приехать в школу?
— Что-то случилось? — обеспокоено спрашивает Тоша.
— Да. Нет. Мне просто срочно нужно домой.
Почему-то я уверена, что Антон не сможет мне отказать.
— Хорошо. Буду через пять минут.
Эти пять минут, становятся самыми длинными в моей жизни. Когда я все же вижу Антона на мотоцикле, то сразу улыбаюсь и бегу к нему.
— Что случилось?
Я пытаюсь выдавить из себя невинную улыбку.
— Ничего.
— Не ври. Лер, ты можешь мне доверять, — его слова, пронзаются мне прямо в сердце. Неужели еще остались люди, которым я могу доверять?
— Я знаю, Тош. Но правда, все в порядке.
Антон недоверчиво мне улыбается, протягивая шлем. Быстро надев его, сажусь на его спортивный мотоцикл.
По-другому, я представляла свою поездку на мотоцикле. Совсем не с красным лицом от слез и разбитым сердцем.
Когда мотоцикл останавливается возле подъезда, я спрыгиваю с него.
— Спасибо, — тихо произношу.
Не знаю, что со мной происходит, но я впиваюсь своими губами, в губы Антона.
Что, черт возьми, я делаю?
Ни я, ни он, не останавливаем это. Даже наоборот, Тоша прижимает меня к себе, охотно отвечая на поцелуй. Все мои проблемы, полностью отступают на второй план. Мне просто хорошо, здесь и сейчас, и совсем не важно, что будет потом.
Внезапно в мою голову приходит воспоминание о прошлом поцелуе. С Яном. При промелькнувшей мысли о Сотникове, я резко отстраняюсь от Антона. Чувствую себя шлюхой, которая целуется со всеми подряд.
— Извини, — мой голос дрожит.
Быстро забрав свой рюкзак у Тоши, захожу в подъезд.
Только оказавшись в своей квартире, я снова даю волю своим чувствам. По щекам льются слезы, а мне самой, хочется кричать от внутренней боли, которая пожирает меня изнутри.
Я иду к зеркалу в ванной комнате, осматривая свое отражение. Красные щеки, отдающие адской болью. Красная шея, которая по боли, ничем не уступает щекам. Осмотрев волосы, замечаю грязный цвет. Я сразу же вспомнинаю, из-за чего они такие. Мне становится мерзко, как никогда.
Ян наступил на единственную мою гордость. Черт. Он буквально растоптал меня.
До конца не понимая своих действий, иду к себе в комнату и беру на столе ножницы. Затем снова направляюсь к зеркалу.
Ухмыляясь самой себе, отрезаю первую прядь своих длинных волос, которая теперь, едва достает до плеча. Этот трюк проделываю со всеми волосами.
Я осматриваю свое новое отражение. Черт, а оно мне нравится.
Убедившись, что отрезала все испорченные волосы и сделала это ровно, выхожу из ванной комнаты.
Совсем непривычно, чувствовать себя так. Без длинных волос, которыми я всегда гордилась.
Найдя мусорный пакет, выбрасываю туда все отрезанные волосы. Мне ни капли их не жаль. Только что, я избавилась от единственной своей гордости, и мне плевать.
Мне совершенно не хочется плакать и жалеть о чем-либо. Ощущение, будто новая длинна волос, дала мне неимоверную силу и уверенность в себе. Мое настроение резко повышается.
Я иду в свою комнату и, взяв телефон, набираю номер Паши.
— Привет, малая.
— Привет.
Мне так хочется поделиться со всем с Пашей. Мне до безумия, хочется все ему рассказать. Услышать его совет и быть счастливой.
— Я надеюсь, ты послезавтра свободна.
— Ну, вообще-то мне нужно идти утром в школу.
Я не знаю, пойду ли послезавтра на занятия или нет. Да, у меня много пропусков, но я предупредила классную руководительницу, что мне плохо, и если я побуду дома, думаю, это не будет такой проблемой.
— Я знаю. Я имею в виду, после школы.
Я уже догадываюсь, к чему ведет наш разговор, и широко улыбаюсь.
— Да.
— Отлично. Я приеду тогда.
— Насколько? Может, хоть останешься на ночь? — с надеждой, спрашиваю.
— Нет, малая. Ты же знаешь, что у меня не получится.
Я издаю вздох разочарования.
— У меня есть для тебя новость.
— Какая?
— Как приеду, так и расскажу.
Я хмурюсь.
— Новость, хоть хорошая?
— Да.
Мое лицо озаряет широкая улыбка.
Минут десять, я пытаюсь расспросить у брата про его хорошую новость, но он молчит. Спустя полчаса, мы все же прощаемся, и я бросаю свой телефон на кровать. Он сразу же издает знакомый звук, оповещающий о входящем сообщении. Затаив дыхание, открываю его.
«Что это было?»
Сообщение пришло от Антона. Черт. Я и забыла о нашем поцелуе.
«Без понятия»
Отправляю ответ и иду принимать душ, чтобы смыть с себя всю эту мерзость и ненужные воспоминания о сегодняшнем дне.
Через несколько минут, после душа, мне приходит ответ от Тоши.
«Зачем ты меня поцеловала?!»
Хороший вопрос. Мне и самой интересно знать на него ответ. Только вот мой мозг, отказывается думать.
Зачем я поцеловала Антона? В самом-то деле, зачем? Ответить на это, я не могу.
Спустя минуту, я все же набираю единственный ответ, в котором действительно уверена:
«Я не знаю»
Телефон, буквально через секунду, оповещает о входящем вызове. Антон. Черт, ну и что я ему скажу? Мои мысли полностью путаются, и я не могу адекватно мыслить. Но я все же принимаю вызов.
— Да.
— Лер, объясни мне, что, черт возьми, происходит? — кричит Антон, отчего я морщусь.
— Не кричи на меня.
— Извини.
Между нами, повисает ужасная тишина.
— Лер, я просто ничего не понимаю. Совсем ничего. Ты мне отказала, а сегодня, сама меня поцеловала.
Я молчу, не зная, что ответить.
— Не молчи.
На моих глазах появляются слезы, от своего собственного мерзкого поведения. Мое поведение, очень гадкое по отношению к Антону. Слишком мерзкое. Как это исправить, я не знаю.
— Ты меня слышишь?
— Да, — тихо говорю, вытирая глаза.
— Что ты чувствуешь, по отношению ко мне?
Я пожимаю плечами, но Антон явно не может этого увидеть сквозь телефон.
— Я могу приехать?
— Зачем? — ошарашено спрашиваю.
— Нам действительно нужно поговорить.
— Хорошо. Как будешь у подъезда — позвонишь. Я выйду.
Не дожидаясь его ответа, выключаю телефон и бросаю его на стол. Я понимаю, что нам необходим этот разговор. Но это, будет очень тяжело сделать. Я беру телефон и включаю его, понимая, что если проигнорирую Антона, то потеряю его. И тогда, я уже ничего не смогу исправить.
У меня есть всего несколько минут, чтобы собраться.
Пригласить Тошу в квартиру, будет не самым лучшим вариантом, пока пьяные родители о чем-то бурно спорят на кухне.
Переодевшись в свитер и джинсы, сажусь на стул, в ожидании звонка. Долго ждать не приходится, и уже через минуту звонит телефон.
— Я внизу, — единственная фраза, которую говорит мне Антон и бросает трубку. По его голосу понимаю, что настроение у него не самое лучшее.
Мое сердце бешено бьется в груди, когда я выхожу из подъезда и вижу знакомый мотоцикл. Рядом на лавочке, сидит Тоша и смотрит куда-то в сторону. Без лишних слов я сажусь рядом с ним, но он не поворачивается ко мне.
Тишина. Уже в который раз эта тишина.
— Может, ответишь на вопрос?
От его неожиданного вопроса, я немного открываю рот.
— На какой?
Антон поворачивается ко мне. В его взгляде я вижу отчаяние и некую боль.
— Что у тебя с волосами?
Я улыбаюсь и пожимаю плечами.
— Они мне надоели. Тебе нравится?
Пытаюсь просто перевести тему разговора.
— Непривычно.
Снова улыбаюсь и ожидаю его улыбку в ответ. Но его лицо полностью серьезное и на нем нет, ни одного намека на улыбку.
— Лер...
— Я тебя слушаю.
— Что ты ко мне чувствуешь?
Опускаю взгляд, не зная, что ему ответить и тем самым не потерять его. Уж слишком я привязалась к этому парню.
Я беру Антона за руку.
— Тош... — я закрываю глаза, чтобы собраться со своими мыслями. — Ты мне очень дорог. Ты мне необходим. Ты будто свежий глоток воздуха в мою жизнь. И я очень сильно тебя люблю, но...
— Но?
— Но как друга, понимаешь? — открыв глаза, встречаюсь с ним взглядом, — Как к парню, я к тебе ничего не чувствую.
Как же это больно, причинять боль дорогим тебе людям, зная, что этого никак не избежать.
В его глазах полным полно всяких чувств и эмоций: нежность, доброта, любовь и боль. Адская боль просматривается сквозь них.
Мне совсем не хочется делать ему больно, но я никак не могу соврать, что чувствую что-то к нему.
— Я не могу быть с тобой и врать о любви, которой я не испытываю.
— Зачем ты меня поцеловала?
— Я не знаю. Мне просто захотелось тебя поцеловать.
И это правда.
Антон убирает свою руку от меня и поднимается с лавочки, затем направляется в сторону мотоцикла.
— Тош, мне правда очень жаль, но я не смогу врать.
— Я понял.
— Я очень надеюсь, что мы так и останемся друзьями, — мой голос звучит беспомощно и жалко.
Антон поворачивается в мою сторону и широко улыбается, но я знаю, что это всего лишь маска. В его глазах отчетливо видна боль и страдания.
— Да, конечно.
Он подмигивает мне. Затем просто садится на мотоцикл и уезжает.
Я причиняю боль дорогому мне человеку. Антон имеет большое значение в моей жизни. Отношения все разрушат.
А что, если я всегда буду такой идиоткой, которая по уши влюблена в своего же врага и тем самым причинять боль тем, кто будет хотеть со мной отношений?! Видимо, так оно и будет.