Когда-нибудь мы будем улыбаться

Глава 20

Сердце сжимается, а ноги становятся ватными. У меня совсем нет сил, сдвинуться с места. Мне нужно как можно скорее бежать отсюда. Но я стою на месте, смотря отцу прямо в глаза.
— Я...
— Заткнись.
От такого тона, у меня бегут мурашки по коже.
Антон был прав, мне не следовало сегодня возвращаться домой. Лучше бы Тоша, проводил меня до квартиры.
— Да я убью тебя, — приближаясь ко мне, шипит отец. Инстинктивно, я делаю шаг назад. — Шляется она со всеми подряд, а потом домой приходит, как ни в чем не бывало.
— Я не шляюсь. Я была у своего друга, — говорю, в свою защиту.
— Да мне плевать, где ты была.
Конечно же, ему плевать. Раз я ему не интересна, как и моя жизнь, то к чему вообще этот цирк?
— Что тебе нужно от меня?
Отец, снова делает шаг ко мне. Я делаю шаг назад.
— Кто тебе дал право, так со мной разговаривать? — кое-как говорит папа.
«Папа»? Черт, я не могу его так называть. Он совсем чужой мне человек, который просто подарил мне жизнь. Да я за всю жизнь, получала меньше заботы от родителей, нежели за два дня от мамы Антона.
Как же мне хочется вернуться к ним. Только в их квартире, я могла спокойно спать и ничего не бояться. Они стали для меня семьей за два дня. Прям как мама и брат. Господи, как же все это глупо.
Резкая боль в животе, возвращает меня в реальность. Я падаю на пол, схватившись за живот, не в силах терпеть это.
— За что? — шепотом спрашиваю у отца, который стоит возле меня, с ужасной улыбкой. Неужели ему приносит удовольствие, наносить мне удары? Морально, я убита.
По щекам стекают горькие слезы. У меня даже нет сил, чтобы их вытереть. Я качаю головой, не веря в происходящее. Отец пытается ударить ногой мне в живот, но у меня как-то, получается схватить его за ногу, отчего он падает.
— Сука, — взвывает он, когда приземляется на пятую точку.
Воспользовавшись моментом, я поднимаюсь и бегу к себе в комнату, прихватив сумку с вещами. Быстро закрываю дверь, чтобы отец не смог мне отомстить.
Живот ужасно болит. Схватившись за него, ложусь в кровать. Как назло, звенит мой телефон. Как же хорошо, что я забрала сумку. Взяв в руки телефон, мои глаза непроизвольно наполняются слезами. Паша.
Черт. Черт. Черт.
Я совсем растеряна. Не ответить, я не могу. Но и принять вызов, будет очень сложно. Мой голос дрожит от всхлипов, и у меня получится с трудом говорить, из-за мучительной боли.
Мне нужно успокоиться, но вибрирующий телефон, не дает этого сделать. Собравшись с силами, принимаю вызов.
— Да, Паш.
— Привет, ты занята? Чего так долго не отвечала?
— Эмм... Ну, я была в душе и не слышала звонка.
— Лер, все хорошо? — обеспокоенно спрашивает брат.
— Ну да. А почему все должно быть плохо?
Я делаю глубокий вдох, сдерживая слезы. Живот напоминает о себе, резким приступом боли, отчего я морщусь.
— У меня все отлично, — говорю я, вытирая слезу.
— Просто у тебя голос какой-то слишком грустный.
— Все хорошо.
Ложь. Все как хорошо, только наоборот.
Все плохо, плохо, плохо. Но я никому это не скажу. Я буду улыбаться, с маской безразличия. Никто и никогда, не узнает обо всех тех проблемах, которые со мной происходят. Я не позволю никому, узнать правду. Пусть думают, что я счастлива и радуюсь жизни. Но на самом деле, в этот момент, меня душит адская боль. Я уже давно, морально убита.
— Паш...
— Что?
— А когда ты улетаешь? Ну, ты говорил недавно, что тебе по работе...
— Я понял. Толком, я еще ничего не знаю. Но точно в этом месяце. Меня могут отправить в любой день.
— Это как-то странно.
— Ничего странного, это моя работа.
— Понятно, — тяжело вздыхаю.
Появляется тишина. Оглушающая тишина, способная все разрушить.
— Лер, деньги на полгода, я привезу тебе.
— Ты приедешь? — спрашиваю, подрываясь с кровати, и сразу же жалею об этом. Боль в животе, заставляет потемнеть в глазах.
— Ну конечно. Должен же я, увидеть свою любимую сестру, перед отъездом.
— И когда ты приедешь? — выдавливаю из себя вопрос, сквозь мучительную боль.
— Не знаю еще. Как только, так сразу. Не переживай, я обязательно тебя предупрежу.

* * *
— Ай, — выкрикиваю, когда боль в животе возобновляется, хоть я уже и выпила две обезболивающие таблетки.
Закрыв глаза, пытаюсь настроить себя на школу. Я не была там, всего несколько дней. И это время, было самым лучшим. Но оно прошло.
Те два дня, теперь навсегда останутся в моей памяти. Я была счастлива. Была — прошедшее время, а сейчас, все по-другому. От воспоминаний, просто разрывается сердце и душа.
Воспоминания — это те прожитые моменты, которые тебе никогда не вернуть, но и они, никогда тебя не оставят. К сожалению, все мы, не умеем ценить моменты, а потом мы ценим то, что у нас остается — воспоминания.
Я подношу ближе к лицу руку, на которой красуется кольцо Антона. Просто так, он отдал мне то, чем дорожил. Это кольцо, было для него талисманом, очень важной вещью. Ведь это единственная вещь, которая осталась у Шелыгина, от его отца. Но он, отдал его мне. Мне, черт побери. Кто я вообще такая, чтобы получать такую ценную вещь?! Даже боюсь представить, как Антон ко мне относится, раз отдал мне это.
— Все нормально?
Подпрыгнув от неожиданности, я поворачиваюсь.
— Извини, просто задумалась
Улыбнувшись, Юля выходит из ванной комнаты. Я иду вслед за ней.
Сегодня, с утра пораньше, подруга разбудила меня своим визитом. Конечно, я рада этому, но не в шесть же утра. Юля обосновала свое поведение тем, что ей нетерпелось поскорее меня увидеть.
Искренняя улыбка, появляется на моем лице, когда я готовлю чай.
— Вы теперь встречаетесь?
— Да, — отвечает подруга, расплываясь в улыбке.
Кивнув, ставлю кружки с чаем на стол. С утра, у меня не то состояние, чтобы говорить.
— А это что?
Красильникова берет в свои руки, мою правую руку, осматривая кольцо.
— Кольцо.
— Ну, я вижу, что не браслет. Где ты его взяла?
Ох, черт. Ну, вот и что, я должна ответить Юле? Она не поймет ничего.
— Лер...
— Что?
— Откуда у тебя, это кольцо?
А в ответ — тишина. Молча, сажусь напротив подруги и отвожу взгляд.
— Тебе, его Антон подарил?
В недоумении, смотрю на Юлю.
— Да.
— Вау.
Подруга снова берет мою руку, внимательно рассматривая кольцо.
— В честь чего, такой подарок?
Пожимаю плечами, вместо ответа. Юля, сразу же хитро улыбается. Ненавижу эту улыбку.
— Я знаю, о чем ты думаешь, но давай не будем об этом говорить, — я поднимаю и скрещиваю руки.
— Ну ладно.
В полной тишине, мы завтракаем.
Очень приятно осознавать тот факт, что мы снова общаемся с Юлей. Наша дружба не прекратилась из-за нелепой ситуации с Аленой. Мы по-прежнему лучшие подруги.
— Лер...
Оторвав свой взгляд от окна, смотрю на Красильникову.
— Что?
— Извини меня еще раз. Мне просто до сих пор тяжело понять, как я могла так поступить с тобой.
На лице подруги, появляется грустная улыбка.
— Юль, ты меня тоже извини.
— За что?
— Ну, за то, что проигнорировала тебя. За то, что послала. Мне очень стыдно.
Чувство стыда, действительно бушевало во мне, но излив свою душу подруге, мне становится значительно лучше.
— А где родители?
От такого внезапного вопроса, я вздрагиваю. Тяжелые воспоминания о вчерашнем вечере, давят мне на сердце.
— Не знаю. Наверное, ушли куда-то. С утра, их не было.
И я рада, что их нет дома.
— Ууу... мне пора, — говорит Юля, взглянув на свои часы, на руке.
— Опа.
Я хватаю ее за руку.
— Влад подарил?
Подруга кивает, а я внимательно осматриваю ее часы. На вид, они очень красивые. Не думаю, что они из дешевых.
— Они прекрасны, — улыбаясь, говорю.
— Спасибо.

* * *
В свой класс, я захожу с сильным волнением, но отсутствием какого-либо страха.
— Опа, кто к нам пришел.
Я игнорирую слова Дианы, просто иду на свое место. Странно, на моей парте ничего не написано. Удивили, так удивили. А я уже была готова, к новой порции грязи в свою сторону.
— А мы надеялись, что тебя исключили из школы, — ухмыляясь, говорит Милана.
Я закатываю глаза, но ничего ей не отвечаю.
— Что, шлюшка, парня себе уже нашла?
Мои глаза округляются, от такого вопроса Милы.
— Что? — спрашиваю в недоумении.
— Я про Антона.
Что? Что она сказала? Откуда, черт побери, эта тварь знает про Антона? С чего она вообще решила, что он мой парень?
— Что, нечего сказать?
Как полная идиотка, я молчу, боясь сказать хоть одно слово. Нельзя молчать. Черт возьми, нельзя молчать. Нужно что-то предпринимать. Просто игнорировать их слова и такое мерзкое поведение — не выход. Мне необходимо взять себя в руки и дать им отпор.
— Эх. Парня то, жалко этого. Совсем не понимает мальчик, с какой потаскухой связался.
На глазах, начинают появляться слезы.
Только не плакать. Только не плакать. Только не заплакать, при этих мразях. Они не стоят того, чтобы при них и из-за них, лить слезы.
Откуда они знают? Черт побери, откуда? Нас же никто не видел вместе. Хотя...
Ну, конечно же. Как же я могла забыть о нем? Кто же еще, кроме Яна, мог рассказать им, про меня и Антона?! Сотников, просто видел нас вместе в кафе, а рассказал всем, что мы с Тошей встречаемся.
В класс, заходит Амина. Все мое внимание, приклеено к ней. Она бросает на меня неловкий взгляд, и сразу же отводит глаза.
— Амин, смотри, даже у нашей шлюхи, появился парень, — дерзко говорит Диана.
Черт, что происходит? Шлюхи, называют шлюхами девственниц.
Я замечаю, как Амине становится как-то не по себе.
— Я пойду, — тихо говорит она, направляясь на выход из класса.
Вау, у меня получилось закрыть рот этой стерве, которая когда-то, была мне хорошей подругой.

* * *
— У тебя есть книга по алгебре?
— Что? — спрашиваю, сомневаясь, что мне не послышалось.
— Дай мне, пожалуйста, книгу по алгебре.
Мои глаза, по-прежнему расширены от удивления. Я нахожусь в шоковом состоянии.
Что? Со мной заговорил одноклассник? Я просто не верю, своим ушам. Этого же, не может быть. Никто. Не один человек, не сказал мне нормального слова, после того, как я стала объектом насмешек и личной игрушкой Сотникова.
Молча, достаю учебник из рюкзака и протягиваю его Денису. Он забирает его и подмигнув мне, уходит к себе за парту.
Не могу в это поверить. Денис — один из самых популярных парней школы. Он не какой-то там ботаник. Этот парень — самый настоящий бабник, ничем не уступающий Сотникову. Никогда бы не подумала, что Денис вообще со мной когда-нибудь заговорит. Особенно сейчас.
После последнего урока, меня охватывает облегчение и спокойствие. Я чувствую себя, легко и свободно. Быстро собрав свой рюкзак, иду на выход из класса.
На мое удивление, сегодня выдается вполне нормальный день, как для учебы. За все время в школе, я так и не встречаю Сотникова. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
Полностью утонув в своих мыслях и мечтах, мне не удается заметить перед собой, такой знакомый силуэт. Замечаю я Яна, слишком поздно.
— Ну и куда ты собралась?
Меня резко дергают назад за рюкзак, и я кое-как удерживаюсь на ногах. Смотря в эти карие глаза, я не вижу абсолютно ничего, кроме равнодушия.
Единственное, что приходит мне в голову — бежать. Убегать от него. Не ждать, пока он причинит мне боль. Просто бежать.
Сердце пропускает удар, и я начинаю эту погоню. Ну, кто сомневался, что Ян побежит вслед за мной. Дыхание сбивается, ноги подкашиваются, но я не останавливаюсь. Черт, лестница. Не так уж и легко, бежать по ступенькам.
— Стой, сука, — кричит Сотников, но я не останавливаюсь, хотя и следовало бы.
Мне не убежать от него. Никогда.
Я чувствую, что Ян хватается за мой рюкзак. Ох, черт. Один резкий, и с сумасшедшей силой толчок, и я ощущаю, что буквально лечу через лестницу.
Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Тринадцать. Именно тринадцать ступенек, я почувствовал всем своим телом. Ощущается кровь во рту, отчего я морщусь.
Я продолжаю лежать на полу, совершенно не двигаясь. Я нахожусь всего в паре секунд до обморока. Все плывет перед глазами. В ушах, один непонятный шум.
В полуобморочном состоянии, меня кто-то поднимает с пола. Мне абсолютно ничего не видно. Глаза просто не открываются.
Холодная вода, которая выливается мне на лицо, выводит меня из этого жуткого состояния. Резко открыв глаза, вижу перед собой Сотникова.
— Лучше бы я, никогда тебя и не знала, — шепчу из последних сил.
Ян садится рядом со мной, вглядываясь в мои глаза. Слезы появляются, сами по себе. Парень ухмыляется и вытирает мои щеки. Черт, он только что, чуть не убил меня, а я чувствую море нежности, от такого его жеста. По-моему, у меня сотрясение мозга.
Мне слишком больно, смотреть в его глаза. Больно понимать, что эти самые глаза, меня ненавидят и просто жаждут сломать.
На ватных ногах, поднимаюсь с пола, но мне, это плохо удается. Хватаюсь за стену, чтобы снова не упасть. Боль во всем теле, заставляет меня сесть на пол. Ян поднимает меня, вынуждая смотреть ему прямо в глаза. В этих карих глазах, заметна боль и некое раскаяние. Да ладно? Неужели Ян, может чувствовать себя, хоть в чем-то виноватым? Нет. У меня, видимо действительно сотрясение.
— Ты ходить можешь?
Нет. Не могу. Но ничего не отвечая, киваю. Я не должна, показывать ему свою слабость. Куда уж больше.
Сотников берет меня за руку и выводит из... мужского туалета? Черт, я только что, была в мужском туалете? Как я вообще, не заметила этого?
— Ян, я...
Мне сложно говорить, но я пытаюсь сказать ему это. Черт, ему просто необходимо это знать.
— Лер, молчи.
Не понимаю, к чему вообще весь этот маскарад?! Сотников, же сам, толкнул меня по лестнице, а теперь помогает. Я что, сплю? Хотя по моему состоянию, это трудно понять.
Я останавливаюсь, понимая, что все вокруг, снова плывет перед глазами.
— Лер, ты меня слышишь? — эхом, доносится до меня.
Легкий удар по щеке. Второй. Третий. А я, ведь уже и перестала ощущать легкие удары. Я привыкла к сильной и жестокой боли. Да, черт возьми, я привыкла к этому.
— Лера.
Что со мной происходит? Я совсем не чувствую своего тела. Перед глазами, странная пелена, которая не позволяет нормально видеть. Ничего не слышно, только непонятное эхо.
— В какой квартире, ты живешь?
Еще один удар по щеке.
— В... в пятьдесят че...
— Пятьдесят четвертая?
Кивнув, я отключаюсь от этого мира.

* * *
Полную тишину, нарушает звонящий телефон. Морщась, я все же поднимаюсь с постели. Голова кружится. Чувствуется неимоверная слабость.
Взяв в руки телефон, ничего не вижу. Абсолютно ничего. Все размыто. Подношу его ближе к глазам, и только так, мне удается увидеть на экране «Тоша». Ох. У меня нет никаких сил, чтобы принять вызов.
Кое-как написав SMS о том, что немного занята и перезвоню позже, смотрю на часы. Глаза лезут на лоб. Сейчас десять часов утра. Это же сколько, я пробыла в отключке?!
На столе я замечаю какую-то записку и беру ее в руки. Меня уже пугает она, хоть я ее и не читала.
«В школу можешь не идти. Я скажу, что ты приболела. Мне жаль, что так получилось. Ян»
С глупой влюбленной улыбкой, снова иду в кровать.