Когда-нибудь мы будем улыбаться

Глава 29

Целый день я думала лишь об одном. Мои мысли принадлежали поступку Сотникова.
После всего произошедшего вчера, я так и не видела его.
Даже сейчас, когда прошло три урока, я так и не наблюдаю Яна в школе. Мне хочется найти его и просто спросить, что тогда вообще произошло.
Внезапно, мой взгляд устремляется на руку там, где татуировка. Внимательно рассматриваю ее, будто за все это время не насмотрелась.
— Опа! — кричит Милана, смотря на мою руку. Теперь я жалею, что вообще оставила открытой тату. — Шлюха, ты татуировку набила?
Все в классе, сразу же переводят на меня все свое внимание. Мила подходит ко мне.
— Да ладно тебе, покажи тату.
Прячу руку под партой, ругая себя, что надела блузку с короткими рукавами.
— Покажи, — повторяет Милана.
Я смотрю ей в глаза, и вижу там наигранность. Ничего хорошего.
— Нет, — коротко отвечаю.
— Тебе что, сложно?
— Да, — говорю, пожимая плечами. — Мне сложно.
Диана подходит к нам. Нет, ну эти девчонки, вообще ходят по одиночку?
— Филатова, почему ты такая сука?
Мои глаза расшириваются, но я ничего не отвечаю. Дверь в класс резко открывается и заходит какой-то мальчик, лет десяти.
— А где шлюха? — спрашивает он.
Изумленно смотрю на него, но когда он поворачивается ко мне, все понимаю...
— Филатова, тебя математичка зовет, — говорит малой и выбегает из класса.
Я так надеялась, что наш конфликт с Яном и с этими двумя, только между нами. Но я даже представить не могла, что теперь все в школе считают меня шлюхой. Даже дети. У меня пересыхает во рту, от этого осознания.
— Вот, видишь Филатова, не одни мы, считаем тебя шлюхой. Вся школа знает об этом, — ухмыляется Диана. — Все вокруг знают правду.
Подымаюсь со стула и смотрю Диане в глаза. Меня пугает собственная смелость.
— Да? И какую же они знают правду? — ехидно спрашиваю. — Кто из нас двоих шлюха, так это ты. Не я, иду по рукам в компании Сотникова.
Пока Диана ошеломлена моими словами, я отхожу от нее и выхожу из класса.

* * *
Такое чувство, будто все вокруг обозлены на меня.
Я стала слишком уязвимой, после смерти близкого человека. Стала принимать все близко к сердцу.
Когда я иду в свой класс на урок, слышу смешки в свою сторону.
Безумно сложно оставаться сильной, когда все ломают тебя. И дело даже не в Яне, просто я стала центром издевательств и травли, и без него. Если раньше мне было плевать на это, то сейчас я чувствую дикую боль в области сердца.
На Милану с Дианой, я пытаюсь не обращать внимания, но вот все остальные... Они просто не дают мне спокойно жить. Ну почему? Что я сделала им такого, что они теперь так относятся ко мне?
Прохожу мимо стенда «Гордость школы». Взгляд невольно устремляется на мою фотографию. Да, я хорошо училась, и мою фотографию прикрепили на стенд. Но сейчас, мои показатели упали на самое дно. Фото видимо забыли снять.
Подхожу ближе. Непроизвольно морщусь, когда осматриваю фото. Ну, кто бы сомневался, что и здесь не обойдется без тех мразей, которые меня унижают. И как только учителя, этого не заметили?!
Ниже фотографии написано «Шлюха», «Сколько час?», «Всем за деньги, а Яну бесплатно». Становится тошно от этих надписей.
Срываю фотографию. Больше нет сил, все это терпеть. Мне просто необходимо оставаться сильной, научиться давать отпор. Но как вообще можно им противостоять, если у меня может начаться истерика, от простого их высказывания обо мне?
Они все считают меня шлюхой, сукой, даже не представляя, какая я на самом деле.
Коридоры забиты учениками разных классов, и у меня возникает чувство, будто они все обсуждают меня. Слышу смех какой-то девушки, и мне кажется, что она смеется надо мной. Это уже паранойя.
Опустив голову, направляюсь в свой класс. Мимо проходит какая-то девушка, а-ля кукла Барби, и смотрит на меня с отвращением. Сделав глубокий вдох, захожу в класс и случайно сталкиваюсь со своей одноклассницей.
— Ты совсем долбанулась? — шипит она сквозь зубы.
В полном изумлении смотрю на нее. Неужели это та самая тихоня класса?
— Что? — спрашиваю хмурясь.
— Смотри куда прешься! — девушка обходит меня. — Сучка.
Хочется крикнуть ей кое-то в ответ, но внутри меня что-то ломается. Я не могу сказать ни слова. Меня сковывает страх. Откуда такое внезапное чувство страха, перед моим обидчиком?
Всегда сильная девчонка, теперь боится дать кому-либо отпор. Боль ломает душу. И это правда.
Выйдя из класса, иду на улицу. Мне нужно хоть немного отдышаться и понять, как быть дальше.
Захожу в гардеробную за своей курткой, но понимаю, что зря сделала это, когда замечаю вошедшего сюда Яна. Здесь помимо меня, есть еще люди, так, что Ян мне ничего не сделает. Оглянувшись, понимаю, что на этих учеников рассчитывать не стоит. От половины, я слышала оскорбления в свой адрес.
Быстро надеваю куртку и натягиваю на голову капюшон. Может хоть так, Ян меня не заметит.
— Сотников, ты кого-то ищешь? — улыбается ему какая-то блондинка. — Если эту сучку, то она здесь. — Она указывает на меня пальцем.
Что за черт? Когда люди успели стать такими гнилыми?
Вокруг лишь одно лицемерие. Вокруг одни предатели. Век мразей и ублюдков.
Я продолжаю стоять, не двигаясь, когда ко мне подходит Ян. И как только, я до сих пор в него влюблена?
— Привет, — говорит он, мерзко ухмыляясь.
Все это, лишь дешевый цирк. Его «привет» звучит подобно «я тебя сломаю».
Отхожу от в сторону, внимательно за ним наблюдая. Ян стоит на месте, будто не замечая, что я отошла. Еще один шаг, и я уже бегу прочь отсюда. Та его ухмылка и тот взгляд, не предвещают ничего хорошего.
Ничего лучше, чем забежать в женский туалет, мне в голову не приходит. Но это никак не смущает Яна. Он идет вслед за мной. Какая-то брюнетка выходит из кабинки и ошарашено смотрит на парня.
— Ян, ты ничего не перепутал? — спрашивает она.
Сотников в ответ ухмыляется, качая головой.
— Вы двое, — указывает девица на нас. — Вы решили здесь...
— Заткнись, — огрызается Ян.
Девушка ехидно улыбается и выходит.
Все, мне конец.
Решаю забежать в кабинку, но Сотников перехватывает меня и прижимает к стене.
Со стороны это может показаться крутым, что тебя прижимает к стене любимый человек. Но не тогда, когда он ненавидит тебя и прижимает тебе руки до синяков.
— Куколка, а ты чего такая не вежливая? Я ведь поздоровался с тобой.
У меня, появляется ком в горле.
Рука Яна обхватывает мою шею и сжимает. Чувствуется нехватка кислорода, и я пытаюсь убрать его руку. Сотников перехватывает мое запястье, не убирая руки от моего горла, но его хватка слабеет. Одним резким движением, он снимает кольцо с моего пальца.
О, Боже. Только не это.
Парень отпускает меня, отходя на шаг назад. Начинаю тяжело дышать, жадно хватая ртом кислород.
— Ян, пожалуйста, отдай.
Ухмылка Сотникова становится еще шире.
— Нет, — спокойно отвечает он.
— Ян, верни мне мое кольцо, — требовательно говорю.
— Куколка сегодня себя плохо вела. Куколка наказана.
Не понимаю, о чем он говорит, пока он не заходит в одну из кабинок, демонстративно открыв дверь и...
Боже, нет. Нет. Нет. Нет.
Ян бросает кольцо в унитаз и нажимает на слив.
— Нет! — кричу не сдерживаясь.
Никогда. Никогда в жизни, я ни прощу ему такого.
Сотников подходит ближе, толкая меня в стену.
— Ты идиот! Зачем? Зачем ты его выкинул?
Он все также продолжает равнодушно на меня смотреть, невзирая на мой крик. Ян подходит к двери, но оборачивается.
— Никогда так со мной не разговаривай, — подмигивает он, — иначе пожалеешь.

* * *
Всхлипнув, подхожу ближе и кладу цветы на могилку. Безумно тяжело на нее смотреть, и я закрываю глаза.
— Привет, милый, — шепчу я. — Ты снова оказался прав. Не знаю, что тогда было, но ты сказал мне, чтобы я не доверяла Яну. Но я вновь и вновь это делаю. Даже не знаю, как это объяснить. Он снова причинил мне боль. Нет, не физическую. Он ломает меня морально.
Решаюсь открыть глаза, и заворожено смотрю на цветы у могилы.
— В школу, я вообще не знаю, как ходить. Меня там все ненавидят и всячески издеваются. Самое ужасное в том, что я не могу им ответить. Я боюсь.
Вновь закрываю глаза и вытираю слезы. Невозможно не плакать, когда стоишь у могилы лучшего друга.
— Мне очень стыдно перед тобой, — признаюсь, жадно хватая ртом воздух. — У меня больше нет твоего талисмана. И я сама в этом виновата. Ян выкинул его. Он разорвал нашу с тобой связь. Когда кольцо было у меня, я знала, что ты рядом. А теперь...
До сих пор не могу прийти в себя, после такого поступка Сотникова.
Это кольцо было по-настоящему важным для меня. Это та самая невидимая нить, которая связывала меня с Тошей. А Ян просто взял, и разорвал эту нить.
— Тош, извини меня. Мне очень жаль, что так получилось.
Делаю шаг назад.
— Спасибо тебе за браслет. Знаешь как необычно, получать подарок от тебя, когда тебя уже нет. Я обещаю, что буду беречь его. Теперь, это мой талисман.
Делаю еще один шаг назад, но не отрываю глаза от могилы.
— Люблю тебя, — тихо шепчу.
До моего плеча прикасается рука, и я вскрикиваю.
— Да не кричи ты так.
Повернувшись, вижу того самого парня, который провожал меня домой после похорон.
— Ты совсем с ума сошел? Зачем так пугать?
— Ну, извини, — пожимает он плечами.
Не очень-то и приятно, когда ты находишься на кладбище, и к тебе прикасается чья-то рука, ведь ты здесь один.
— Ну как ты? — спрашивает Никита.
— Нормально, — вру я.
Я буду людям врать, что у меня все нормально, пока боль изнутри ломает меня.
— Ты как? — спрашиваю из вежливости.
— Привыкаю потихоньку. Изначально было очень тяжело, но сейчас вроде справляюсь.
— Ясно.
Отхожу на шаг в сторону.
— Мне нужно идти, — тихо говорю Никите.
Парень кивает. Все в нем, напоминает мне Антона. Такое чувство, будто сейчас передо мной стоит не Никита, а Тоша. Чтобы больше не видеть этого, ухожу прочь.

* * *
— Ты сейчас свободна? — спрашивает Юля.
— Да, а что?
— Приходи ко мне. У меня есть к тебе один разговор.
Закатываю глаза, но естественно Юля не может этого увидеть сквозь телефон.
— Что за разговор? — заинтригованно спрашиваю.
— Вот придешь и узнаешь.
Снова закатываю глаза.
— Что, прямо сейчас?
— Ну да.
— Ладно, жди. Скоро буду.
Сбросив вызов, быстро переодеваюсь. Собираюсь уже выйти из своей комнаты, как слышу грозный голос отца.
— Лера, а ну быстро сюда!
Давно же, отец не избивал меня. Видимо сейчас, он и планирует это сделать.
Схватив куртку, выбегаю из комнаты. Быстро надеваю сапоги, и так же быстро бегу из квартиры.
Отлично. Сегодня у меня получилось от него сбежать. Но что будет дальше? Смогу ли я в следующий раз убежать?!
Нет никакого желания, снова быть избитой отцом. Семья должна поддерживать, а не добивать окончательно.
Я хочу почувствовать любовь мамы и папы. Хочу, как и во всех нормальных семьях, быть нужной в семье. Мне безумно хочется, чтобы мои родители перестали пить. Они ведь могут. Но все это останется мечтами, которым не суждено сбыться.
Реальность слишком сурова. Ей плевать на все наши мечты и желания.
Я могла бы жить спокойной жизнью обычного подростка, со своими стандартными заморочками и проблемами. Но, увы, у меня такая сложная судьба.
Оказавшись у подъезда, в котором живет Юля, мой взгляд устремляется на какую-то парочку, которая сидит на лавочке напротив подъезда. Сердце сжимается, когда парень поворачивается ко мне.
Ян.
Снова он. Ох, черт, он меня заметил. Это плохо.
Перевожу взгляд на девушку, та, которая рядом с ним. Это ведь та самая Катя.
Только не сейчас. Мне просто не хватит сил, чтобы думать сейчас о Яне. Уж слишком много боли, он причинил мне сегодня, чтобы я думала о нем и ревновала.
Неужели я теперь каждый раз буду сталкиваться с Сотниковым и его подругой, когда буду приходить к Юле?!
Отвожу взгляд от Яна и захожу в подъезд.
Сердце разрывается на части из-за ревности, но я не подаю этому вида.
Не думать о Яне. Не думать о Яне. Черт возьми, не думать об этом придурке.
У меня, получается быстро дойти к квартире Юли. Лифтом, я не пользуюсь. Мне всегда было страшно в них ездить.
— А ты быстро, — улыбается мне подруга, открыв дверь.
Мне удается выдавить из себя улыбку.
Спустя некоторое время, мы уже сидим в гостиной и пьем чай с тортом.
— Где твои родители? — спрашиваю у Юли.
— Сейчас у них какая-то мегаважная вечеринка. У их директора день рождения, — отвечает подруга. — Вернуться они только под утро.
Я ухмыляюсь.
— Юль...
— Ммм.
— О чем ты хотела со мной поговорить?
Красильникова умеет заинтриговать. Но я терпеть не могу всякие интриги.
На лице Юли появляется широкая улыбка. Ох, не нравится мне это.
— Юль, я тебя слушаю.
— Лер, только не перебивай меня, хорошо?
Молча, киваю.
— Милая, давай сходим в клуб. Тебе нужно развеяться. Ты постоянно грустная и загружена. Я понимаю, что ты до сих пор грустишь из-за Антона, но это не повод...
— Юль, не...
— Лер, не перебивай меня, пожалуйста. Я просто хочу, чтобы ты немного повеселилась.
Сразу вспоминается наш прошлый поход в клуб, отчего я вздрагиваю. Вспоминаю Кристину, которая потрясла меня своей жизненной историей. Я помню, как она говорила мне, что я сильная. Но она ошибалась. Сильно ошибалась.
— Можно теперь мне сказать? — спрашиваю у Юли.
Подруга кивает.
— Мне и так хорошо. Я не хочу идти ни в какой клуб. Не хочу, как ты выразилась «веселиться». Пойми, поход в клуб, не решит всех моих проблем.
Юля тяжело вздыхает.
— Ну а если мы просто пойдем в клуб, и найдем тебе парня?
Ошарашено смотрю на подругу.
— Нет, Юль. Спасибо, но мне не нужен парень. Мне и одной, вполне хорошо, — выдавливаю улыбку, чувствуя, как краснеет лицо.
Черт. Черт. Черт.
Если Юля сейчас заметит, что я покраснела, она сразу же все поймет.
— Тааак, — тянет Красильникова, ехидно ухмыляясь.
Поздно... Она все-таки заметила.
Подруга придвигается ближе ко мне, внимательно всматриваясь в мои глаза.
— И кто он? — заинтригованно спрашивает она.
Я еще больше краснею.
— Кто он? — переспрашиваю, делая вид, что не понимаю, о чем говорит Юля.
— Ну, тот парень, в которого ты влюблена...
— Я не...
— Ой, Лер. Я же вижу, что ты влюблена. Черт, как я раньше этого не замечала?
Мне приходится опустить голову, чтобы хоть как-то скрыть красное лицо.
— Юль, я не влюблена, — пытаюсь врать.
— Я тебе не верю. Ты, дорогая моя, по уши залипла на какого-то парня. Но на кого?
Закрываю глаза, делая вид, что не слушаю Красильникову.
— Лер...
Молчу. Просто игнорирую ее. Юля видимо понимает, что отвечать я не собираюсь, и начинает копаться в телефоне.
Продолжая молчать, подхожу к окну. По щекам льются горькие слезы от самого осознания, в кого я влюблена. Подруга не видит моих слез, ведь я стою к ней спиной.
— Ян, — тихо шепчу, боясь нарушить тишину.
Юля подходит ко мне и смотрит мне прямо в глаза, но я вновь закрываю их.
— Что «Ян»?
— Человек, которого я люблю — Ян Сотников.
— Что? — у Юли округляются глаза. — Ты серьезно? Как так-то? У меня просто нет слов.
Да уж, не очень-то и приятно, любить человека, который вытирает об тебя ноги.
— А он знает?
Я киваю, и подруга крепко меня обнимает.
— И давно? — с жалостью в голосе, спрашивает Красильникова.
Ненавижу жалость. Ненавижу, когда меня жалеют. В таких ситуациях, я чувствую себя слишком ущербной.
— Три года, — отвечаю Юле.
Проходит несколько минут, прежде чем подруга отходит от шока, начиная меня расспрашивать.
— Он внимания не обращает вообще?
Лучше бы, все так и было.
— Ян ненавидит меня, — говорю с горечью в голосе.
— Что?
— Он ненавидит меня.
На лице Юли мелькает непонимание. Собрав всю свою смелость, рассказываю ей обо всем. Просто открываю свою душу. Выворачиваю себя наизнанку. Мне становится легче от этого.
Конечно же, я умалчиваю об избиениях Яна, просто говорю, что он меня оскорбляет, и все.
Когда я заканчиваю свой рассказ, подруга слишком ошарашена. По ее щекам льются слезы. А ведь она узнала не всю правду.
— Лер, извини меня.
— За что?
Как ни странно, но я не плачу.
— За то, что всегда рассказывала тебе о нем и его девушках. Я ведь не знала. — У Красильниковой растерянный вид, а ее глаза не отражают абсолютно никаких чувств и эмоций.
— Юль, тебе не за что извиняться. Правда, все хорошо.
Подруга поднимает на меня свой взгляд, а потом опускает его на шею.
— Да, это колье подарил мне Ян, — говорю, читая в ее глазах вопрос.
Рассказываю Юле о своем дне рождения, ну точнее о том, что касается Сотникова.
Никто. Никто не знал правду о Яне. Антону, я особо ничего не рассказывала, боясь причинить ему боль. И даже сейчас, я сказала Юле лишь часть правды. Кажется, что уже все вокруг знают, что Ян меня избивает. Все, кроме близких мне людей, знают правду.
— Зачем? Зачем он подарил мне это дорогое колье, если ненавидит, и тем более у него есть девушка?! — спрашиваю у подруги. Может хоть она даст мне ответ на это.
— Какая девушка? Катя? Ты думаешь, что это его девушка? — смеется Юля. — Это лишь его временное увлечение. Пока Катя не против, они будут встречаться.
— Не против чего?
Подруга закатывает глаза.
— Лер, ну ты как маленькая.
Ко мне сразу доходит смысл того, что Юля имеет в виду, и я морщусь от этого.
— А на счет колье, — Красильникова прикасается к моей шее, принимаясь осматривать подарок Яна, будто никогда прежде его не видела. — Я думаю, он тебя все еще любит.
Я вздрагиваю от таких слов.
— Нет. Это полная чушь, — протестую, не веря ей.
Юля улыбается.
— Нет. У меня есть подруга, и она психолог. Так вот, ей удалось научить меня разбираться с поступках людей. Понимать их, чувствовать то же самое, что и они. В общем, это сложно объяснить. — Подруга делает глубокий вдох. — Я немного попробовала вникнуть во всю эту ситуацию, и вот, что я поняла: он играет роль плохого парня, но я общалась с ним, и знаю, что он не такой. Ян пытается тебя ненавидеть. Глубоко внутри, он все тот же парень, который тебя любит, но сейчас он тщательно пытается спрятать свои чувства.
— О, Боже, Юль, это полный бред.
— Нет. Это правда, милая.