Когда ночь сменяет день. Книга 1

Глава 24

Улица незнакомого города, справа и слева — жилые дома, редкие прохожие… Доминика нигде не было, и я побрела в первом попавшемся направлении, недоумевая, что это за место и зачем ему понадобилось тащить меня сюда. Мимо, разговаривая по мобильному, прошёл мужчина. Я с удивлением посмотрела ему вслед. Вне всякого сомнения, он говорил по-французски. Неужели я на родине Доминика? Но предположение рассеялось уже в следующую секунду. Навстречу мне шла темноволосая девушка в коротком белом плаще, в обеих руках она держала продуктовые пакеты… У меня задрожали колени, и, толком не успев ничего осмыслить, я бросилась в ближайший переулок, боясь оглянуться и надеясь только, что Дженни меня не заметила…

— Неожиданная реакция, — раздался за спиной насмешливый голос. — Разве это не твоя лучшая подруга, chérie? Судя по фотографиям, покрывающим стену вашей гостиной, вы довольно близки, или я ошибаюсь?

Я растерянно обернулась.

— Как ты нашёл её?..

— Душа моя, ты забываешь, что для меня нет ничего невозможного. Вообще-то я приберегал эту шутку для лучших времён, но, с другой стороны, почему бы и не теперь?

Глаза Доминика светились издёвкой, моя подавленность его, очевидно, забавляла.

— Хочешь сразу заглянуть к подруге или сначала прогуляемся по городу? Мы ведь, в конце концов, в Женеве! Ты знала, например, что Леман, озеро, придающее городу такой неповторимый колорит…

— Что ты собираешься делать? — перебила я его.

— Лучший способ догадаться, что будет — припомнить, что уже было, моя радость. Но вопрос не в том, что буду делать я, а в том, как поведёшь себя ты.

— А как я должна себя повести?

— Ты спрашиваешь меня? Разве не ты только что объявила, что не позволишь мне лишить жизни кого-либо из твоих друзей?

Теперь речь шла не о какой-то Кристи или пьяном рокере, или безликом посетителе концерта. Смерть грозила Дженни — моей Дженни, с которой я жила под одной крышей, которой обещала ухаживать за цветами до её возвращения… Воспоминания проносились в голове одно за другим: вот Дженни таскается за лекарствами и поит меня чаем, когда в прошлом году меня свалил грипп; вот она всеми силами старается вывести меня из затяжной депрессии, когда я в очередной раз отчаялась найти в жизни смысл; вот мы отмечаем её день рождения, мой день рождения, празднуем, что её приняли на практику в Женеву… Я бессильно прислонилась к стене. Доминик с любопытством наблюдал за мной.

— Я не говорила, что смогу тебе помешать. Я лишь сказала, что не буду спокойно стоять рядом…

Доминик презрительно хмыкнул.

— Тогда начинай прыгать, — и, развернувшись на каблуках, зашагал в направлении, в котором скрылась Дженни. Я бросилась следом, мучительно соображая, что предпринять. Идти пришлось недолго — через каких-то пять минут Доминик свернул в тихий переулок и остановился возле первого подъезда.

— Мы на месте, моя радость. Хочешь сначала позвонить подруге или это испортит сюрприз?

Я довольно усмехнулась и сложила на груди руки.

— И как ты собираешься войти в её дом, нежить? Не думаю, что она тебя приглашала.

— А ты на что, моя дорогая?

— Я скорее умру, чем помогу тебе войти к ней!

— В самом деле?

— Разочарован?

Доминик медленно подошёл ко мне.

— Совсем наоборот. Ты действительно веришь в хорошее в тебе, не так ли? Глупышка!

Он вдруг цепко обхватил меня за плечи и оттянул голову назад, обнажив шею. Чуть поодаль проходилии какие-то люди, не обратившие на нас никакого внимания. Наверное, со стороны мы выглядели как влюблённая пара… Доминик наклонился к моему лицу, голос стал хриплым.

— Ты готова спасти ближнего ценой собственной жизни — как благородно! Не говоря уже о превосходной возможности оставить меня и Арента в дураках! Но попробуй решить задачу посложнее. Я оставлю ей жизнь, если ты станешь одной из нас ещё до рассвета!

Я дёрнулась, тщетно пытаясь вырваться. Доминик прижался холодной щекой к моей шее и прошептал:

— Не усугубляй положение, chérie. Я голоден. Мне стоит огромных усилий сдержаться, когда твоя кровь находится в такой соблазнительной близости от моих пустых вен… Просто дай ответ, которого я жду.

— Нет! — прошипела я. — Нет!..

Доминик рассмеялся и ослабил хватку, и я тут же вывернулась из его объятий.

— А ты лицемерка, chérie! И, кажется, не подумала, что всё равно погубишь душу, позволив умереть подруге, жизнь которой могла бы спасти одним словом.

Я стояла в нескольких шагах от стены дома, в котором, по словам Доминика, жила Дженни. Окна первого этажа располагались в каком-то метре от земли. Вот он, способ ему помешать! Хотя бы этой ночью… Я испустила дикий вопль — подобного поворота Доминик, судя по всему, не ожидал. Воспользовавшись его замешательством, я подскочила к ближайшему окну и изо всех сил ударила в него сумкой. Стекло со звоном разлетелось, с верхних этажей послышались голоса, из соседнего окна высунулась встревоженная физиономия… Ухмыляясь, я повернулась к Доминику. Но его это всё как будто совсем не волновало. В янтарных глазах застыло задумчивое выражение, на губах играла странная полуулыбка. Мгновенно оказавшись рядом, он молча обхватил меня за плечи.