Когда ночь выбирает

2

Она моргнула и мир окончательно изменился. Вместо ночного города перед ней возвышался замок: массивные стены из серого камня, факелы на цепях, ворота, которые выглядели как челюсти чудовища. Воздух был пропитан запахом воска, дыма и чего-то сладко-гнилого, от чего по коже бежали мурашки.

Это что, косплей вечера? пробормотала она, переступая через порог. Или я просто заснула на ходу после 24-часовой смены?

Ты не спишь, раздался рядом его тихий голос. Он шёл чуть впереди, величественный, словно хозяин этого кошмара. — Это место… настоящее.

Внутри замка было темно, лишь факелы на стенах отбрасывали зыбкие тени. В дальнем зале, на длинных деревянных скамьях, сидели люди. Нет, не совсем люди. Их лица были слишком бледными, а движения плавными и слишком грациозными. Они повернули головы одновременно, как будто её появление нарушило некий ритуал.

Отлично, у вас тут прям вечер знакомств, пробормотала она, не удержавшись от сарказма. — Только вот, кажется, я забыла дома вечернее платье.

Один из вампиров, высокий мужчина с пронзительными глазами, улыбнулся, обнажая клыки.
Она инстинктивно шагнула назад, а затем, прищурившись, сказала:
Ух ты… А у вас зубы-то какие идеальные! Это же надо, столько веков без стоматологов, и ни одного кариеса. Респект за уход за полостью рта!

Зал на секунду замер. Даже её спутник обернулся с выражением, будто не знал, смеяться ему или застыть в шоке.

Ты… прошептал он, и на его губах появилась тень улыбки, ты страннее, чем я думал.

Да я вообще человек-странность. Она развела руками. Но признаюсь честно, эти ваши «голливудские улыбки» меня пугают больше, чем кровь на рубашке.

Вампиры переглянулись, кто-то даже хрипло рассмеялся. Один из них, девушка с чёрными, как ночь, волосами, хищно наклонила голову.
Она пахнет совсем немного страхом. Больше любовытством и дерзостью. Как любопытно.

Ещё скажите, что это фирменный парфюм. Девушка-«врач» вскинула бровь. Если вы так и собираетесь меня разглядывать, хоть дайте экскурсию по вашему замку. Вижу, зубы у вас в порядке, но интерьер явно требует ремонта.

Её спутник тихо хмыкнул, но в глазах его сверкнула искра чего-то нового — живого, человеческого.
Тебе лучше быть осторожнее, сказал он. Здесь не шутят.

Ну да, усмехнулась она. Особенно с зубами. У вас тут, похоже, они главное оружие.

Они вошли в огромный зал, освещённый десятками свечей. Стол был накрыт роскошно: серебряные кубки, тёмное вино в хрустальных графинах, тарелки с блюдами, больше похожими на музейные экспонаты запечённая дичь, куски хлеба, грубо нарезанный сыр. Всё это казалось странно театральным, как будто мир застрял между прошлым и кошмаром.

Добро пожаловать, его голос прозвучал спокойно, но в нём сквозила печаль. Это мой дом. Когда-то его называли замком Лунной Крови.

Ну, звучит прямо как реклама для туристов, хмыкнула она, снимая куртку. Только я не вижу стойки с буклетами «Ваш лучший отдых на Средневековье».

Он улыбнулся уголком губ и жестом пригласил её к столу. Садись. Ты должна поесть.

Они вошли в зал, и её внимание сразу привлекли сидящие за длинным столом фигуры. Их взгляды были холодными, внимательными, как у хищников, что выжидают момент. Мужчина, который привёл её сюда, не спеша провёл ладонью по поверхности стола, словно вспоминая старый ритуал, и сказал:

Простите мою невежливость. Разрешите представиться. Он выпрямился, будто только сейчас вспомнил, кто он есть, и в его голосе появилась величественная глубина:
Моё имя Адриан де Лаурель, хозяин этого замка.

Он повернулся к ближайшим вампирам.
Мои братья по ночи: Габриэль и Серафин, он кивнул двум высоким мужчинам с одинаково острыми взглядами. А это Леона, хозяйка музыки, он слегка склонил голову в сторону женщины с черными, как смоль, волосами и глазами цвета крови.

Все трое молча, почти синхронно, склонили головы в знак приветствия. Их движения были безупречно плавными, как в хорошо отрепетированном танце.

Девушка моргнула, чувствуя лёгкий дискомфорт от их взгляда, но постаралась улыбнуться.
Ну раз пршел такой разговор… Меня зовут Алина. Она вздохнула и добавила: — Просто Алина. Без всех этих «де» и «ла».

Леона едва заметно приподняла уголок губ. Странное имя для этого времени…

О, поверь, оно и для моего времени не слишком подходит, парировала Алина с лёгкой улыбкой. Но родители не спрашивали, просто назвали.

Хозяева замка разглядывали нежданную гостю

Алине 29 лет. Она не относится к тем женщинам, чья красота бросается в глаза с первого взгляда, но в ней есть та внутренняя сила, которая делает её запоминающейся. Каштановые волосы, чуть волнистые, всегда собранные в свободный хвост или небрежный пучок после ночных смен. Под светом луны они отливают медным оттенком. Глаза были глубокого орехового цвета, с искрами золотистого, особенно заметными, когда она смеётся или злится. Её взгляд прямой и честный, без лишней жеманности. Ее еожа: светлая, с лёгким румянцем на скулах — от ветра или усталости, но не от косметики. Фигура: стройная, с плавными линиями, скорее женственная, чем спортивная. Она не из тех, кто сидит на диетах, но движения её уверенные и практичные, как у человека, привыкшего действовать быстро. Была одена в простые джинсы, тёмные свитеры и куртка. Даже на фоне роскоши средневекового замка она выглядит ярко, потому что не пыталась казаться кем-то другим. Но главная ее особенность: её улыбка немного ироничная, как будто она всегда готова отпустить шутку, даже если ситуация абсурдна. Алина была женщина с «живой» красотой. Она может быть слегка растрёпанной после смены, с выбившимися прядями и усталым взглядом, но именно эта естественность и лёгкая небрежность создают вокруг неё ощущение тепла и настоящести.

Адриан чуть наклонил голову, глядя на неё с какой-то странной мягкостью.
Алина… он произнёс её имя так, будто пробовал вкус редкого вина. Оно звучит как свет среди ночи.