Когда отцветут одуванчики

Глава 15

За ними поднималась такая волна пыли, что пришлось закрыть окна.

– Как здесь ездят машины с низкой посадкой?

– Ты забыла, есть еще путь через Калиновку, там сохранились остатки асфальта, – голос Ильи подпрыгивал на кочках, вместе с джипом.

– Да, в детстве такие мелочи не замечаешь. Я помню, как веселились с Сеней при каждой поездке.

Ленты ковыля колышутся на ветру, сливаясь в белые волны, от чего кажется, что плывешь по морю. Начинается уклон и открывается вид, от которого дух захватывает: Волга покрыта беляками, так называют пену на гребешках волн.

– Ветер сильный, значит, клева не будет, – вдруг ловит себя на мысли Зина.

Внизу, под горой, разлапилась, как кошка, деревенька в три улицы, уткнувшись мордочкой прямо в речку.

Въехав в село, Зина заметила, что среди покосившихся избушек появились добротные дома, значит, деревня не умерла, а наоборот, возрождается.

По обочине важно ходят гуси, квохчут в пыли куры, в сторонке - свинья, похрюкивая, подзывает своих разбежавшихся поросят. В воздухе витает запах от коровьих лепешек, тянет дымом, видимо кто-то топит баню. Жирные мухи бьются в лобовое стекло.

Если бы не высокий бурьян на месте разрушившихся домов и вдоль дороги – вполне пасторально - библейская картинка.

– Дядя Женя жил где-то на Церковной улице.

– Твой дядя Женя, пропил давно все деньги, оставленные ему твоим отцом, и доживает свой век в канаве, если давно не умер от цирроза печени, – сварливо отозвался Илья.

– А я не верю! – повысила голос Зина.

Она всматривалась в проплывающие мимо окон дома и вдруг вскрикнула:

– Вот тот дом! Я вспомнила!

– Зина, зачем так кричать, я чуть руль из рук не выпустил!

В окошко выглянуло приветливое морщинистое лицо:

– Кого ищите, милые?

– Здравствуйте! – Зина вышла из машины.

– Здесь раньше жил мой знакомый, дядя Женя, фамилию я не помню. Не подскажете, как его найти?

– А чего его искать, на работе он.

Зина расстроилась.

– Как жалко. А где он работает?

– А ты, часом, не Крафтов дочка?

– Да, как Вы меня узнали?

– Да как тебя не узнать, Одуванчик! Женька мой про тебя все уши прожужжал: где, мол, Зинуля, как жизнь сложилась. А ты вон какая красавица выросла.

– Так, значит, он меня вспоминал? И где он работает?

– Как где, в «Ивах», конечно. Твой отец, царствия ему небесного, денег моему сыну отписал, вот он и купил турбазу. Так там и работает. Управляющего себе выписал из интернету вашего, а сам, как и раньше, сторожит да печки топит.

– А дом наш, не знаете кто купил?

– Как не знать. Писатель Синицын, Кирилл Сергеевич. Только там все запущено, Женя уж больно сокрушался по этому поводу: сидит, мол, пишет что-то, а сад пропадает, газоны не стрижены. Тьфу, интеллигенция, вишь, не до сада ему. Твой-то батюшка тоже из интеллигентов был, а за домом следил, а этот, – махнула рукой женщина. 

– Спасибо большое! Мы тогда поедем в «Ивы».

– Не хотите молочка с дорожки? Утром только подоила.

– Нет, спасибо. Может быть, на обратном пути заедем.

У Зины колотилось сердце: скоро она увидит родной дом. Она не была здесь 12 лет. Воспоминания всплывали одно за другим.

На парковке возле турбазы – несколько машин. Зина с вызовом посмотрела на Илью:

– Я же говорила, что все на месте, все работает, а ты: захире-е-ело, про-о-опил.

Девушка выскользнула из джипа и побежала по тропинке к бане, откуда вился дымок.

К ней спиной стоял невысокий седой дедушка.

– Извините, пожалуйста, Вы не подскажете, где нам найти Евгения?

Дед повернулся и севшим голосом проговорил: «Зинуля»…– Он закашлялся и часто заморгал, а Зина бросилась ему на шею.

– Дядя Женечка! Здравствуй, родной! Я тебя не узнала, – сказала Зина сквозь слезы.

Илья стоял в сторонке и вертел в руке травинку. Он жутко ревновал Зину к этому старику. Ему даже таких объятий не доставалось уже давно.