Когда отцветут одуванчики

Глава 17

– У кого это тут глазки блестят? Зинуль, ты чего так сияешь?

– Ой, дядь Жень! У меня все хорошо,– закружилась девушка.

– Чего случилось-то?

– Ни-че-го. Просто я, кажется, влюбилась.

– Ничего себе! Когда успела-то? И кто счастливчик?

– Кирилл.

– Это Синицын что ли? – нахмурился Евгений.

– Да, и что?

– Мне кажется, он не тот человек, что тебе нужен.

– А мне кажется, что это моя жизнь, разве нет?

– Твоя, конечно, просто ты такая неопытная...

– Дядь Жень, миленький мой, а как же я наберусь опыта, если все меня будут ограждать от жизни? И потом, Кирилл очень хороший, ты просто плохо его знаешь. Он такой, такой... Самый лучший! – и Зина снова закружилась вокруг Евгения.

– Лидусь, вот скажи, что Зина нашла в этом писателе?

– Ну, он воспитанный, обходительный, смотри, как увивается вокруг нашей девочки.

– А может, ты поговоришь с ней, по-женски, посоветуешь что-то.

– Женя, ей 23 года! Успокойся. Она давно не та девочка-одуванчик, которую ты помнишь. Это взрослая девушка, если ты не дашь набить ей свои шишки, она так и не научится жить самостоятельно.

– Сударыня, а не пойти ли нам на пленэр?

– Кирилл, – засмеялась Зина, – На дворе 21 век. Хватит уже этих словесных выкрутасов.

– Ок! Пойдем, на лодке покатаемся.

– На лодке? Здорово! Я тебе покажу наше с братом любимое местечко.

– Ты мне так и не рассказала, что случилось с твоими родственниками.

Зина рассказывала о семье, пока они отплывали от берега на веслах, потом Кирилл завел мотор, и уже было не до разговоров, лишь ветер, брызги, эйфория…

Зина встречалась с Кириллом уже месяц. Илья постоянно звонил, звал в Москву. Но она четко объяснила ему, что останется в деревне столько, сколько ей понадобится.

Кирилл возил Зину в ресторан, в кино. Дарил небольшие подарочки. И не переходил грани, лишь легкий как бабочка, поцелуй на прощание. Зина была в восторге. Чувства захватили ее целиком. Ничто не могло заставить ее уехать отсюда. Все, что происходило в жизни до знакомства с Кириллом, казалось неважным. 

Из дневника

20.10. 2012

«Вчера это случилось.

Мы с Кириллом долго гуляли, замерзли, а тут еще дождь пошел. Мы добежали до его дома, нашего дома, и он принял нас в свои теплые объятья, как будто только этого и ждал.

Кирилл предложил переодеться в сухую одежду, мы, смеясь, побежали на второй этаж, и тут он меня поцеловал. Поцеловал так, как никогда прежде. У меня закружилась голова, дыхание перехватило, сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Он медленно снимал с меня мокрую одежду, целуя каждый открывающийся участок тела, я таяла в его объятиях.

Я даже не заметила, когда он разделся, мы упали в кровать, и тогда я узнала, что такое настоящее счастье. Мы взлетали и падали одновременно, от чувства единения к полному опустошению.

Я так люблю его! Мне не нужна никакая Москва, я хочу остаться здесь навсегда. Мне нет необходимости зарабатывать на жизнь, а Кирилл пусть пишет свой роман. Мы закроемся от всего мира и будем счастливы только вдвоем». 

– Зинаида, а на какие средства Вы живете, позвольте полюбопытствовать? – как-то между постельными утехами спросил Кирилл.

– Папа оставил мне кое-что. А с какой целью Вы интересуетесь, сударь? – подыграла Зина.

– Просто интересно. Говоришь, что училась в Англии, а зачем, если три месяца сидишь на шее у дяди? Или про учебу ты так, для красного словца сболтнула?

Зина оскорбилась.

–Ты с ума сошёл? Да ты знаешь, где я училась?

3 года в CityUniversity, бакалавриат, журналистика.

Еще год в University of Cambridge, магистратура по управлению бизнесом.

И еще год в Cranfield University, также магистратура по управлению финансами.

И ни на чьей шее я не сижу! У меня есть средства к существованию.

- Ладно, Зин, не дуйся. Я просто хотел узнать: мне досталась бездельница или ты - невеста с приданым! - Кирилл обнял девушку и хотел поцеловать, но Зина отвернулась. Ей показались обидными его предположения.

– Котенок! Перестань сердиться.

– Если ты такого мнения обо мне, я вообще могу уехать.

– Ты не права. Я же должен знать, кого беру в жены.

Зина обернулась, слезы готовы были пролиться из глаз, но от неожиданности они куда-то пропали.

– В жены? Ты сказал в жены? Это что, предложение?

– Это просто разведка, – улыбнулся Кирилл. – Предложение я буду делать по всем правилам: с кольцом и просьбой благословения у твоего дяди.

– Так-то он мне не дядя, – растерянно пробормотала девушка.

– На самом деле мне нет разницы: дядя - не дядя, есть приданое - нет приданого. Я просто тебя люблю. И, надеюсь, когда я приду с официальным предложением руки и сердца, ты не откажешь мне, бедному писателю.

– Кирилл! Как ты можешь сомневаться? Я так тебя люблю!

Прошёл месяц с того памятного для Зины разговора. Кирилл не торопился с официальным предложением.

– Ты что, пошутил, когда говорил о свадьбе?

– Что за глупости! Как это пошутил? Просто не считаю, что нужно торопиться, надо подготовиться, как следует. Мы с тобой практически не расстаемся, у меня не было возможности даже купить кольцо.

– Милый, теперь тебе предстоит ускориться.

– А что изменилось? – спросил Кирилл, перебирая листы бумаги на столе, его напрягало, что он не написал ни строчки за последнее время, а сроки сдачи романа неумолимо приближаются.

– Кое-что изменилось, хватит возиться с бумажками, иди ко мне.

– К твоему сведению, это не просто бумажки, это рукопись, – раздраженно проворчал Кирилл.

– О, извините, Мастер! Но у Вашей Маргариты есть новости. Если, конечно, Вам интересно, – Зина насупилась и отвернулась к окну.

– Хорошо. Я к Вашим услугам, сударыня, – Кирилл сел на подлокотник кресла, в котором съежилась девушка.