Когда подруга - призрак

Глава 1.

Пожалуй, эта история началась два года назад, когда я познакомилась с Бернардой. Вернее, тогда она еще не имела своего имени и была несчастной, всеми покинутой.

Мы с классом ездили на экскурсию в музей, и там я заметила ее. Нет, привидений я видела и раньше, еще с младенческих лет, но прозрачный облик зареванной толстушки лет шестнадцати с пустым взглядом заставил мое сердце дрогнуть. Я подошла к ней и протянула руку дружбы:

– Привет! Я Влада. А тебя как зовут?

Одинокое привидение жалостно вздохнуло, глядя на мою ладонь.

– Не знаю… Не помню… – пробормотало оно и разрыдалось.

Я растерянно слушала ее всхлипы, не понимая, чем могу помочь.

– А как тебя называют друзья? – предприняла я еще одну попытку познакомиться.

Призрачная толстушка потерла кулачками глаза и сообщила, что уже много лет бродит по этажам здания, и никогда не встречала других привидений. А люди ее просто не замечают.

– Бедненькая, – накатила на меня волна сочувствия. – Тогда давай я буду тебя называть Бернарда! Нравится?

Толстушка пожала плечами.

– Это лучше, чем быть безымянной, – согласилась она.

– Вот и отлично! – обрадовалась я, что новая знакомая оказалась такой непривередливой. – Бернарда – звучит!

Согласитесь, я ведь не могла бросить Бернарду грустить в музее. Поэтому я стала часто ее навещать. А потом – удивительное дело! – мы обнаружили, что Бернарда вовсе не привязана к этому зданию. И призрак девушки стал следовать за мной по пятам.

Вот так два года назад у меня появилась первая в жизни лучшая подруга. Мы никогда не расставались. Берни всегда была рядом: и в магазине, и на прогулке, и даже в школе. Последним я пользовалась без зазрения совести. Подруга в любой момент могла подсмотреть в тетрадях у отличников правильный ответ и подсказать его мне. Здорово, правда? Иногда я даже радуюсь, что другие люди не видят призраков. Хотя родиться с подобными способностями не так чудесно, как может показаться с первого взгляда.

Когда я была маленькой, то считала, что разговаривать с привидениями – это нормально. Я думала, все так делают. Но потом дети из соседних домов стали обзывать меня врушкой и «кукушкой». По аналогии, что «кукушка» поехала. Юмористы. Мама и папа тоже не восприняли мои рассказы всерьез. И я замкнулась в себе и перестала поднимать эту тему.

Друзьями с той поры я так и не обзавелась. По крайней мере, живыми. Но я не жалею. Разве это дружба, когда тебя не принимают таким, какой ты есть? Когда не можешь открыто выражать свои мысли и эмоции?

Другое дело – Бернарда. Она всегда поддержит и поймет. И я точно знаю, что в любой ситуации она будет на моей стороне. Берни настоящая и искренняя.

С деньгами у нас проблем нет. Живем в своем доме, пару раз в год ездим отдыхать за границу. Понятное дело, есть люди еще успешнее. Однако мои родители так много работают, что иногда я думаю, уж лучше бы мы были беднее, но дружнее.

В общем, в свои пятнадцать почти все свободное время я провожу не на тусовках, не в компании сверстников, а в мастерской. Я рисую, и рисую, и рисую… Папа говорит, что художник – низкооплачиваемая профессия, и лучше бы я изучала программирование. Но ему некогда меня переубеждать. Так что я планирую стать иллюстратором.

Больше всего я люблю смешанные техники. Например, акварель и линеры – это вроде гелевых ручек. Еще люблю пастель – не путать с кроватными принадлежностями! У меня есть мольберт, но, честно говоря, я чаще творю за обычным столом. Почему-то мне так удобнее.

Кстати, когда мы подружились с Бернардой, я была настолько счастлива и вдохновлена, что решилась поговорить об этом с мамой. Она сперва долго молчала, потом сказала, что больше никогда не хочет слышать таких отвратительных историй из моих уст. Я должна быть взрослее и прекратить, наконец, сочинять всякую ерунду. Для моего же блага.

Бернарда в этот момент была в метре от родительницы. Что я почувствовала – словами так просто не описать.

Иногда коварная Муза пинками выталкивала меня из кровати в выходной день в шесть часов утра. Если какая-то идея проникала в мою лохматую спросонья голову, лежать на одном месте было сложно. Все равно что отмахиваться от пчел руками в меду.

Вот и в тот день босиком, в пижаме, я побежала в мастерскую.

О мастерской следует рассказать отдельно. Это мое любимое место в доме. На крыше-потолке – окна, вдоль стен – стеллажи с книгами по рисованию, альбомами с комиксами и разными сказками, которые меня вдохновляли. После рисования, чтение – второе мое увлечение. Я читала так много, что сама понимала – это не к добру.

В общем, в этот раз я попыталась нарисовать красивый пейзаж в романтичных утренних тонах. Попыталась, потому что вдохновение и Муза – это одна история, а руки не из того места – другая. Обломиссимо.

Я размазала пятно на листе, которое должно было быть нежного чистого оттенка, но получилось грязного. Хмыкнула, отложила кисточку в сторону и откинулась на спинку стула. Картина определенно не удалась, а спать ложиться уже не хотелось.

– На сонную голову хорошие дела не делаются, – буркнула я. – А ведь могла поваляться под одеялом...