Когда подует южный ветер

Глава 1

Я перевернулся на цветастом, но уже изрядно протёртом на топчане, и яркий свет лампы ударил мне в глаза. На самом деле он был не таким уж и ярким, а скорее холодным и приглушённым, но я сейчас был в том состоянии, когда любой источник света резал мои зрачки почище электрической дуги сварочного аппарата.

Лампа… Светящийся не пойми как шарик. Я попытался улыбнуться. Когда-то я думал спереть несколько таких штуковин вкупе с другими, утащить на Землю и продать по хорошей цене какой-нибудь технологической компании, а то и самому попробовать замутить небольшой такой, но очень прибыльный бизнес, пользуясь технологиями этого мира. Когда-то думал. Очень-очень давно. Можно сказать, в другой жизни.

Ох и сколько же времени утекло с тех пор, сколько всего изменилось, и как перевернулась моя собственная жизнь с ног на голову, когда я узнал, что существуют другие миры. Бог знает, где находящихся, но точно существующих. И что на Земле на самом деле он них прекрасно были осведомлены, но только те, кому это положено по долгу, так сказать, службы. И что я неким образом связан с теми людьми, которые когда-то построили военную базу - да что там базу! – практически настоящий город, неподалёку от места, что неведомым мне образом соединяло оба наших мира.

С тех пор я лишь убедился в том, что я не просто так очутился здесь, а что всё это была игра, задуманная моим покойным (покойным ли?!) отцом. К тому же он оказался тем ещё специалистом по переписыванию памяти, из-за чего я порой вообще сомневаюсь в том, кем являюсь в реальности. Относительно удачливым предпринимателем Вадимом, агентом неведомых спецслужб, который даже сам не знает, что он агент, или ещё кем-то? Ведь память то и дело подкидывала мне всполохи событий, о которых я настоящий толком ничего и не знал. И это не считая того, что я оказался в совершенстве владеющим языком сайхетов, и сносно ещё парой-тройкой местных диалектов.

Но главное… главное то, что обретя смысл и цель в жизни, когда повстречал Айюнар, я её почти сразу потерял. Совсем. Она погибла, и это событие разъедало меня изнутри, заставляя щемить за грудиной.

Нет, я не видел её тела. И никто не видел. Но после того, что произошло на моих глазах, верить в то, что она каким-то чудесным образом оказалась жива, было сравнимо с верой в то, что кто-то выжил, шагнув в жерло действующего вулкана.

Вот такие дела, господа и товарищи, такие дела.

Я зажмурился, закрываясь рукой от источающего свет белого шарика, и это вновь вызвало в памяти смутное движение, некий образ, который, как бы я ни старался его захватить, всё время ускользал от меня. Словно кто-то меня окликает, пока я сижу на песчаном пляже под ярким солнцем, я оборачиваюсь на как будто знакомый голос, но образ тает, ускользает как песок сквозь пальцы. Рассеивается, оставляя тебя с нудным чувством чего-то важного, что ты не можешь никак вспомнить.

Чёрт! Снова! Сколько можно?! Другой бы на моём месте давно бы загремел в психушку, илежа на больничной койке с блаженной улыбкой на физиономии, пополнил бы ряды потребителей галоперидола.

Если какие-то ответы на все мои вопросы и есть, то они находятся в городе у гор. На старой военной базе наших пограничников. Вот только какая-то неведомая сила, что обычно зовётся непреодолимыми обстоятельствами, с каждым днём уводила меня от него всё дальше и дальше.

Оттолкнув валик, который тут был вместо подушки, я с трудом принял сидячее положение, поборов приступ тошноты. Откуда-то, судя по всему с меня, упала книга в цветастом переплёте и с позолоченным обрезом. Сайхеты любят украшать свои книги, пускай они уже очень давно стали не более чем утилитарным предметом повседневной жизни. Электронных книг у них сейчас ничуть не меньше, чем бумажных. Почти, как у нас. Всё почти, как у нас.

И что бы ты увидела, Айюнар, попади в мой мир? На что ты надеялась? Думала, что наш мир лучше? Разочарование от мечты, которая сбылась, но не оправдала надежд, может оказаться пострашнее разочарования от мечты которая так и осталась мечтой.

Мой взгляд скользнул по обложке книги.

«История сайхетов. Критический взгляд со стороны», автор такой-то из народа такого-то, - прочитал я заголовок. Произнести слова вслух я не решился, так как даже мысли причиняли мне боль. Не хотелось думать. Не хотелось шевелиться, не хотелось ни-че-го. Разве что, разве что…

Где-то рядом был серебряный кувшин с энсутом. Надо срочно выпить хотя бы глоток, иначе дальнейшее моё существование могло ознаменоваться огромным знаком вопроса. Оно, конечно, моё существование, может, уже и не имело никакого смысла, но воли окончить его более радикальным способом мне не хватало, увы.

Должно быть, узри Айюнар меня в таком состоянии, а тем более сумей она прочитать мои мысли, она, не удивлюсь, сильно пожалела бы, что вообще связалась со мной. А сумей она вернуться в прошлое, то и вообще бросила бы меня подыхать от жажды под испепеляющим солнцем пустыни, решив, что так будет лучше для выполнения никому не нужного Договора, заключённого когда-то между людьми и сайхетами.

Где же проклятый кувшин? Или это была бутылка? Зелёная такая. Да, это была бутылка! Где же она?!

А, вот она, моя родненькая!

Звук пробки вытащенной из горлышка умелым движением. Надо же руки даже не дрожат. Странно. Ну, скоро будут.

Звук выливающейся в бокал из бутыли густой тёмной жидкости. Терпкий аромат настойки дотянулся до моих ноздрей.

Звук глотка. Обжигающая жидкость пробежала по пищеводу и упала в желудок, наполнив его теплом.

Как хорошо, что у нас, у людей из мира Земли, почти такой же метаболизм, как у сайхетов, и алкоголь действует на нас аналогичным образом. Просто замечательно!

Или плохо? Может быть и плохо. Я снова улыбнулся. Всё в этом мире относительно. Вечная теория относительности выражена в теореме полупустого стакана. Или наполовину полного. Вот так вот!

Энсут более всего напоминал по крепости и вкусу старый добрый абсент, хотя, конечно же, имел свои отличительные нотки и особенности, описать которые известными терминами было затруднительно.