Когда подует южный ветер

Глава 2

Если вы думаете, что я вот так взял и сорвался с места, гонимый жаждой мести и поиском совершенно мне незнакомого ребёнка, то вы сильно и сильно ошибаетесь.

Начнём с того, что энсут не та вещь, которую можно просто так взять и выбросить из головы. Похоже, что кроме классического крепкого алкоголя он содержит в себе ещё некие психоактивные вещества, которые и заставляют быть с его употреблением крайне осторожным. Недаром в некоторых землях на его производство и торговлю наложен строгий запрет.

Буду честен, я пил ещё несколько дней, пока Айна уговаривала, а то и угрожала приютившим нас бандитам. Меня она уговаривать бросила, предоставив мне самому решать свою судьбу.

Уж не знаю, какие она нашла аргументы, но от нас всё-таки отлипли и даже сообщали обо всех проходящих поблизости дайхетских патрулях. Видать, Айна знала, чем их можно побольнее прижать, что те опасались просто так взять и сдать нас новым властям. Недаром ближе неё из числа слуг у Айюнар никого не было.

Что интересно, как она мне потом сообщила, почти в каждом отряде дайхетов был офицер от нимейцев, который зачастую не просто наблюдал, а непосредственно отдавал приказы. Получается, что союзники по госперевороту не доверяли друг другу. Ещё бы! Где находится Нимей-Шаут, а где Сайхет-Дейтем! Перебросить значительные силы на юг нимейцы либо не хотели, либо не могли, ограничиваясь отдельными офицерами и малочисленными отрядами особого назначения, которые, впрочем, тоже предназначались больше для контроля над дайхетами, чем для участи в крупных боестолкновениях с соединениями сайхетов и их союзниками.

Вот такие пироги, как говорил один киногерой. В нашем случае союзнички. Власть захватить захватили, но друг за другом смотрят глаз да глаз, чтоб кто чего не лишнего не натворил. Или не отжал.

Что же касается меня, то я сутки отмучавшись жутким похмельем, наконец, вышел ночью на свежий воздух и впервые за много дней посмотрел на ночное небо. И понял, до какого зловонного состояния я довёл себя и подвал, в котором обитал всё последнее время. Контраст меду спёртым воздухом подвала и легким ночным ветром был разителен настолько, что у меня закружилась голова. Хотя да, это могли быть последствия алкогольной интоксикации, тут спорить не буду.

И, тем не менее, я оглядел окрестности – несколько приземистых строений где-то в пустыне, рядом небольшой оазис, обрамлённый метёлками здешних пальм, каменистая почва под ногами, - задрал голову и посмотрел в небо.

На небе среди звёзд сиял Цветок Ночи, и меня вновь затрясло и захотелось нажраться до беспамятства, чтобы забыть и больше никогда не вспоминать. У меня не было настоящих отношений на Земле, а когда они появились в другом мире, который даже неизвестно где находится, то моя любовь оборвалась самым трагичным образом, когда Айюнар погибла на моих глазах.

И я понимал, что то, что я не видел её тела, по большому счёту ничего не меняет, это лишь жалкие попытки сознания удержаться на плаву и сохранить хоть какой-то смысл для моего существования.

Её больше нет. Никто не выживет, упав с такой высоты. Тем более, получив несколько пуль в сердце. Жилета на ней не было, это я знаю достоверно. Но безжалостная логика состоит в том, что даже будь она облачена в бронежилет, никто не может выжить, упав с такой высоты. А тело… Тело могли найти и утащить пособники Даута, нимейского наёмника, который много лет назад смог каким-то невероятным образом втереться в доверие к Айюнар.

Да там, и без него неразбериха была полнейшая, так что нет, Айюнар мертва. А я жив. И надо прекращать это падение в бездну, которую, признаю, я сам перед собой и разверз.

Я попытался взять себя в руки и стряхнуть проклятую петлю энсута, которая с удовольствием затягивалась на моей шее, одурманивая меня с каждым днём всё сильнее и сильнее.

Айюнар, Айюнар… как же так? Однако, готов поклясться, что ты не хотела бы видеть меня таким. Так стоит ли разочаровывать хотя бы тот образ, что остался от тебя в моей памяти? Надо как-то побороть жалость к себе, переработав её в ненависть к врагам. Ведь если ты будешь ничего не делать, то враги в итоге будут каждую ночь ложиться спать, как ни в чём ни бывало, не боясь того, что они могут не проснуться.

Похоже, что я начал рассуждать как местный. Докатился, подумал я и шмыгнул носом. Интересно, как там Даут. Ищет меня? Наверняка ищет, этот хитрый жук не успокоится, пока не удостовериться, что я мёртв, или пока я не попаду к нему в руки.

Вопрос в том, что он решит делать со мной, во втором случае: отдать меня странникам (понять бы ещё зачем), или наоборот использовать против них? Это если я соглашусь. А если нет? А если нет, то может отдать меня на опыты, чтобы понять, почему я могу их видеть, а местные нет. И не факт, что после всех опытов я останусь жив, или в своём уме.

Я огляделся. Вокруг в этот никого не было. Только где-то за домами пыхтели тягловые животные. Неужели нам на них предстоит двигаться дальше?

Ладно, хватит торчать у всех на виду, пускай в поле зрения никого и не заметно. Если уж у стен бывают уши, то почему бы не быть и глазам. Как минимум у соглядатаев тех, кто предоставил нам это убежище. Да и не хочется подставлять Айну, которая напомнила мне, что выходить опасно, но, видимо, узрев, что я продолжил пить энсут, лишь устало покачала головой, когда я её оттолкнул.

Спустившись по ступенькам в подземелье (в нос опять ударили алкогольные испарения и запах немытого тела, понятное дело, моего), я вернулся в комнату, а вернее подпольный склад, где прятался всё это время.