Когда погаснут все огни. Книга 1.

15

– Мин Бао, вперед!

Крик Цзян Шуцзин эхом раздавался по всей спортивной площадке.

– Мин Бао лучше всех!

Мин Бао подбросил мяч в воздух и попал прямиком в баскетбольное кольцо.

– Лучший! – крикнула она, отправляя чипсину в рот.

– Только вперед!

Все ее внимание было направлено на чтение очередного романа по подписке. Но в этот раз это был подарок от Мин Бао в счет погашения задолженности по спору. Из вредности Шу выбрала самый дорогой роман и теперь наслаждалась им. Пока она жалела собственные деньги на его покупку, успели выйти все главы.

Ван Анъин шла вдоль спортивной площадки, навстречу подруге. Мин Бао и Шуцзин она заметила сразу.

Не потому, что их души связаны и она найдет их где угодно.

Нет. Все было куда проще. Просто больше здесь никого не было. А еще крики Цзян Шуцзин были слышны едва ли не на другой стороне школы – уж слишком звонким был ее голос.

Цзян Шуцзин сидела на трибуне, закинув ногу на ногу, и даже не смотрела в сторону баскетбольной площадки. Но это не мешало ей выкрикивать различные кричалки. Для полноты картины ей не хватало лишь пары ярких помпонов. Зрелище стало бы в разы интереснее.

– Что здесь происходит? – спросила Ван Анъин, подсаживаясь к ней.

– Мин Бао сбрасывает напряжение перед встречей двух школ. Иначе он попросту прибьет Хэ Синьчжоу.

– А что случилось? – девушка присела рядом.

– Вчера Мин Бао хорошенько побил Хэ Синьчжоу и его дружков. Взорвался словно кола, в которую попала конфетка ментоса.

На лице Мин Бао действительно красовался большой синяк.

— Так он уже должен был остыть?

— Он сказал, что заводится при одной мысли о нем.

— Звучит странно…

— Очень, — хохотнула Шуцзин.

— А из-за чего они подрались?

— Конечно, из-за меня, Ван Анъин, это же очевидно. — И взгляд такой осуждающий.

Глаза А-Нин округлились в удивлении. А потом она вспомнила про мнимую девушку Мин Бао и ее беременность, и ее сразу отпустило.

— Благо, случилось это рядом с больницей, поэтому пострадавших быстро госпитализировали.

Откровенно говоря, Мин Бао играл из рук вон плохо. Он забивал мяч в кольцо только после нескольких попыток. Но это не мешало Цзян Шуцзин окружать его поддержкой.

Ван Анъин видела, как от ее слов на лице юноши расплывалась улыбка, от которой и ей самой становилось приятно.

Взаимоотношения Шу и Бао были действительно интересными.

— А мы не опаздываем? — спросила А-Нин, глянув на время.

— Не опаздываем, а задерживаемся, — продолжая читать, ответила она и затем крикнула, от чего Ван Анъин чуть не подпрыгнула:

— Мин Бао, ты молодец!

— Как ты узнала, что он забил, если ты смотришь в телефон?

— Я могу показаться максимально незаинтересованной, но это не значит, что я не вижу и не слышу.

Услышанное поразило Ван Анъин, но развивать тему не стала.

Вскоре подошел вспотевший и усталый Мин Бао.

Бисеринки пота сверкали от весеннего солнца на его лбу. Глядя на него, Шу молча встала и стала мягко стирать капли манжетом. Одна, особо нетерпеливая, решила скатиться по щеке вниз, по шее, но и она не укрылась от Шу.

— Успокоился?

При этом, пока подруга выполняла все эти действия, Мин Бао пристально смотрел на Шу. Так, будто она была его ответом на многие вопросы.

— Нет, — тихо ответил Мин Бао.

И не понятно было, отвечал он на заданный вопрос или на то, что было у него в голове.

Наблюдая за ними, Ван Анъин невольно почувствовала себя неловко. Она просто хотела встретиться с друзьями и вместе пойти на репетицию, но вместо этого получила добрую порцию "собачьего корма".

Жизнь действительно несправедлива.

В малом зале уже собралась приличная толпа.

В этот раз все стулья убрали, чтобы учащиеся наконец занялись делами, а не просиживали свои штаны. Никто не подумал, что они могли бы с тем же успехом сидеть и на полу.

Теперь помимо учителя У, в зале дежурили еще несколько, чтобы предотвратить драки между враждующими учениками.

Но тут учитель У ошарашил их новостью, что концерт пройдет после главного экзамена и на него пригласили не только администрацию школ, но и некоторых представителей городской администрации. Мероприятие готовилось масштабным.

Ученики, до этого наплевательски относившиеся к запланированному мероприятию, воспрянули духом. Все же не хотелось опозориться перед такими гостями.

Учитель У не забыл о том, что поручил поставить танцевальный номер Хэ Синьчжоу и Цзян Шуцзин.

Он поставил их в дальний угол, чтобы они не мешали другим выступающим, а сам вернулся на сцену для координации остальных групп учеников. Кто-то решил петь сольно, кто-то ставил групповой танец. Мин Бао находился рядом с ним, но его взгляд неотрывно следил за Шу. И ему решительно не нравилось то, что он видел.

Сама Шуцзин возмущенно взирала на своего партнера по танцам.

– Кто просил тебя расти таким большим? – прошипела она.

– До тебя никто не жаловался, – с странным выражением лица ответил Хэ Синьчжоу.

– А вот я жалуюсь!

– Можешь отправить письменную жалобу моей матушке, думаю, она оценит, – съязвил юноша, делая шаг навстречу к ней.

– Этой бедной женщине, что родила такого быка, стоит только посочувствовать.

– Ты назвала меня животным?!

– Заметь, – подняла руку Шу. – я ничего не говорила, ты все додумал сам.

– Я сам себя назвал быком?

– Ты сам себя назвал животным.

Хэ Синьчжоу не придумал ничего лучше, чем пнуть стену, чтобы выпустить свое разочарование. А Цзян Шуцзин не могла скрыть своего сомнения и по поводу партнера по танцу, и по поводу всей этой затеи.

Говоря откровенно, когда они стояли так близко друг к другу, они выглядели очень комично. Цзян Шуцзин едва дотягивала до плеча Хэ Синьчжоу и выглядела на его фоне как маленький ребенок. Парню приходилось говорить с ней сильно сгорбившись.

Мин Бао тоже был высоким парнем, но несмотря на это, они с Шуцзин выглядели на удивление гармонично. Возможно, из-за того, что комплекция Мин Бао не была столь внушительной, как у Хэ Синьчжоу, и его рост был чуть меньше.