Когда погаснут все огни. Книга 1.

20

Весна близилась к своему концу, уступая место знойному лету. И уже сейчас, в конце мая, погода стояла довольно жаркая. Лишь в тени дул приятный ветерок.

В учебных классах было не просто жарко, но и очень влажно.

Класс, в котором проходили занятия у Шу и Бао утром, нагревался настолько, что им приходилось плотно занавешивать окна, чтобы не изжариться на солнце. Тогда как уже после обеда здание уходило в тень и становилось прохладно. В такие моменты проходила нешуточная борьба за место у открытого окна.

Сегодня эту битву выиграл Мин Бао. Он любезно предложил Цзян Шуцзин пересесть, но девушка решила не бросать Ван Анъин, которая не переставала заниматься сутками. Хотя А-Нин вряд ли заметила бы отсутствие Шу. Она и так была тихой, но сейчас вообще перестала подавать признаки жизни.

Из-за последних учебных дней преподаватели не так строго следили за учениками, отсюда и пошло такое хождение по классу. Бывало, что они и вовсе не приходили, оставляя ученикам время на самоподготовку.

Да и занятия, которые все же проводились, были в основном направлены на подготовку к главному экзамену, отчего половина учителей просто не приходили на занятия.

Сейчас был длинный перерыв между уроками, поэтому большинство учеников находились вне класса.

Лишь несколько человек остались, чтобы немного отдохнуть.

Мин Бао возвращался из школьного магазинчика с двумя баночками холодного кофе и молочного чая.

Разумеется, последнее он нес Ван Анъин. Только она могла пить такие странные напитки, причмокивая от удовольствия. Сами Мин Бао и Цзян Шуцзин безумно любили кофе и попросту не принимали и не понимали других напитков.

Больше всего эта жара действовала на него. Будучи человеком, любящим холод, он буквально задыхался. Каждое лето было для него пыткой. Бесконечные холодные души, кондиционеры, и он с огромным трудом доживал до осени.

Осень в их городе наступала резко, даже немного раньше положенного времени.

Войдя в класс, он обнаружил мирно спящую Цзян Шуцзин. Больше в классе никого не было.

Она сидела за своим столом, аккурат возле стола Мин Бао, и спала, подперев голову рукой. Мин Бао испугался, что она может удариться лбом, уснув слишком крепко, поэтому положил ей на стол свою толстовку. Это могло хоть как-то смягчить удар в случае чего.

Будить ее не хотелось.

Все же последние дни были действительно напряженными перед экзаменом, а лишние пару минут сна еще никому не вредили.

Засунув кофе в свой рюкзак, он сел за свой стол у открытого окна.

Мин Бао медленно оглядывал класс, но его взгляд то и дело возвращался к одной конкретной девушке.

Он, поняв, что для борьбы с самим собой не хватает сил, расслабился и полностью отдался буре чувств внутри себя. Смысла что-то отрицать уже не было смысла.

Бао спокойно смотрел на спящую Шуцзин и не мог оторвать взгляд. Темные волосы, обрамлявшие ее красивое лицо, небрежно растрепались, создавая ощущение легкости. Сейчас они были распущены, и легкий ветерок слабо развевал их. Маленькая ресничка упала на щеку, и с огромным трудом он сдержался, чтобы ее не убрать.

Мин Бао очень хотелось провести по ее волосам рукой, пропустить мягкие пряди сквозь пальцы, вдохнуть запах.

От нее всегда пахло сочными гранатами вперемешку с цветами пиона.

Интересно, видела ли она сейчас сны? Если да, то какие?

Ему хотелось смотреть этот сон вместе с ней.

Сам того не заметив, Мин Бао уснул.

Резкий звук падения вывел Цзян Шуцзин из легкой дремы. Она медленно открыла глаза и огляделась, все еще находясь в полусонном состоянии. Возле нее лежала толстовка. Подняв ее, она повесила на соседний стул.

Мин Бао спал, повернувшись к ней лицом. Его стол находился у открытого окна, которое в свою очередь было напротив вишневого дерева. Сейчас был самый сезон цветения, и весенний ветерок задувал розовые лепестки в класс.

Вся голова Мин Бао оказалась усыпана нежными лепестками вишни. Цзян Шуцзин невольно залюбовалась. Сама не замечая, она потянулась к нему, чтобы убрать лепестки, но в последний момент передумала, решив оставить. Он выглядел необычно красиво.

Лицо Мин Бао казалось таким спокойным, что ей не захотелось нарушать его покой. Даже во сне он казался сосредоточенным и задумчивым, но в этот раз легкая улыбка отражалась на его лице.

Будь Шуцзин художницей, она непременно написала бы его портрет. Но, к сожалению, искусство было не для нее. Все, что ей оставалось, — сделать пару снимков на свой телефон.

Разумеется, об этом фото никто не узнает.

Цзян Шуцзин почувствовала, как в ее сердце глубоко вонзают пулю.

Нынче купидоны уже не носят стрелы?

Иначе как можно объяснить странный трепет, возникший в груди, так резко, словно выстрел?

Тягучее, ноющее ощущение, будто ей чего-то не хватает.

Желание прикоснуться к этому парню стало невыносимым.

Разве то, что она сейчас чувствует, можно отнести к дружбе?

Разве так относятся к друзьям?

Разве это не любовь?

Но как она могла любить его?

Вдруг ей вспомнилась неделя, когда Мин Бао уехал на неделю в учебный лагерь. Тогда ей показалось, что жизнь потеряла все краски, в одно мгновение став серой и безжизненной. Тогда она списала все на простую скуку. Но теперь было понятно, что она попросту скучала. Скучала по этому парню, который стал для нее не только другом.

Возлюбленным…

Именно он добавлял яркие краски в ее жизнь.

Шуцзин прикрыла глаза, не в силах осознать эту пугающую истину.

В какой момент он перешел из друзей в другую категорию?

— Мин Бао, — прошептала она едва слышно. — Я хочу разрушить нашу дружбу. Ты не будешь против?

***

По пути домой Цзян Шуцзин была на удивление молчалива. Такое случалось крайне редко, поэтому это насторожило Мин Бао.

Даже Вэй Линь и Ван Анъин, которые были не так близки, как Бао, заметили что-то неладное. Но они оставили этот вопрос на Мин Бао. Все же они знали друг друга лучше, чем кто-либо.