Когда позовет лес

Глава 7

“Ходит мимо, глядит мимо, туман глаза застил. Но кровь чувствует кровь, плоть к плоти тянется. Возьми ягодок, Леся. Вкусные ягодки, красные…”

Она оглядывается, но в молочной пелене не видит даже собственных рук. Мертвую тишину прорезают только крики воронья и уханье совы. Холодно.

“Останься сердцем земли нашей. Отпей из озера, вкуси ягод”, — снова раздалось из тумана. И лоб покрылся испариной. Ей было страшно.

“Сделай шаг еще. Один лишь шаг еще…”

Голоса продолжали звучать со всех сторон, не давая сердцу успокоиться. Пульс стучал в висках, перекрывая даже эти заполошные речи.

Она завертелась на месте, стараясь разглядеть того, кто шепчет. Но в мутной пелене не было видно ничего.

“Ступай за мной, девочка. И камень упадет с сердца. Предательство забудешь. Одиночество забудешь. Свободной станешь”.

И вдруг и правда захотелось пойти за голосом. Туда, где любят и не обидят. Туда, где не предадут.

“Ступай за мной, Леся. Скоро петухи пропоют. Смоет утро горести и печали. Лесу ты обещана. С Лесом и останешься”, — услышала вдруг она голос бабушки.

Услышала и пошла за ним.

Туман медленно расступался, и она уже видела легкие очертания бабушкиного покосившегося дома, оплетенного виноградными лозами и плющом. Рядом с деревянной лавкой и крыльцом раскинула ветви черная смородина. А на лавке сидела бабушка. Старческие узловатые пальцы размеренно двигались вместе со спицами, которые держали. У ног лежала корзина с пряжей. Тепло. Уютно. Светло.

Здесь нет предательства и одиночества.

Она улыбнулась и заторопилась вперед.

— Стой.

Туман вдруг снова начал сгущаться. Она оглянулась, не понимая, что происходит.

— Стой, Леся.

Спокойный и твердый мужской голос. Зовет ее по имени. Он ее знает?

— Закрой глаза и протяни руку вперед, — произнес все тот же голос.

“Ага, как же, — подумала она, — бабушка всегда говорила, что с чужими разговаривать нельзя”. И тут же попыталась разглядеть ее в тумане. Не получилось, но она знала — всего несколько метров до калитки осталось, можно дойти и в тумане, на ощупь.

— Стой!

И в плотной дымке перед глазами вдруг вспыхнули два золотых глаза с вертикальным узким зрачком. Она отшатнулась в испуге. Где это видано, чтобы у человека были такие глаза? Или это не человек? Зверь? Или нечисть?

“Не слушай его, девочка. Ступай за мной”, — опять послышалось из тумана. И голос этот, вторимый многими голосами, раздавался словно со всех сторон.

— И куда же мне ступать? — как-то растерянно спросила она у тумана.

— Ко мне, Лисенок. Ступай ко мне.

А потом чьи-то сильные пальцы схватили ее за запястье. Рывок, и она резко выдохнула, даже не успев испугаться.

Темная комнатушка. Под спиной твердая лавка. Напротив — свет от экрана смартфона и Егор. Он держит ее за руку большой теплой ладонью, а в медленно зеленеющих глазах постепенно гаснут золотистые искорки.

— Что… — дыхание перехватило от запоздалого страха. — Что это было?

Егор отпустил ее руку и отодвинулся на край лавки.

— Это ты мне объясни. Я так понимаю, новые глюки?

Оказалось, что Егору не спалось, и он встал подбросить дров в печь. Погрелся у печи, погрыз яблоко и решил уже снова ложиться, когда услышал слабый стон.

За окном завывал ветер, бросая в ставни листья, сучки и мелкий песок. А Олеся заворочалась на узкой лавке из стороны в сторону. И Егор бы не обратил на это никакого внимания — ну, мало ли, какой сон приснился — если бы вдруг в щели между ставнями и под дверью в комнату не начали просачиваться струйки тумана. Они, как длинные руки, заползали внутрь избушки и тянулись к Олесе, окутывая ее собой.

— Вот я и понял — снова Лес чудит, надо спасать.

Олеся обхватила себя руками, зябко поеживаясь, и огляделась в страхе.

— Нет, не бойся. Тумана больше нет.

— Но как ты смог меня вытащить?

Егор в ответ лишь пожал плечами и почесал затылок, растрепав волосы.

— Да не знаю я. Сначала пробовал просто тебя будить, но ты не просыпалась. А потом вдруг начала во сне разговаривать. Я туман этот как только разгонять ни пытался — не сработало. Тогда сам в него нырнул и за руку тебя взял. Тут ты и говоришь: “И куда же мне ступать?” Ну я и ответил. А потом еще крепче тебя за руку схватил и дернул, чтобы хоть немного из этого туманного кокона выдернуть. Ну ты и очнулась.

— Это что же… — нервно подрагивающие пальцы принялись дергать кончик косы. — Нам теперь и в избушке небезопасно?

— А разве когда-то было иначе? — вопросом на вопрос ответил Егор.

Она пытливо всмотрелась в его глаза и вдруг спросила прямо:

— Егор, что с тобой в лесу случилось. Тогда, когда ты ногу подвернул?

Он дернулся, как от удара, и на миг опустил глаза в пол. По сердцу разлилось нехорошее предчувствие. Оно пахло горькой рябиной и влажной болотной тиной. Казалось, что в доме даже похолодало.