Когда придёт время

Письмо двадцать третье

Новый год приближался с космической скоростью, и я не замечала, как растворяются под воздействием времени наши дни, исчезая в дымке под названием «прошлое». Я была счастлива и наконец-то проживала каждый миг, не торопя его… Хотя, вру. Когда тебя не было рядом, я ждала минуту, когда мы снова окажемся вместе, и только когда это происходило, ощущала себя счастливой на сто процентов.

Каким-то «волшебным» образом за неделю до Нового года я ухитрилась заболеть. Может быть, из-за того, что хожу без шапки, хотя ты уже неоднократно делал мне по этому поводу замечания и даже однажды натянул какую-то страшненькую, совершенно мне не подходящую и слишком большую ушанку - из своего арсенала, наверное. Я посмеялась и отбросила её на заднее сиденье машины.

А сейчас мне совсем не смешно. Болит горло, слезятся глаза и лупит температура. Вчера была тридцать девять, сегодня немного легче…

Ты позвонил мне вчера вечером и, узнав, что я разболелась, трогательно меня поддержал, настроив на то, что я должна поправиться за пару дней. Ведь в такую пору – в канун Нового года – болеть никак нельзя. От этих слов мне и правда стало как будто бы легче.

А на следующий день в обед – между учёбой и работой - ты заскочил ко мне, и я, не ожидавшая твоего визита, очень смутилась своего небрежного и абсолютно больного внешнего вида. Мне совсем не хотелось, чтобы ты видел меня такой, но… что случилось, то случилось. Не захлопывать же мне было дверь перед твоим носом!

- Привет! Как ты? Я тебе тут витаминов принёс и химии разной спасительной. Пойду руки помою и принесу тебе всё в лучшем виде, а ты иди ложись пока обратно.

Ты был такой деловой и заботливый, что я растрогалась чуть не до слёз. Лежала в кровати под одеялом, слушая негромкие звуки, доносящиеся с кухни, где ты хозяйничал, и радовалась тому, что заболела. Ты за мной ухаживал, Лёня! Просто не Лёня, а мальчик-мечта.

Напевая что-то вроде жизнерадостного марша, ты вошёл в мою комнату с широкой тарелкой в одной руке – как заправский официант, с нарезанными фруктами и даже умело выложенными в красивую форму смайлика.

- Ничего себе, - принимая сидячее положение и облокачиваясь на подушки, прохрипела я.

 - Приятного аппетита! Пока не поешь, никуда не уйду.

- Тогда я буду есть очень долго, - коварно улыбнулась я.

Ты улыбнулся и потрепал меня по волосам словно маленькую девочку.

- Ешь-ешь…

Ты просидел со мной совсем немного – минут десять. А потом тебе позвонили, и ты заспешил на работу, пообещав звонить по возможности чаще. Но ты такой занятой человек, Лёня, что это «чаще» обернулось всего одним разом.

А я пила таблетки, ела принесённые тобой фрукты, читала книжки, спала, и чувствовала, как прибавляются силы.

На следующий день температура снизилась уже до тридцати семи и трех, и ты опять заглянул ко мне в то же время. Снова с целым пакетом фруктов, соков, пирожных и свежих булочек.

- Лёня, - только и выдохнула я, поражённая такой гиперзаботой.

- Это тебе. Ну как ты? Лучше? Отлично! Пойдём к тебе в комнату, не стой у двери, тут сквозняк.

В этот раз ты пробыл у меня чуть больше – около часа, и даже открыл новый способ лечения.

- У меня от таблеток уже во рту горько. Я то от боли в горле рассасываю, то от температуры глотаю, то от кашля – каждые полчаса!

- Зато ты почти здорова. Смотри, насколько лучше сегодня себя чувствуешь. И выглядишь хорошо.

- Ну да, - не стала отрицать я. – Всё благодаря тебе. Ты мне столько всего опять принёс!

- Не скучаешь?

- По тебе? – по-своему истолковала я твой вопрос. – Очень скучаю.

Ты тут же разулыбался.

- А я скучаю по нашим поцелуям.

Честное слово, ты просто мастер вгонять людей в краску.

- Говорят, мой волшебный поцелуй исцеляет, - продолжил, как ни в чём не бывало.

- Да? А если мой волшебный поцелуй тебя заразит?

- У меня хороший иммунитет.

- Много больных перецеловал?

Ты засмеялся и ничего не ответил. Опять оставил вопрос открытым. Ну, я и не думала, что я у тебя одна-единственная и самая первая. Главное, чтобы я стала последней и самой сильной твоей любовью. А лучше – твоей женой. Ну, когда-нибудь, в перспективе.

Целоваться мы всё же не стали, мне не хотелось тебя заразить, а риск был большим. Но ты всё равно ухитрился разболеться. Когда я позвонила тебе на следующий день и сообщила, что температура пришла в норму и чувствую себя почти здоровой, ты неожиданно просипел в трубку:

- Очень хотелось бы с тобой увидеться, но…

- Значит, теперь моя очередь за тобой ухаживать, - с готовностью отозвалась я.

- Да я не против, но ты уверена, что тебе это сейчас не в напряг?

- Соглашайся быстрее. У тебя и так болит горло, долго разглагольствовать вредно для здоровья.