Когда придёт время

Письмо пятьдесят второе

Странный сегодня день. Я вроде и вошла в эту новую колею жизни, привыкла, а всё равно мало что радует. Будто бы мне не хватает какого-то толчка… Или честности? Сегодня я постаралась быть честной и посмотреть на мир без очков: что я имею и куда мне нужно стремиться. Знаешь, это довольно непросто – решать всё самой, не жалуясь на людей и обстоятельства, делать шаги, не дожидаясь удобных моментов, но, как ни странно, действенно.

Во-первых, я решила перестать мучить Леонида и определить, наконец, что мне нужно. Честно сказать, я очень привыкла к его обществу. Нам легко, мы одинаково смотрим на вещи, уже несколько раз были в театре. Он продолжает помогать детям из интерната, в том числе сумел организовать для них праздники – Новый год, День защитника Отечества и 8 Марта – за счёт благотворительного участия мебельной фирмы, в которой работает финансовым директором. Он уже дважды был у меня в гостях, и оба раза – случайно. Впервые – на Новый год. Я позвонила ему поздравить, потому что после полуночи мобильная связь обычно оказывается перегруженной, и оказалось, что он сейчас дома один. С друзьями ехать за город не захотел, а родители жили в другом городе. Пришлось приглашать. Конечно, он отказывался, ссылаясь на неудобство, и в его интонации чувствовалось смущение. Но я настояла. Это было по-человечески правильно.

Сперва он смущался – это было очевидно. Потом расслабился. Очаровал мою маму, быстро нашёл общий язык с моим братом, который втайне ото всех тут же начал меня подкалывать, называя Леонида «женишком». Я и сама отлично осознавала двусмысленность ситуации.

Ночевать он тоже остался у нас. Я временно переехала в мамину комнату на раскладушку, а Леонид – на мой диван в комнату к Сашке.

Второй раз случился с месяц назад, когда у нас сломался кран, а починить оказалось некому. От Сашки в этом деле проку мало, вызывать сантехника – постороннего человека, мама побоялась. У неё на этот счёт свои предрассудки, хотя красть у нас, по сути, и нечего.

Я в разговоре обмолвилась об этом Леониду, и он вызвался нам помочь.

- Да ты мастер на все руки, - улыбнулась я.

- Чем больше знаешь – тем проще жить, - философски ответил он, и в этом мне сложно было с ним не согласиться.

Ах да, к слову, о знаниях. Я вновь взялась за изучение французского языка. После развода я как-то совсем всё позабросила, предавшись унынию, а теперь вот снова почувствовала в себе эту тягу. Оживаю что ли?

Так вот, с чего я, собственно, начала. Решила я, что пора расставить точки над «и», а в какую сторону их расставлять так и не определилась. Мы с Леонидом сходили на концерт джазовой музыки (мне о-о-очень понравилось, я даже не ожидала!), подъехали к моему дому, и он, как обычно, вышел вместе со мной – проводить.

Мне весьма кстати вспомнились слова Тани:

- Да тебе золотой мужик достался! Почти год его мучаешь, а он ещё не сбежал. Стоически терпит! Знаешь, о чём это говорит?

- Знаю, - опустила голову я.

Мне и самой было стыдно за своё поведение. Вроде взрослая уже девушка, должна уметь принимать решения, а я как собака на сене: и оттолкнуть его не могу – жалко, и приблизить не могу – зачем обманывать, я не испытываю к нему таких же чувств, как когда-то – к тебе…

А может, такого больше не будет? Может, каждая любовь ощущается человеком по-разному, а я жду именно такую, как в первый раз? У меня так много проблем – может, надуманных, но из-за них мне самой с собой тяжело, что уж о других вести речь?

Я мельком оглядела своего спутника. Ведь хороший же молодой мужчина, солидный. Двадцать девять лет. Хорошо обеспечен. Семья интеллигентная. Женат не был, детей нет, судимостей – тоже. Ко мне хорошо относится. Никогда не думала, что для того, чтобы понять, нужен мне человек или нет, придётся включать рациональное мышление. Я привыкла всегда руководствоваться сердцем, а в этот раз оно почему-то не может дать точный ответ. И не молчит вроде, но колеблется.

Едва мы подошли к двери подъезда, Леонид сразу же стал прощаться. Но по его взгляду я поняла – ему хочется меня поцеловать, но он себя сдерживает. И я не могла понять, что и почему его останавливает. Быть может, это и есть тот самый выход – понять, смогу ли я что-то почувствовать?

- Зачем ты со мной возишься? – вздохнула я, заглядывая ему в глаза.

Ведь и правда, другой бы давно сбежал или поставил вопрос ребром. А он терпит, ждёт… А ведь я не даю ему даже надежды на то, что мы можем быть вместе.

- Я же уже говорил, я твой друг и всегда буду рядом, - пожал он плечами.

- Нет, не поэтому. Ты всё ещё надеешься.

Должно быть, это прозвучало довольно резко и грубо, но вида никто из нас не подал.

- Но я держу своё слово и ничего не прошу.

А я ничего не обещаю.

- Спасибо, - выдавила я.

Повисла неловкая пауза. Я подняла глаза к небу и улыбнулась.

А ведь мне легче. То ли от того, что он рядом – этот неунывающий парень с серьёзными намерениями, то ли потому, что погода налаживается – весна всегда обнадёживает. То ли душа устала скорбеть и наконец решила начать жить сама по себе, без ежедневных болезненных уколов: «Мой Лёня… Лёня…»

- Слушай, - вдруг осенило меня. – Если я сейчас тебя поцелую, ты ведь поймёшь, что это в знак благодарности?