Когда приходит детство

13-2

Мы все немного привели себя в более-менее приличный вид и разошлись «Как в море корабли». Думаю, на этом конфликт закончится. Померились письками, кто тут главный петух в курятнике и признали достойным топтать местных «курочек». Нормально! Отделался малой кровью, можно сказать. Завтра же пойду искать секцию для прокачки своего вместилища, чтобы пресекать подобные мысли по проверки моей боеспособности еще на стадии взглядов.

Сказано – сделано! Как раз построили на другом берегу нашего канала большой стадион с трибунами и футбольным полем, куда мы с братом и отправились в поиске секции. Сначала мы наткнулись на тренера по легкой атлетике, который тут же завербовал нас и отправил на беговую дорожку, отслеживая наши кондиции и постановку ног. После нескольких забегов на разные дистанции, я потихоньку слинял к стоящим немного особняком пристройкам, откуда выходили спортсмены с байдарками на плечах. Плавать по реке! Что может быть лучше! Я зашел в ангар и с восторгом уставился на лежащие в креплениях по всей высоте стены байдарки, каноэ и распашные лодки, напоминавшие большие острые карандаши. За дверью в небольшой зальчик громыхали железом и я понял, что попал именно туда – куда надо.

- Заниматься хочешь? – Спросил меня плотно сложенный парень, по виду из местных.

- Да, хочу!

- Ну, заходи!

Так я попал в секцию гребного спорта под управлением совсем молодого помощника тренера Хасана. Так как я уже набегался, то он показал мне комплекс упражнений с блином от штанги для новичков и оставил в покое, совсем не впечатленный моим теловычитанием. Я не обиделся и со всем пылом отдался железу до полного изнеможения. До дома добрался с трудом, где меня встретил совсем не обиженный братишка, которому на удивление понравилось заниматься бегом.

Перед сном к нам в спальню зашла мама пожелать спокойной ночи. Сначала, конечно, к младшему. Ути пуси, муси… Затем присела на мою «шконку» продавив сетку так, что я скатился, прижавшись через одеяло к маминому бедру.

- Стричься пора, - она потрепала меня по отросшему чубу и прихватила пальцами мою щеку глядя с непередаваемой нежностью, присущей наверное большинству матерям. Меня охватило непонятное чувство, от которого перехватило дыхание со спазмом в горле, а на глазах навернулись слезы. Я вспомнил подобный момент из своей прежней жизни, который прошел для меня мимолетно не оставив следа, и вот я его вспомнил, обласканный материнской любовью своей второй мамы и всколыхнувшей наши с Саньком чувства. Я погладил теплую руку и спросил:

- Мам! А вы с папой где познакомились?

- Здесь. Я тогда только приехала по комсомольской путевке. Пришла на ферму, а там бык вырвался во двор. Так я на двухметровый дувал залетела, даже не заметила как. Вот наш папа меня и снимал. Сама то я слезть уже никак не могла. Ха-ха-ха! – Она рассмеялась приятным грудным смехом, который видимо тоже привлек нашего папаню, помимо остальных достоинств богатой фигуры нашей маменьки, выросшей на картошке с молоком.

- Спокойной ночи! – она придавила меня своими верхними «далеко за девяносто» и поцеловала сначала одну щечку, потом другую, заставив меня почувствовать себя совсем маленьким и растаявшим от щенячьей нежности.

- Спокойной ночи, мама…

Мамуля ушла, выключив свет, а я еще долго размышлял, радуясь удачному попаданию к таким родителям, да и во время неплохое – самый расцвет Брежневского «процветания». Есть возможность без проблем поступить практически в любой ВУЗ страны, где тебя обеспечат общежитием и стипендией, которой худо – бедно хватает на пропитание, а проезд у студентов бесплатный. Осталось только выбрать в какой…

Сон быстро сморил уставшего меня, не дав как следует углубится в размышления о выборе своего дальнейшего пути, который поможет пережить лихие девяностые.

Утром все мои мышцы нещадно ныли, пока я через боль не разогрел их, выполнив зарядку для «инвалидов». Дальше стало полегче и можно было ходить не изображая из себя хромую утку.

День пошел за днем, я совсем вжился в новую реальность иногда забывая о том, кто я такой, не думая о неприятном будущем, растворяясь в настоящем, поглощая его полной грудью. Учеба, спорт, который заключался практически только в одних физических упражнениях, домашние дела и игры с братом. Незаметно пролетел праздник «Красного кумача» и скоро наступила короткая зима. Помните, как мы когда-то играли в «каменном лесу» котлована большой стройки на пустыре перед каналом? На этом месте теперь высится большой республиканский театр имени Бердаха. И наша сестра приехала со своим училищем, чтобы выступить с балетом, в котором танцевали выпускники и выпускницы, доказывая себе и другим, что время учебы было потрачено не зря. Мы всей семьей, естественно, были в первых рядах, как единственные в этом городе родственники одной из участниц балета «Жизель» постановки хореографа училища. Я и в прежней жизни не был ни разу на балете, поэтому получил определенное удовольствие от вида декораций, воздушных танцовщиц и музыки немецкого композитора. Родители же были горды своей дочей, которая танцевала главную героиню на удивление профессионально, а для неискушенных нас – просто волшебно. По этому поводу дома был устроен праздник живота, на который худенькая сестренка смотрела с явным сожалением, так как ей нельзя было много есть, чтобы не дай бог поправиться. Бедненькая! Так много двигаться – и при этом мало есть. Не об этом она видимо мечтала, когда изъявила желание стать балериной.

Зима порадовала новым годом, а затем днем моего и братишкиного рождения с интервалом в три дня. Мне исполнилось четырнадцать, но пока только на календаре, совсем не отразившись на моем организме. Беда… Немного огорчился отставанию в развитии, а потом наоборот порадовался, представляя возникающие при этом проблемы неконтролируемой эрекции и испачканного белья.

Спустя пару дней после «дня варенья» меня нашла Эльвирка и дала брошюру для вступающих в комсомол.

- Вот! Учи! Через неделю пойдем в центральный комитет, там тебя примут в комсомол. Хотя можешь выучить только принцип Демократического Централизма, они всех только это спрашивают.