Когда принцессы становятся рыцарями

Ⅰ. Плач, что слышат на Небесах

Ⅰ

Есть на свете человек, которого ненавидят сразу три мира: человеческий, где ходят простые люди, небеса, где парят чистейшие создания бога, и подземный мир, где отбывают свое наказание ужасные грешники и копошатся мерзкие монстры. Простые смертные, от одного лишь упоминания того человека, вздыхают либо с диким ужасом, либо с не менее дикой страстью. Ангелы и выше них стоящие, норовятся поймать плута, дабы предать его честному суду, за все содеянные им злодеяния. Демоны одновременно уважают и ненавидят, боясь более сильного противника. Окутывают этого человека самые разные слухи, правдивые и лукавые, откровенно смешные и более странные, вызывающие много вопросов. Но есть один, всем довольно известный факт:

Сеял вокруг этот, вовсе не человек, лишь разруху и хаос!

Беглец, что был в заточении множество веков, а перед смертью своей являлся самым умелым воином за всю человеческую историю, теперь назывался проклятьем среди живых. Поразил он немало врагов, и собственными руками отправил тысячу и больше людей в подземный мир. Славился он своими подвигами, был богат и знаменит, имел в своих руках целый мир. Но склонил в один миг мужчина свою голову, и упала та на холодную землю, что почернела в тот день и назвалась проклятой. И страшились произнести его имя, даже самые стойкие, влиятельные люди, сильнейшие маги и опаснейшие преступники. Ведь убивал он и королей и императоров, и монстров и простых смертных. Боялись его все, и в один день…

— Эйнар!

Маленькая девочка, лет десяти, с великой радостью на лице воскликнула имя самого страшного существа, что когда-либо существовал в трех-мирье. Случилось то на завтраке в доме великого герцога, когда юная принцесса рассказывала о своем недавнем сне, героем которого и был, великий и ужасный демон Эйнар. Услышав это имя, в обеденном зале повисло долгое и напряженное молчание.

— М-милая, солнышко. Откуда т-ты знаешь это имя?... - со выступающими на глазах слезами, и дрожащим жалким голосом, проговорила на одном дыхании герцогиня.

— Что за немыслимые выходки? Кто из вас запутывает голову юной госпоже?! — пророкотал вскочивший из-за стола герцог, с гневом обращаясь к рядом стоящим слугам.

Девочка в недоумении взглянула на родителей. Она тогда не понимала, почему имя из ее сна принесло столько волнения. Никогда прежде матушка так не краснела и не рыдала, а отец, что был всегда сдержан и безэмоционален, впервые поднял на кого-то свой голос при любимой дочери.

— Найдите мне человека, который рассказал ей об этом! — угрожающе наставлял он свой меч на слуг, что покорно склоняли перед ним свои головы.

— Но-но!... Ваше Святейшество, ничего подобного мы никогда не говорили нашей госпоже… вы ведь слышали…

— Пожалуйста, поверьте нам! Смилуйтесь, господин!

Горничные падали на пол, срываясь на громкий плач. Дворецкий смотрел в пол, не в силах поднять свой старческий взгляд на хозяина. Рыцари были готовы пленить любого, на кого укажет герцог Крейгер. Дочь, наблюдавшая за всей паникой и ужасом на лице добрых и неповинных ни в чем людей, отчаянно пыталась объясниться перед своим неожиданно жестоким отцом:

— Папа, папа! Это был только сон!

Матушка, что с силой взяла себя в руки и перестала рыдать вместе с другими женщинами, пала на пол перед своим ребенком. Она схватила ее за маленькие плечики, взглянула на девочку своими большими, полными страха глазами, и торопясь заговорила:

— Луана, дорогая. Откуда ты знаешь это имя? Кто тебе его сказал?

— Сон! Он мне приснился! — уверяла ее юная госпожа, упрямо стоя на своем.

То была правда. В первый день зимы, когда горы и хребты покрыл тонкий слой снега, а ледяной ветер засвистел в воздухе, увидела Луана Крейгер того самого демона, о ком ходили недобрые слухи, чей лик узрели перед своей смертью тысячи других воинов. Знал его каждый, и каждый его боялся.

— Луана, не ври матери! — женщина трясла свою дочку, пугая ту все сильнее и сильнее.

— Я не вру! Это правда!

В большом дворце великого герцога, где большую часть времени царил мир и покой, теперь стало совершенно неспокойно. Целыми днями герцогиня Крейгер рыдала в подушку, не желая выходить из своих покоев и принимать факт того, что ее собственный ребенок был связан с ужасным демоном. Герцог отчаянно искал любой способ прервать встречу юной Луаны, с самим Эйнаром — безжалостным и мрачным созданием, которого ненавидели даже собственные сородичи. Любил он чистые и невинные души, и нельзя было представить более непорочную душу, чем душа десятилетнего ребенка. Еще неопытная принцесса, не знающая ничего в этом мире, не понимала, почему люди вокруг так яро реагировали на каждое упоминание приснившегося ей воина, и почему даже её стойкий отец, казалось бы, дрожал от нарастающего ужаса.

— Молодая леди, вам никогда и низачто нельзя больше упоминать имя того проклятого! — твердила ей изо дня в день верная служанка, пробывшая с Луаной со дня ее рождения.

— Но почему, Дори? Разве этот человек плохой?

Служанка не веря ахнула. Неужели кто-то настолько коварен, что решился запутывать голову ребенку великого герцога?

— Неужели вы поверили словам того дурного человека? Пожалуйста, сдайте предателя своему отцу, моя леди! Нельзя, чтобы кто-то порочил ваше имя…

— Никто не говорил мне его имени, я просто услышала его во сне! — почти что сорвалась при упоминании Эйнара девочка, вспоминая его размытое во сне лицо.

Высокий и статный, он стоял посреди поля боя с мечом наперевес, делая перерыв после долгой и ожесточенной битвы. Луана Крейгер проснулась неожиданно подскочив с постели, впервые увидев столь живой, и наполненный ярким красным цветом, сон.

— Прошу вас, молодая леди! Забудьте это имя. — почти слезно умоляла Дори, держа маленькие ручки Луаны в своих.

На ее лице присутствовал страх, точно такой же, как и матушки на завтраке. Стоило Луане открыть рот, как все вокруг посходили с ума, а молодая леди в итоге оказалась заперта в собственной спальне.