Когда просыпаются тени

Глава 9

— Мой отец, он знал, что я в тюрьме?

Костер затрещал, будто в ответ на её вопрос. Марек замер, его пальцы сжали посох так, что костяшки побелели.

— Не знал, — наконец сказал он, и в его голосе прозвучала странная нота. — Но и не искал.

Анна почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Объясни.

— После отравления тебя объявили мёртвой. Устроили пышные похороны. — Он бросил в огонь ещё одну ветку. — А потом... твой жених женился на твоей кузине.

— Жених... — Анна машинально провела рукой по лицу, пытаясь представить этого незнакомца.

— Герцег Альмер Штаф. Теперь он управляет половиной твоих земель.

— А отец?

Марек усмехнулся, но в его глазах не было веселья:

— Твой отец заперся в северной башне. Говорят, он не появлялся на людях все эти годы.

Анна вскочила, сбив с колен остатки грибов:

— Ты лжёшь! Если бы он думал, что я жива...

— Он бы что? — Марек резко поднялся. — Разослал стражу? Нанял следопытов? — Его голос стал резким. — Ты лежала в тюрьме под его собственным замком!

Тишина повисла между ними, густая, как дым от костра. Анна стояла, сжимая кулаки, чувствуя, как дрожь бежит по спине.

Анна отступила на шаг.

— Почему... почему меня не убили сразу?

Марек вдруг потушил костер, засыпав его землей.

— Потому что твой яд был особенным. — Он наклонился и схватил её за плечо. — Он не убивал. Он стирал. Стирал память, волю, личность.

Его пальцы впились в её кожу.

— Ты должна была проснуться, и ничего не помнить. Зачем это было нужно, не знаю.

Где-то в лесу завыл волк. Или то, что лишь притворялось волком.

Марек резко отпустил её:

— Но ты проснулась собой.

Анна всмотрелась в лицо Марека, пытаясь понять, насколько далеко он готов зайти. Он смотрел на нее с такой решимостью, что мурашки побежали по коже. Наследница. Это слово звучало как приговор.

— А если он не захочет меня слушать? Если он просто вызовет стражу и прикажет меня бросить обратно в темницу? — голос ее предательски дрожал.

— Кто за нами гонится? Что это за монстры? Давай уже рассказывай все.

Марек отвернулся, глядя в темноту леса.

— За тобой охотятся те, кто не хочет, чтобы ты вернула себе память. Наемники, прислужники Альмера, возможно даже, кто-то из отцовского окружения.

Он повернулся обратно, его лицо было мрачным и решительным.

— Твой отец выслушает тебя. Он всегда любил тебя, Анна. И даже если он сомневается, у тебя есть право голоса. Ты можешь потребовать доказательств, созвать совет. Главное, чтобы договор с Сумрачными землями не был подписан.

Анна глубоко вздохнула, пытаясь успокоить дрожь в коленях. Все это казалось невероятным. Она, принцесса, наследница, теперь беглая преступница, преследуемая монстрами и наемниками. И единственный, кто может ей помочь – фанатик со шрамом на руке.

Тишина леса сгущалась вокруг них, будто сама природа затаила дыхание, ожидая, чем закончится этот разговор. Анна стояла, ощущая, как холодный пот стекает по спине.

— Значит, мой отец... даже не попытался найти меня, — её голос звучал глухо.

Марек молчал. Его глаза, обычно такие твёрдые, сейчас отражали что-то, что Анна не могла разобрать — жалость? Вину?

— А что, если он... знал? — она прошептала.

— Тогда он предал тебя дважды, — ответил Марек. — Но я не верю в это.

Он сделал шаг вперёд, его рука сжала её плечо, но на этот раз не с яростью, а с чем-то, что походило на... обещание.

— Ты не одна. Я с тобой.

— Хорошо, — сказала она. — Что мы будем делать?

— Сейчас – спать. Нам нужно добраться в замок до совета. А завтра, – Марек достал из сумки кусок сушеного мяса, – мы позавтракаем и пойдем к твоему отцу.

Костер погас, оставив их в синеватом свете луны. Марек медленно повернулся к Анне, его глаза блестели, как у хищника в темноте.

— Они не монстры, — прошептал он. — Они хуже.

Где-то совсем близко хрустнула ветка. Анна инстинктивно схватилась за меч и подошла ближе к Мареку.

— Кто?

— Тени Корна.

Марек резко рванул ее за собой, уводя в глубь леса.

— Личная гвардия твоего отца. Те, кто добровольно принял дар Сумрачных земель.

Он остановился за толстым дубом, прижав Анну к стволу.

— Они больше не люди.

Из кустов выскользнула фигура в серебристом плаще. Ее движения были слишком плавными, слишком жидкими. Маска на лице отражала лунный свет, как зеркало.

— Они чувствуют тебя, — прошептал Марек. — Твоя кровь зовет их.