Когда просыпаются тени

Глава 16

Банго радостно вильнул хвостом и вдруг насторожился. Из тени выступила фигура.

— Не двигайся! – Анна выхватила кинжал из-за пояса, готовясь к бою.

— Успокойся, принцесса, – раздался насмешливый знакомый голос.

Марек вышел на свет, его одежда была порвана, а лицо покрыто царапинами.

— Марек! — Анна бросилась к нему. — откуда ты здесь? Ты остался в лесу, а я побежала в замок. Как ты от них отбился? — Вопросы сыпались один за другим.

Марек устало прислонился к стене грота.

– После того, как ты скрылась, меня окружили. Я справился.

Марек стоял, прислонившись к стене грота, и смотрел на Анну – не как на принцессу, не как на цель или союзницу, а просто как на девушку.

В его глазах, обычно таких холодных и расчётливых, теперь светилось что-то новое – радость, глубокая и искренняя. Он не улыбался, но в уголках его глаз собрались мелкие морщинки, а губы слегка разжались, будто он хотел что-то сказать, но слова застряли.

— Ты добралась, — наконец произнёс он, и голос его звучал хрипло, но без привычной насмешки. — И встретилась с отцом.

Он видел её сейчас – взъерошенную, с тёмными кругами под глазами, но живую. И не просто живую – сильную. Она сделала то, на что у многих не хватило бы духа.

Гордость вспыхнула в нём, горячая и неожиданная. Он не привык к таким чувствам – они мешали, отвлекали. Но сейчас он позволил ей быть.

А потом он заметил, как её пальцы сжимают рукоять кинжала чуть менее уверенно, как её взгляд скользит по его царапинам, задерживаясь на самых глубоких.

— Ты истекаешь кровью, — сказала она, и в её голосе прозвучало что-то, от чего его сердце странно дрогнуло.

— Пустяки, — отмахнулся он, но она уже шагнула вперёд, доставая из складок платья лоскут ткани.

Она подошла ближе, и внезапно расстояние между ними стало слишком малым. Он чувствовал её дыхание.

— Сиди, — приказала она, и он, к своему удивлению, послушался.

Её пальцы коснулись его лица, осторожно вытирая кровь. Он замер, не в силах пошевелиться.

— Ты мог погибнуть, — прошептала она.

— Стоило того, — ответил он, глядя прямо в её глаза.

И в этот момент они оба поняли, что это не просто слова.

Банго, наблюдавший за ними, тихо вздохнул и лёг у входа, прикрыв глаза. Даже он чувствовал – здесь, в этом зелёном гроте, что-то изменилось.

Банго обнюхал воздух и зарычал, глядя в сторону входа в грот. – Кто-то идет.

Анна вскочила, подняла камень. Марек насторожился, собрался, приготовился к атаке.

Быстрым шагом вошел граф Викбор, с окровавленным плечом, но живой.

— Вы... – Анна опустила камень.

Марек медленно поднялся, его пальцы сжались в кулаки.

Граф Викбор – когда-то он был другом детства Марека, а теперь...

Теперь они стояли друг против друга, как два зверя на тропе войны.

— Долго же ты выбирался, Вик, – язвительно бросил Марек.

— Не так долго, как ты, Маркей, – усмехнулся граф. – Хотя, прости... Теперь ты просто «Марек», да?

Тишина.

Анна смотрела то на одного, то на другого.

— Вы... знаете друг друга?

Марек не отвечал.

Викбор вздохнул:

— Когда-то мы были братьями по оружию.

— Пока ты не продался Сумрачным, – резко оборвал его Марек.

Граф сжал зубы:

— Я не продавался. Я пытался спасти то, что ещё можно было спасти.

Банго зарычал снова.

Напряжение в гроте сгущалось. Зеленый грот замер в напряжении.

Марек не сводил глаз с Викбора. Его пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.

— «Маркей», — повторил он сквозь зубы. — Давно никто не называл меня так.

Викбор медленно опустился на камень, осторожно придерживая раненое плечо.

— Помнишь, как мы в четырнадцать лет поклялись на крови? Братья не по рождению, а по выбору.

В воздухе повисло горькое молчание. Анна видела, как дрогнули веки Марека.

— Я помню, — его голос звучал глухо. — Помню и то, как ты стоял среди них, когда жгли мой город. Твой меч был в крови моей сестры.

Викбор резко поднял голову:

— Я пытался их остановить! Когда пришли Сумрачные, я...

— Ты надел их знак! — Марек рванулся вперед, но Анна вставилась между ними.

Банго зарычал, шерсть на загривке встала дыбом.

Викбор тяжело дышал:

— Когда Сумрачные пришли в мое поместье, они дали выбор — смерть или служба. Я выбрал службу, чтобы...

— Спасти свою шкуру, — зло бросил Марек.