Когда просыпаются тени

Глава 36

Древние руины встретили их молчанием. Каменные глыбы, поросшие мхом, хранили память о давно ушедших временах. Анна чувствовала, как место пульсирует энергией, словно живое существо. Банго подвел их к огромному валуну, в котором зияла темная расщелина.

Банго остановился перед черной расщелиной в стене. Его шерсть, обычно гладкая, теперь стояла дыбом, а из пасти капала черная смола, оставляя на камне дымящиеся отметины. Он повернул к Анне свою изменившуюся морду — удлиненную, с слишком острыми клыками — и кивнул вперед.

«Здесь,» — казалось, говорили его горящие желтые глаза.

Сжав кулаки, Анна сделала шаг в темноту. Камень под пальцами был странно теплым, почти живым. С каждым шагом вглубь ее кожа покрывалась мурашками, а в ушах начинал звучать далекий звон — будто кто-то бил в хрустальный колокол где-то в глубине земли.

Марек шел следом, его дыхание было учащенным.

— Это место... оно дышит, — прошептал он.

Внутри было холодно и сыро, воздух пах плесенью и землей. Банго вел их вниз, по узкому, извилистому коридору.

Вскоре они оказались в огромной пещере. В центре ее, на каменном постаменте, покоилась массивная плита, покрытая древними рунами. От плиты исходил слабый, но ощутимый жар. Анна почувствовала, как ее тянет к ней, словно магнитом.

Не слушая доводы разума, она подошла к плите и коснулась ее рукой. В тот же миг ее разум наполнился голосами. Они шептали, кричали, умоляли. В сознании Анны мелькали картины разрушенных городов, пылающих лесов, гибнущих миров. И в центре всего этого — ужасающая, темная сущность, спящая под городом.

Анна отдернула руку с криком. На подушечках пальцев, будто выжженные раскаленным железом, дымились и пульсировали жгучей болью четкие следы в форме тех самых рун. Она должна остановить Викбора. Иначе мир погрузится во тьму.

Анна отпрянула от плиты, её пальцы дрожали.

— Его нужно запечатать, — выдохнула она, голос сиплый от ужаса.

Марек схватил ее за плечо, его пальцы впились в кожу почти больно. Его глаза, широко раскрытые, горели в полумраке лихорадочным блеском.

— Что ты увидела?

— Конец всего, — прошептала она.

Банго заскулил, прижав уши. Его шерсть встала дыбом, глаза неотрывно смотрели в темноту туннеля за их спинами.

Они пришли. Викбор и его хозяева.

Из туннеля, по которому они спустились, потянулся смрадный ветер. В нем слышался мерзкий скрежет когтей по камню и нарастающий шепот — сотни, тысячи голосов, шипящих, хрипящих и плачущих, сливающихся в один.

— Они нашли нас, — прошептал Марек, вытаскивая кинжал.

И он появился. Викбор вошёл в пещеру, но это был уже не человек. Его тело растянулось, кожа лопнула, обнажив пульсирующую тьму внутри. За ним шевелились другие фигуры — высокие, слишком худые, с лицами, которые невозможно было разглядеть, хотя Анна знала — они смотрят прямо на нее.

— Анна, — его голос звучал, как скрип ржавых врат, — Ты не убежишь.

— Марек... — ее голос дрожал, предательски срываясь на шепот.

Марек резко шагнул вперед, встал между ней и надвигающимся ужасом, сжимая в белой от напряжения руке рукоять кинжала.

— Беги. Я задержу их.

— Нет!

Банго зарычал, его тело преобразилось окончательно: шерсть почернела и стала жесткой, как щетина, клыки выросли в острые кинжалы, а из пасти вырвалось зеленое, пламя. Он вцепился в искаженную ногу Викбора с яростью дикого зверя.

Анна на миг встретилась взглядом с Мареком, видя в его глазах не страх, а яростную решимость. Она кивнула, сжимая обожженную руку в кулак.

— Мы справимся.